MAYDAY - Ксения Кантор

– Рано, дождемся, когда Вершинин уйдет в рейд. Недолго осталось. – вспомнив о чем-то, резко развернулся, – вора нашли?

С их тайного склада продолжали исчезать продукты. В команде начались дрязги и разборки. И Умару пришлось приложить немало усилий, чтобы угомонить своих головорезов. Сейчас, когда он в двух шагах от переворота, не лучший момент для распрей. В ответ оба покачали головой.

– Ищите. К завтрашнему утру жду обоих. Если не найдете, будете компенсировать из личных запасов.

Мужчины тут же ощетинились.

– А мы при чем?

– Чтобы другим неповадно было, – выплюнул Умар и жестом показал убираться прочь.

***

Стрелки будильника показывали половину девятого вечера. Это значило только одно – пора на стену. Закрыв заслонку буржуйки, Данила накинул куртку и, прихватив бинокль, вышел из комнаты. На этаже сильно пахло дымом и сигаретами. Из-за закрытых дверей доносились голоса, иногда смех. Неожиданно он поймал себя на мысли, что все это напоминает студенческую общагу. Усмехнувшись своим мыслям, Дэн вышел на улицу и вскоре оказался возле Успенского собора. Здесь его и догнал Рыжий.

– Давно хотел спросить, – друг немного замялся, точно не решаясь. – Тебе удалось поговорить с Никитой?

– Да, – и, хотя на лице заходили желваки, внешне Дэн сохранял абсолютное спокойствие, – вопрос закрыт.

Ромка удрученно выдохнул. Парень до сих пор сходил с ума от ревности. Держался особняком и идти на контакт не спешил. Оставалось надеяться, со временем эмоции стихнут, и отношения с командой станут прежними.

Отправив друга на Благовещенскую башню, сам Данила поднялся на Угловую Арсенальную. Она была одной из самых высоких, а потому обход территории начинался именно с нее. Впереди ровной стрелой уходила Знаменка и упиралась в Арбат. По левую сторону виднелась набережная. Края реки уже схватились льдом, и только в середине еще виднелись темные воды.

В дверях показался Андрей. С момента злополучного рейда миновал месяц, а он все никак не решался подойти и переговорить с командиром тет-а-тет.

– Дэн, – начал он, – все хотел поблагодарить, что не выпер из команды.

Он выглядел таким жалким, что командир решил обойтись коротким кивком.

– И еще… – собеседник нервно сглотнул, и все же признался. – кажется, Дашка мне изменяет.

– Сочувствую, – отозвался командир, раздумывая, к чему этот разговор.

Впрочем, долго гадать не пришлось.

– С Умаром.

– Со своей женщиной ты разбирайся сам, – шумно выдохнул Дэн. – Меня волнует только безопасность команды. Новогодний рейд для Тимура, сам знаешь, как красная тряпка для быка, и я бы не хотел, чтобы ты рассказывал Дарье о наших планах. Это может быть использовано против нас. Понимаешь?

Последний рейд в этом году Соколовский оставил за пятой командой. Именно им предстояло привезти продукты для праздника.

Андрей согласно кивнул и боязливо покосился на Дэна.

– Понимаю. А с Дашкой… – он с силой сжал кулаки и отвел взгляд, – я разберусь.

И, словно побитая собака, побрел прочь. Стоило ему скрыться, как из темноты вынырнул Рыжий.

– Не самые хорошие новости, – подытожил он, и стало ясно, все это время Ромка бессовестно подслушивал.

– Сомневаюсь, что Даша может сильно нам навредить. Как там на юге?

– Спокойно, – ответил друг, затянулся и выпустил струю сизого дыма.

Мужчины встали рядом, почти одновременно они заметили двух человек, пересекавших Большую Никольскую улицу. Те явно спешили. Приглядевшись, оба узнали Дока и его помощницу. Хмуро переглянувшись, мужчины поняли друг друга без слов. Ученые лбы явно что-то замышляли и, судя по опыту, ни к чему хорошему это не приведет.

***

Как и ожидалось, переговоры закончились полным фиаско. Едва Док упомянул о медицинской центрифуге, как полковника прорвало. Он припомнил им все: и смерть солдат, и обещания найти вакцину, а в конце пригвоздил приказом заниматься пациентами, а про рейды забыть.

Приходя в себя после беседы, Кристина и Док стояли на крыльце Штаба. Окинув понурую фигуру наставника сочувственным взглядом, девушка легонько дотронулась до его плеча и тихо сказала:

– Док, вам нужно отдохнуть.

Как сомнамбула, он рассеянно пошарил по карманам и кивнул.

– Да, дружок, ты права. Нам всем нужно немного отдохнуть.

– Завтра будет новый день и новые идеи, – попыталась приободрить она, хотя понимала, все зря.

Категорический отказ Соколовского фактически поставил точку в их исследованиях. Без специального оборудования им ничего не добиться.

Мужчина не отреагировал и, казалось, даже не услышал ее. Просто смотрел куда-то в пустоту.

В груди шевельнулась тревога. Док был явно не в себе. Наблюдая, как он бредет по темной улице, Кристина не могла отделаться от плохих предчувствий.

Проснулась она среди ночи и некоторое время смотрела в темноту перед собой. В голове роились невеселые мысли, суть которых сводилась к очевидному: им ни за что не повторить опыт отца. Все это время и она, и Док попросту обманывали себя, цепляясь за иллюзорную надежду. Никаких данных о той вакцине нет. Ни ее формула, ни концентрация антител неизвестны. Даже если бы удалось раздобыть центрифугу, могут потребоваться сотни образцов, пока они не найдут верный. И главный вопрос – на ком их испытывать и как проверить, подействовали ли антитела? Словом, в какую сторону ни посмотри, везде тупик.

Сев, Кристина подтянула колени и положила на них подбородок. Опустошенная и раздавленная, она продолжала вглядываться в густой сумрак зимней ночи. А в это время в голове, словно файлы архивировались и откладывались в самые дальние уголки сознания надежды, ожидания и вера, освобождая место новой реальности. Реальности, в которой она станет бесстрашной и сильной, чтобы защитить брата, лагерь, себя…

Кирилл безмятежно спал, даже не подозревая о терзаниях сестры. Подойдя к кровати, некоторое время она смотрела на него, затем привычным жестом коснулась мягкой щеки и почувствовала под пальцами прохладную кожу. Встрепенувшись, девушка сняла с плеч теплый плед и бережно укрыла им брата поверх одеяла. Теперь Кирик стал похож на котенка: из-под вороха одеял виднелся только курносый нос. Как же он напоминал мать! Те же нежные черты: аккуратный лоб, стремительный размах бровей, миниатюрный нос и родинка над верхней губой. Разглядывая брата, Кристина почувствовала, как в груди крепнет уверенность.

Ничего, братишка, прорвемся!

Закрыв для себя ту часть будущего, что была связана с медициной, девушка уже вовсю обдумывала дальнейшие шаги.

После завтрака она направилась к Доку. Первым делом стоило переговорить с ним.

Кристина и не рассчитывала, что будет просто. Но оказалась совершенно не готова к столь отчаянному сопротивлению.

– Доброе утро. Я бы хотела взять паузу в работе над вакциной и пока сосредоточиться на тренировках.

Мужчина