Злобное колдовство - Элла Саммерс

— Я тебе чеснок на волосы смазала! — в ужасе воскликнула я, затем попыталась выудить его оттуда.

Харкер улыбался от уха до уха.

— Оно того стоило.

— Я не знаю, что на меня нашло, — вздохнула я. — Я совсем забыла, что у меня в руках чеснок.

— Может, ты затерялась в жаре момента, — от его улыбки моё сердце так и плавилось. — Как и я сам.

— Ты не забыл, что у тебя в руках еда, — я глянула в его миску с помидорами. — Между прочим, они уже достаточно раздавлены.

— Хорошо, — он убрал руки из миски и помыл их. — Потому что процесс становился отвратительным, — его глаза блестели, когда он взглянул на меня.

Я рассмеялась, совершенно забыв про смущение. Пока не увидела, что кусочки чеснока до сих пор застряли в его волосах.

— Я могу это исправить, — заверил меня Харкер, поднимая руку.

Шипение магии треском прокатилось по воздуху и уничтожило чеснок в его волосах.

— Как ты это сделал? — спросила я у него.

— Магия, — загадочно сказал он.

Он должен был знать, что я никогда не приму такой лёгкий ответ.

— Какая конкретно магия? — спросила я у него. — Ты использовал телекинез, чтобы вытянуть весь чеснок? Или ты использовал трансформирующую магию, чтобы превратить его в нечто иное? Или, может, ты использовал стихийную магию, чтобы вернуть растительность чеснока в почву?

Харкер накрыл мои щёки ладонями.

— Ты слишком тщательно всё анализируешь, Белла.

— Наверное, я просто такая.

— Знаю. Ты умная, любопытная, и если ты настроилась решить проблему, ты никогда не отступишься. Поэтому ты нашла свою мать. И это одна из причин, по которым я тебя люблю.

— Ты… меня любишь? — выдавила я.

— Конечно, — невозмутимо ответил он. — Я думал, к этому моменту уже очевидно.

Да. Но он никогда прежде не произносил эти слова. Это ощущалось большим шагом.

И я была готова сделать этот шаг с ним.

— Я тоже тебя люблю, знаешь, — сказала я.

Его смешок был низким и чувственным, с нотками сладкого облегчения.

— Слава богам.

Я улыбнулась ему. Просто не могла перестать улыбаться. И взгляд, которым он меня награждал, вызывал покалывание во всём теле.

— Наверное… — я откашлялась. — Наверное, нам стоит вернуться к приготовлению ужина.

— На самом деле, я подумывал поцеловать тебя ещё раз, — сказал он, небрежно обвив меня рукой за спину.

— Но ты голоден.

— Да, — его взгляд не отрывался от моего.

— В плане еды, — сказала я… или скорее пискнула. — У тебя был долгий день, ты потратил много магии и хочешь поужинать.

Его желудок заурчал, будто одобрял идею ужина.

— Да, наверное, — вздохнул он, хватая бутылку оливкового масла.

— Харкер?

— Хмм? — отозвался он, наливая масло на сковородку.

— Халон отнёс Тею домой отдыхать, но она хочет прийти ко мне в гости, когда оправится. Она говорит, что хочет познакомиться со своей дочерью. И я очень хочу узнать её и даже Халона. Это… ты думаешь, это ошибка?

— Они твои родители, Белла. Естественно, ты хочешь их узнать. Это нормально.

— Может, и нормально, но правильно ли? Ну то есть, спасение Теи ощущается как победа. Я чувствую себя счастливой. Особенно когда Тея сказала, что наблюдала за мной с моего детства, — я сделала глубокий вдох. — Но Тея и Халон — божества, а божества склонны манипулировать людьми ради своей выгоды. Что, если Тея лишь говорит мне то, что я хочу услышать? Что, если она пытается манипулировать мной? Что, если налаживание отношений с моими родителями — это очень плохая идея? Посмотри, что случилось, когда Леда узнала, кто её родители.

— Ты не Леда, а её родители — не твои родители, — ответил Харкер. — Да, демоны — манипуляторы, совсем как боги. Я это знаю, поверь мне. Но ты не можешь опираться на один лишь страх, что это может случиться.

— То есть, ты думаешь, что мне стоит узнать моих родителей?

Он взял меня за руку.

— Я думаю, что ты прошла через все эти усилия по поиску Теи не для того, чтобы сразу её оттолкнуть. Думаю, ты хочешь, чтобы она присутствовала в твоей жизни.

— Хочу. Я мечтала встретить своих родителей, ещё когда была маленькой девочкой в сиротском приюте Чистилища. Я хочу узнать их. И мне не терпится снова их увидеть. Это странно?

— Нет. Но когда ты снова увидишься с родителями, думаю, тебе стоит прихватить меня, — он так говорил, будто планировал военную кампанию.

— В качестве подкрепления? — поддразнила я.

— Да, подкрепления, — он серьёзно встретился со мной взглядом. — Я всегда прикрою тебе спину, Белла.

— Хорошо, — я улыбнулась ему. — Потому что я всегда буду твоей.

Я обвила его руками и снова поцеловала.

Услуга Ангела

Единственное, что может быть смертоноснее ангела — это ангел, который знает твоё имя.

Чтобы найти свою сестру, Джин заручается помощью солдата Небесной Армии.

События происходят между «Меткой демона» и «Ареной богов» 11 и 12 книгами серии Легион Ангелов.

Глава 1

Даже месяцы спустя воспоминание обжигало так сильно, что рана до сих пор не затянулась.

Я прекрасно помнила, где именно стояла, когда Харкер принёс нам прощальную записку Беллы.

Я помнила мурашки на моих плечах, когда Леда прочла её нам.

Белла написала, что уходит, чтобы защитить нас. Потому что она проклята. Каждый день, когда вставало солнце, она превращалась в бездумное оружие, стремящееся уничтожить каждую крупицу светлой магии, которую ей удастся найти… и всех, кто ей обладал.

Я помнила, что съела на завтрак в день, когда она ушла.

Белла сказала нам не искать её.

Я помнила, как уложила свои волосы.

Белла сказала нам, что будет лучше, если мы её больше никогда не увидим.

Я помню, какие духи нанесла.

Чёрт, я даже помнила последнюю песню, которую я услышала перед тем, как Белла ушла из наших жизней.

— Джин, тебе правда надо что-нибудь съесть.

Я подняла взгляд от своей пустой тарелки для завтрака и посмотрела в глаза Калли. Наша приёмная мама воспитывала нас, любила и всегда, всегда заботилась о нас. Это правило № 1 в семье Пирс: мы всегда заботились друг о друге. Несмотря ни на что.

— Белла должна была довериться нам в том, что мы поможем ей справиться с этим, — тихо сказала я.

Вилка Калли выскользнула из её пальцев и брякнула о тарелку.

— Белла ушла, потому что хотела защитить нас.

Я потянулась к миске фруктов.

— Она ушла, потому что сдалась, — сердито сказала я. Затем наколола грушу на вилку и бросила себе на тарелку.

— Но мы