О чем шепчет море - Мария Морозова

– И что же?

– Тод вырос на хуторе где-то в окрестностях Морангена. Его воспитывали дед с бабкой, но, когда они умерли, парень не захотел продолжать их дело и уехал в город.

– Это может быть полезно, – пробормотал Эвард. Потом немного подумал и сказал: – Нужно узнать в Бюро земельной регистрации. Возможно, на Тоде числится имущество дом или земля.

– Сделаю сегодня же, – кивнул Ридли.

Полицейские вышли на площадку, и Гордон опечатал дверь магией, которая даст знать, если сюда кто-то попробует вломиться. Но инквизитор сомневался, что Тод так глупо попадется, вернувшись в собственную квартиру. Они упустили его, и сейчас с этим оставалось только смириться, как бы сильно ни грызла досада. На самобичевание не было времени. Лича нужно поймать. И чем быстрее, тем лучше.

***

– Запомни это лицо.

Эвард вернулся домой очень поздно, ближе к полуночи. И вместо приветствия сунул мне в руки лист бумаги, откуда на меня смотрело абсолютно неприметное мужское лицо. Светлые волосы, мелкие черты и немного оттопыренные уши. Ничего особенного – глянешь и забудешь.

– Кто это? – поинтересовалась я.

Мой инквизитор вздохнул и упал на диван, бросая мундир в кресло. То самое кресло, которое так полюбил Палтус. Ох, сколько же шерсти будет на одежде.

– Его зовут Дерек Тод, – устало сказал Эвард. – И он одержим духом Абрахама фон Свельта.

– Что-о-о? – изумилась я.

– Когда твоя бабушка сказала про разрыв души и тела, я понял, что нам нужно искать не восставшего мертвеца.

– А живого с чужой душой, – без труда продолжила я. – Невероятно.

– Это сосед первой жертвы, – инквизитор кивнул на портрет. – Они вдвоем влезли в могильник, разбудив фон Свельта. Но один из них погиб, а второй стал носителем.

– Мать-природа… – пробормотала я неверяще.

– Мы поняли, кого искать, но слишком поздно. Он ускользнул у нас из рук. Так что будь осторожна. И если увидишь его, сразу вызывай меня.

– Ладно...

Мои пальцы прошлись по линиям рисунка, сделанного полицейским художником. Подумать только. Такая безобидная внешность, а под ней зло в чистом виде.

– Он продолжит убивать? – Вырвался у меня вопрос.

– Скорее всего, – ответил Эвард и уткнулся мне в плечо.

– А сегодня снова будет гроза.

В подтверждение моих слов где-то далеко загрохотал гром. Тревожно мигнули свечи, которые я расставила на столе, чтобы добавить вечеру уюта и покоя. Но они оказались бессильны против новостей, которые принес Эвард.

– Я могу чем-нибудь помочь? – спросила у своего инквизитора.

– Давай просто пойдем спать? – попросил тот. – Я ужасно устал.

– Пойдем, – вздохнула я. – Пусть бы ночь прошла спокойно.

Вот только выспаться нам не удалось. Посреди ночи нас разбудил жуткий звук. Нет, не гром, не удары крупных капель о черепицу и даже не грохот волн, словно выбивающих камни из берега. К этим звукам привыкли и я, и Эвард. Но яростный утробный вой, раздавшийся совершенно неожиданно, заставил нас обоих подскочить и заозираться по сторонам.

– Что это, Эд?

– Это внизу, – ответил инквизитор и потянулся за брюками.

Запутавшись в одеяле, я едва не свалилась на пол, но тоже встала и натянула халат. Вместе с Эвардом мы спустились вниз и тут же обнаружили источник такой экстремальной побудки. Палтус стоял у входной двери и выл. Его шерсть распушилась, делая шайра похожим на утыканный тонкими иголками шар, крылья были воинственно подняты, а уши, хвост и полоса вдоль позвоночника полыхали открытым пламенем.

– Мать мая ведьма, – ахнула я. – Палтус!

– Уа-а-а-у! – провыл кот, не сводя глаз с двери.

– Там что-то происходит, – произнес Эвард.

Мы бросились к окну. На улице лило как из ведра. Фонари не горели, поэтому в темноте было сложно рассмотреть, что же так разозлило шайра. Но очередная вспышка молнии заставила вздрогнуть.

Он стоял прямо на дороге между моим домом и виллой «Морской змей». Стоял неподвижно, словно ему была нипочем ночная буря. Ветер трепал полы длинного плаща, блестящего от воды. Низко надвинутый капюшон и дождь не позволяли рассмотреть лицо. Вот только кто мог бы заявиться сюда в грозу?

Эвард ловко отодвинул шайра с пути и распахнул дверь. Я бросилась за ним и чуть не задохнулась от жути, глянув на человека в плаще без оконного стекла между нами.

– Эд, это он! – крикнула я.

ПРОДА от 02.11

Мой инквизитор бесстрашно шагнул под дождь. Печати на его коже вдруг засветились неярким белым светом. Я закусила губу, не понимая, что мне делать. Зачарованный оникс остался в спальне, в бою я была не слишком полезна, поэтому мне только и оставалось – стоять на крыльце под козырьком и с замиранием сердца следить, как Эвард идет к одержимому.

Поток воды тут же поглотил мужчину, превращая его силуэт в еле различимую тень. Раскат грома разорвал небо прямо над головой. Мое сердце билось в груди так сильно, как будто пыталось заглушить шум бури. Мой Эвард вышел один на один с могущественным древним колдуном. Мать-природа, защити его...

Но битвы не случилось. Новая вспышка – и я увидела инквизитора, который возвращался ко мне. Он забежал по ступенькам и отряхнулся.

– Лич ушел? – нервно спросила я, хватая его за руки.

– Да, – кивнул Эвард и мягко подтолкнул меня внутрь дома. – Смылся, стоило мне только приблизится.

Он запер дверь, отсекая звуки непогоды. Я зажгла светильник. Эвард был таким мокрым, словно искупался в море. Его волосы черными лентами облепили лицо, струи воды стекали по груди и спине прямо на пол. Печати перестали светиться, снова став темными росчерками на смуглой коже. Подол моего халата тоже был весь мокрый, несмотря на то, что я стояла под козырьком.

– Пойдем в ванную, – предложила я. – Нужно переодеться. И сделаю тебе согревающий отвар, чтобы не простудился.

– Спасибо, – улыбнулся инквизитор, но сразу посерьезнел. – Это действительно был лич.

– Вот наглая тварь.

– Ты видела, где он стоял? Между нашими домами. Как раз там, где мы предположили границу, за которую он не способен выйти.

Я замерла с полотенцем в руках.

– То есть, мы оказались правы?