Мой муж - Светла Литвин

Анна Захаровна всего лишь полчаса провела в спальне. Мы ещё не начали обсуждать решение Толи выставить себя виновником смерти Хвошнянской. А тётушка уже оклемалась в своей комнате и ринулась наводить порядок, и заодно подслушать о чём будет идти речь.

— Тёть Ань, давай не сейчас, — устало настоял Исаев, — Лучше забери Игоря, спать ложись, — муж заставил тётушку взять коляску, и она с нескрываемой радостью покатила внука к себе. 

— Вы, как хотите, а я кофе себе приготовлю. Не отравлюсь, так отрублюсь, — заявил Клим, и не ожидая Толиных возражений, ушёл на кухню. 

Оставшись с мужем наедине, я попыталась убедить ему не врать, а сказать правду. 

— Толя, давай скажем всю правду, — пересела поудобней, подобрав ноги под себя и повернулась так, чтобы смотреть мужу в глаза. 

— Нет, — строго отрезал Исаев.

Несносный упрямец! Что втемяшит себе в голову, не переубедить!

— Да почему нет?! Ты понимаешь, что этим враньём только хуже можно сделать?! Я была за рулём и это была самооборона! — я не говорила, я просто кричала, мне казалось, что так меня муж услышит лучше. 

— Была она, — хмыкнул Толя, — Ты забыла, где ты есть сайчас! — рявкнул Исаев, посмотрев на меня недовольным взглядом.

— Ничего я не забыла! — взвилась я, гордо задирая нос.

— Да?! А мне кажется, что забыла, где ты? Ну, давай отвечай мне, — потребовал муж. 

Пожалуй, впервые мы так с ним ругались и, к счастью, я понимала, что всё это нервы. Даже мысли не возникло обидеться, но я злилась и уступать не собиралась. 

— Дома я! Дома! — выпалила, злясь на упрямство Исаева. 

— Вот! Я и говорю, что забыла, — победно заявил Анатолий, крепко схватив меня за руку, — Сюда смотри, вот это видела?! — ткнул своим здоровенным пальцем в кольцо и до меня дошло, что он имел в виду, когда спрашивал. 

— А, ты про это, — усмехнулась я, — Да замужем я, помню и это, а дальше то что?! При чём здесь это? Мы про другое говорили. 

— В значение слова замужем вдуматься не пробовала? За! Мужем! За! А не в переди! — чеканил Исаев каждое слово, а его лицо ничего, кроме гнева не выражало, — Вот встала за меня и делай, что муж говорит, а я всё сказал, — выдохнул, и отпустив мою руку отвернулся. 

Самое смешное, что я даже обидеться на мужа не могла. Ни на его несдержанность, ни на злой взгляд. Понимала, за кого замуж вышла, он никогда не пытался казаться кем-то другим. Скорей было бы странным, если бы он уступил, и мы бы честно всё рассказали. 

Помолчав немного, я снова попыталась рассуждать логически. 

— Если тебя не посадят, то и меня не посадят, — произнесла я тихонько, вызвав у мужа бурную реакцию. 

Он взревел медведем и вскочил с дивана, зашагал по залу пиная всё, что под ноги попадалось. 

— Ну и характер! —  это обычно звучало с умилением, но не сейчас, — Несносная! Упрямая! Коза! Это тебе не грядки с теплицами! — обзывался и кричал Исаев, его прямо трясло от негодования, а я ещё сильней вжалась в диван. 

Не от страха, а думая, что так муж быстрей успокоится, если меня будет меньше видно. 

— Да вы оба упрямые ослы! — встрял Клим, появившись в зале как аристократ, с чашечкой кофе на блюдце, — Но Толя прав, не стоит тебе в это вмешиваться Ника. 

— Почему это?! Если от перемены мест слагаемых сумма не поменяется?! Зачем врать?! — возмутилась я, получив тут же развёрнутый ответ. 

— Видишь ли, Никуша, милая, твоя проблема в том, что ты думаешь только об итоге. Верно, что тебя судить, что Толю итог будет одинаковым. Только Толя ведь за процесс переживает.

— А что с процессом не так? Хвошнянская стреляла, она мне угрожала, моему сыну, моим близким! Я защищалась! Это же самооборона! 

— У неё не было патронов, — выдохнул Исаев.

— Как?! Но я этого не знала! Я не могла этого знать! И что теперь?! — вот сейчас, в этот момент меня охватила настоящая паника. 

Я забыла про всё. Про гадание бабы Риты, что у нас с мужем ещё двое детей впереди. Про обещание мужа что его не посадят, что он не врёт и пустых обещаний не даёт. Перед глазами уже маячила решётка и срок, только кому из нас двоих?

— Ник, успокойся. Ты вон про крестника моего думай, да, а мы уж как-то сами разберёмся. Итог один, а затаскают сейчас не тебя, а Толю. Ты же не хочешь на допросах дни проводить? — угрожающе спросил Клим, опрокинув чашку кофе в рот словно это рюмка с водкой. 

— Нет... — шепнула я.

И как же я про это даже не подумала, а муж не объяснил отчего хочет меня уберечь. Не от самого наказания, а от процесса следствия. 

— Ну вот и отли... но... — Клим покачнулся, дёрнул ворот рубашки и свалился на пол как куль комбикорма.

— Отравился... — пискнула я, кидаясь к Климу прямо через спинку дивана. 

Муж подлетел к другу чуть раньше меня, стал хлопать его по щекам. 

— Скорую! Надо скорую вызвать! — заголосила я.

— Какая скорая? Ну какая к чёрту скорая?! Они пока приедут ему крышка, я сам отвезу, — начал спорить Толя, я согласно закивала. 

Муж начал поднимать Клима за плечи, я старалась помочь хоть немного и здесь мы все завалились на пол, под громкий хохот Клима. 

— Что за шутки?! — возмутился Толя, стукнув Клима кулаком в плечо. 

— Да! Что за дурацкие шутки?! — поддержала я мужа, поднимаясь на ноги. 

— Как я вас люблю, ушастые! — захохотал Клим, снова развалившись на полу.