Дар - Анна Григорьевна Владимирова

— Я не знаю, как донести это до скромного ума Лоаденхайта, — заговорил Кросстисс, принимая бокал из рук Азула, — но если он сделает какой-либо выпад в сторону моего с Дельфи союза, наш мир уже никто не спасет.

Азул пристально посмотрел на нага, отставляя бутылку.

— Вся сила, которую я добровольно отдаю на поддержание Нити сейчас, оборвет ее. — продолжал Кросстисс, — Я точно знаю, что ее достаточно теперь. И Кайтифф это тоже знает.

Азул выругался и одним глотком опустошил бокал. Они помолчали некоторое время.

— Я был в мире без Нити, Кросстисс, — вдруг произнес Азул. — Однажды такой подошел к нашему миру достаточно близко…

Наг вскинул на него ошеломленный взгляд.

— Я сделаю все, чтобы не видеть такого больше… — глядя перед собой невидящими глазами, проговорил Азул, — но не за твой счет. Мы что-нибудь придумаем. Это не может быть конец… Должен быть выход.

Он решительно сжал кулаки и устремил взгляд в окно над столом.

— Когда ты заметил первую активность? — задумчиво спросил Кросстисс, отставив бокал на стол.

— Весной, — отозвался Азул, — в предгорье. Нить тогда начала вибрировать, и я решил облететь Северные границы. Земля тогда разверзлась прямо подо мной, едва я успел сесть на снег. Они как будто издевались… А потом побережье…

— Не спешат… — заключил наг.

— Как думаешь, Кайтифф действительно пойдет до конца? — спросил Азул, подняв на него взгляд. — Порвет Нить?

Кросстисс молчал долго.

— Я думаю, он не сделает этого сам, он ждет, — наконец ответил он. — Нам нужно продолжать противостоять Пустоши и держать Нить. Это пока все, что мы можем сделать.

6

Дельфи вцепилась в жесткую шею дракона руками так, как если бы она была кошкой на облитой маслом крыше. В лицо хлестал морозный ветер, выдавливая слезы даже из плотно сжатых глаз. Дракон не махал крыльями, он просто планировал на восходящем потоке. Или падал… Выяснять этот вопрос не хотелось.

А еще этот поганец так и не показался ей в трансформации. Он просто хищно улыбнулся, глядя ей в испуганные глаза, потом разбежался и сиганул вниз с балкона. Думал, она побежит высматривать его красивое падение с головокружительной высоты с замиранием сердца? Скорее всего… Он так зло на нее смотрел, сидящую на полу спиной к бездне, когда вернулся уже в образе огромного хищника.

Но мстить великодушно не стал. Или отложил на потом…

И теперь они медленно спускались с высоты храма к морю. В конце концов жмуриться ей надоело, и она сделала робкую попытку открыть глаза и посмотреть вперед. Вместе с ветром в лицо ударили солнечные лучи, отраженные от лакированной чешуи шеи дракона. Впереди вдалеке блестело море.

Постепенно страх выветривался и уступал место восторгу. Дельфи протерла глаза от слез рукой и начала осматриваться. На небе не было ни облачка, мороз щипал щеки и жег легкие, но все это было таким знакомым и родным! Она распрямилась и даже начала улыбаться.

Море стремительно приближалось, и вскоре дракон опустился недалеко от кромки воды. Спрыгнув на покрытую снегом землю, девушка побежала к берегу.

Над поверхностью моря стоял стеклянный хруст от кусочков тонкого льда, перекатываемых волнами. Они переливались на солнце, как бриллианты. Дельфи вздохнула полной грудью и рассмеялась. Было такое ощущение, как если бы она была дома после долгого отсутствия.

— Ааргард, — повернулась она к подошедшему в двуногом виде дракону. Она уже оставила попытки подсмотреть сие невиданное зрелище. — А я не бывала тут?

Он отрицательно покачал головой. Дельфи нахмурилась.

— А вдруг мой родной город был где-то недалеко? — всматриваясь в морскую даль, спросила она. — Мне кажется это все знакомым!

Он кинул на нее взгляд и нахмурился.

— Я видел в Храме Белых из твоего народа, — вдруг сказал он, — раньше их было много…

Она изумленно вскинула на него взгляд.

— Давно это было? — нетерпеливо вгляделась она в его глаза.

— Давно, — сухо ответил он.

— Почему же Кросстисс мне об этом ничего не говорил? — непонимающе покачала головой она.

Ааргард пожал плечами.

— Он боится тебя дергать без повода, это же очевидно! — неожиданно жестко отозвался он. — Их все равно уже нет давно! И хватит носится с этой идеей, Шесс!

Она обернулась к нему, ее взгляд пылал от возмущения.

— Прошлое надо оставлять в прошлом, — поучительно заявил он. — Тебе все равно ничего не вернуть…

— Я их даже не помню, Ааргард, — покачала она головой, — это…

Она стиснула кулаки, подбирая слово.

— … не должно быть так! — наконец выпалила она.

— Может, это и к лучшему, — как будто сам себе пробурчал дракон.

— Какой ты… жестокий! — вспылила Дельфи и пошла прочь от шелестящего моря. — Невозможно с тобой разговаривать!

Она не видела, как дрогнули черты его лица от ее последних слов.

— Шесс! — донеслось до нее.

Она не оборачивалась. Под ногами мерно хрустел снег, успокаивающе поблескивая в лучах солнца. Злиться, и тем самым портить себе такой чудесный день, не хотелось. Она вдруг быстро наклонилась, подобрала комочек мокрого снега и, развернувшись в сторону спешащего к ней дракона, швырнула в него снежок.

Ааргард был готов ко всему. Даже извиняться. Но вот получить снежком в глаз, пожиная плоды своей же дрессуры, он не ожидал. Взревев раненым зверем, он протер лицо от остатков снега и, после мгновенной заминки, кинулся за ней. Девушка взвизгнула и понеслась по снежной равнине.

Погоня была звонкой. Дракон свирепствовал, выкрикивая ругательства и рыча, а Дельфи смеялась и визжала при его неудачных попытках ее сцапать. Чем дальше они удалялись от моря, тем больше был слой снега, и наконец она увязла в нем по самые коленки. Дракон тут же настиг ее, и, подняв вихрь снега, они рухнули в сугробы. Ааргард в порыве мести подмял ее под себя и принялся натирать ей щеки снегом. Дельфи визжала и брыкалась.

— Сдаюсь! — выкрикивала она.

— Я пленных не беру, — ухмыляясь, продолжал свирепствовать он.

Наконец он сжалился и замер, довольно уставившись на красные, как яблоки,