Дар - Анна Григорьевна Владимирова

Они как раз стремительно пересекали первый зал с витражами.

— Какая тебе разница, ну растолстею, — пожала плечами она, когда они подходили к двери их с Кросстиссом спальни, — в кои — то веки можно просто поваляться в кровати…

— Мне тебя еще на своей шее носить! — проворчал он и открыл перед ней дверь. — Быстрее одевайся теплее и на выход!

Ей и самой не очень улыбалось просто сидеть в комнате. Не терпелось осмотреться наконец вокруг. Поэтому она не заставила дракона долго ждать. Вскоре они уже шли по многочисленным лестницам и переходам, направляясь в верхнюю часть храма.

— Какой он огромный, — поразилась Дельфи, кинув взгляд с очередного лестничного пролета вниз.

Дракон замер, ожидая, пока она отойдет от перил и последует за ним.

— А ты здесь часто бывал? — не оборачиваясь, спросила она.

— Один раз, — не найдя повода промолчать, выдавил он, — но долго.

— Ну расскажи, — вдруг обернулась девушка и посмотрела с такой надеждой, что дракон аж споткнулся, не успев нашарить очередную ступеньку традиционно босой ногой.

— Пошли давай, — проворчал он, — так и до вечера не дойдем до башни!

Дельфи разочарованно вздохнула и поплелась за ним по ступеням, когда он вдруг сказал:

— Меня Кросстисс притащил сюда, с Пустоши…

Теперь была очередь Дельфи спотыкаться.

— Ты был у демонов?! — воскликнула она.

— Да ты посмотри на меня, — усмехнулся Ааргард, — неужели по мне не видно?

Дельфи пожала плечами.

— Представь себе… дракон с Пустошей оказался Белым Хранителем… — мрачно улыбнулся Ааргард. — Кайтиф, когда узнал, пришпилил меня за крылья к центральной башне Черного Храма, я болтался там и медленно сдыхал…

Дельфи заворожённо слушала его.

— Я тогда не знал, кто этот наг-самоубийца, — усмехнулся Ааргард, — но он добился моей свободы и увел меня оттуда. Вернее, унес на плечах. Кайтифф был уверен, что я сдохну…

— Какой ужас, Ааргард, — положила она вдруг руку на его плечо. Дракон обернулся на нее, но промолчал. — Но, наверное, я однажды все это уже слышала… Просто не помню.

— Не слышала, — отрицательно покачал он головой, — Кросстисс не рассказывал тебе вообще, что начал бывать на Пустоши…

Она открыла было рот, чтобы возмутиться, когда вдруг ступеньки кончились, и ее взгляду предстала та самая башня, о которой говорил Кросстисс.

Они ступили на площадь, над которой возвышался витражный купол, собранный из больших кусков синих, голубых и прозрачных стекол. На противоположной стороне виднелась небольшая арка с балконом за ней. Дельфи раскрыла рот на витражи, но дракон нетерпеливо дернул ее за руку и потащил на балкон.

Поток солнечного света, отраженный от белого камня балкона, ударил по глазам в первый момент. А там, за перилами, открывался совершенно нереальный вид!

Храм стоял просто на головокружительной высоте на самой высокой вершине. Слева, насколько хватало взгляда, сверкали на солнце заснеженные горные хребты, а справа внизу открывался вид на море.

— Что с ним? — всматриваясь в морскую даль, спросила она. Море было каким-то необычным, только из-за чего, было не разобрать.

— Полетели — посмотришь.

Дельфи испуганно на него обернулась.

— Высоко так… — выдохнула она.

Дракон обреченно закатил глаза.

— Я аккуратно, — смиренно пообещал он. И Дельфи поняла — не отвертится.

— Я всегда боялась? — дрожащим голосом спросила она. Мысль о том, что наконец ей удастся лицезреть долгожданную трансформацию Ааргарда в дракона, даже не возникла в ее голове.

— Всегда, — не моргнув глазом, кивнул он. И Дельфи вдруг отчетливо поняла — врет.

* * *

— Кросстисс! — раздался окрик Советника, едва он ступил на порог Зала Нити. Наг, стоящий спиной ко входу, стиснул зубы, но, как ни в чем ни бывало, продолжил наблюдать за потоками света. Они струились плотным столбом снизу из круглого проема и уходили в отверстие в потолке.

Поток света пронизывал храм, как нитка бусину. И сейчас нить дрожала, натягивалась и вибрировала.

Кросстисс не сказал Ааргарду правды. Он мог помочь. И тратил на это все доступные ему силы. С его появлением Азул наконец смог покидать Зал Нити хоть иногда.

Хранители неусыпно наблюдали за Нитью и поддерживали ее своей силой. Сейчас вместе с Кросстиссом в Зале находилось еще десять Хранителей. Все они с любопытством обернулись на Советника, стремительно шагающего к нагу.

— Я просил тебя! — рявкнул Лоаденхайт едва приблизившись к нему. — Как ты мог?! Теперь весь мир под угрозой!

Кросстисс обернулся и спокойно посмотрел на советника:

— Мир под угрозой не из-за меня, насколько мне известно, — сказал он спокойно, и более убедительно добавил, — пока что, по крайней мере.

Советник обескураженно округлил глаза, но не отступил.

— Кирана тебя ждала! — повысил он голос. Его и так не сильно привлекательное лицо покраснело, ноздри хищно раздулись, губы неприязненно вздрагивали. — А ты осмелился заявиться сюда с какой-то девчонкой!!!

Кросстисс поспешил прикрыть глаза и задержать дыхание.

— Я никогда ничего не обещал ни Вам, Лоаденхайт, ни Киране, — ответил он, спустя мгновение. — Я не собираюсь с Вами обсуждать своих решений.

— Так я заставлю тебя! — прошипел Советник. — Думаешь, можешь наплевать на решение Совета?!

— Не будет никакого Совета! — послышалось от входа, и в Зал вошел Азул. Советник надменно поднял голову и воззрился на Хранителя, приблизившегося к ним.

— Это не тебе решать, — не сильно уверенно начал он. — Речь идет о нашем мире, а не о личных предпочтениях! Он должен был выбрать Кирану!!

— Хотите нарушить законы Хранителей, Советник? — хмуро воззрился на него Азул. — Каждый Хранитель вправе выбирать себе спутника по сердцу, а не из соображений чьей либо власти!

Советник отпрянул, как от пощечины.

— Ты меня хочешь в чем-то конкретном обвинить, Азул? — сощурился он угрожающе.

— Я хочу запретить Вам более поднимать этот вопрос! — твердо возразил Главный Хранитель.

Советник одарил своих собеседников презрением и стремительно покинул Зал. Хранители провожали его взглядами, полными неодобрения.

— Он не остановится, Азул… — выдохнул Кросстисс и перевел взгляд на него.

— Пойдем — передохнешь, — кивнул головой тот в сторону выхода.

Вскоре за ними закрылась дверь комнаты