Очень плохая няня - Анна Солейн

Лорд Эмбер тоже посмотрел в ту сторону.

— И ты туда же, — бросил он грифону. — Зачем пришел? Ты же одиночество любишь. Как и я. — Лорд Эмбер тяжело вздохнул и помолчал. — Ладно, завтра поговорим. Доброй ночи.

Раньше, чем я успела ответить, он щелчком пальцев погасил свет, повернулся на бок и накрыл меня рукой.

— Это чтобы магия стабилизировалась, — сонно пробормотал он. — Мы все-таки истинные. Надо хоть иногда бывать вместе. К тому же — приятно.

Приятно ему!

— Удачно, что вы здесь, Виктория.

С этим я могла бы поспорить, но как-нибудь в другой раз: дети же спят. Я подумала, что непременно должна сбежать, как только он уснет. Ладно, поцелуи, но это! Это уже ни в какие ворота не лезет.

Я подумала так.

И — не сбежала.

А утром проснулась от звонка в дверь и сейчас имела честь лицезреть мою матушку и матушку лорда Эмбера, которые пожаловали даже раньше, чем подали завтрак. С чего бы?..

— Стьюи! Я хочу поговорить со своей дочерью. Где Виктория?

— Мистер Стьюард? Я бы хотела поговорить с моим сыном.

Стьюард, улучив момент, когда матушки обменивались скупыми приветствиями, обернулся и посмотрел на площадку второго этажа.

Мы с лордом Эбером дружно затрясли головами и на всякий случай отшатнулись подальше от перил, в тень.

Глава 35

Увы, было поздно: матушки нас уже заметили и хором воскликнули:

— Виктория!

— Эдвард!

Замолчав, они с неудовольствием посмотрели друг на друга и снова хором крикнули:

— Спускайся!

Еще один обмен взглядами, полный взаимного презрения.

— Предлагаю бежать через окно, — прошептал лорд Эмбер.

— Второй этаж! Может, отправить к ним грифона? На переговоры, — поспешила уточнить я.

— А вам его не жалко? — укоризненно спросил лорд Эмбер. — Редкий зверь! Волшебный! Любит одиночество!

— Масика?

— Вот я знал, что вы жестокая, Виктория, но не думал, что настолько. Чем вам не угодил несчастный крокодил? Полчаса — и его женят!

— На ком?

— А разве это важно?

— Эдвард! — позвала Джоанна. — Мне необходимо поговорить с тобой срочно!

Лорд Эмбер вздохнул.

— Пойдемте, Виктория, нужно взять огонь на себя — иначе дети проснутся от криков. А они и так всю ночь ворочались.

— А может… — трусливо начала я.

— Виктория! — позвала матушка. — Виктория Фицрой!

Ладно. Мне тоже было, что ей сказать.

Вздернув подбородок и поправив платье, я стала спускаться.

— Виктория… — начала мама, когда мы сели за кухонный стол, а Стьюард незаметно (как он думал) принялся хлопотать у плиты.

Особенно незаметным его делал следующий по пятам Масик, к которому Стьюард, кажется, уже привык настолько, что перестал замечать.

А моя матушка его в принципе не считала опасным.

Увы.

Может, проблем было бы меньше.

— Мама.

— Как ты объяснишь… — начала она.

— Как ты объяснишь? — перебила я. — Ты затащила меня на тот прием!

Матушка недоуменно моргнула.

— То есть?

— Я думала, тебе плохо! Перепугалась! Прибежала туда! Думала, тебе нужна помощь! И что?

Матушка моргнула еще раз. На лице ее появилось смущение, но она тут же закусила губу.

— Не переводи тему! Ты отказалась выйти замуж за лорда Эмбера! Виктория! Как ты…

Продолжение фразы заглушил громкий звон — это Стьюард уронил на каменный пол большой медный чайник с блестящими боками.

Масик едва успел шарахнуться в сторону и крякнул, обиженно глядя на Стьюарда большими влажными глазами.

Жалкий вид слегка портили острые клыки, торчащие из открытой пасти.

— Прости, Масик, — повинился Стьюард. — Но ты ее вообще слышал⁈

Мы с матушкой обернулись к нему.

Стьюард, даже не делая вид, что не подслушивает, обвиняюще смотрел на меня.

— То есть как — отказалась? — дрожащим голосом проговорил он.

Масик на всякий случай тоже повернулся ко мне и вопросительно крякнул.

Была у него какая-то духовная связь со Стьюардом все-таки.

— Вот именно! — подхватила матушка. — То есть как — отказалась? Такой жених! Дракон! Ученый!

— Любит детей и животных, — поддакнул Стьюард. — Где-то в глубине души.

Он поднял с пола чайник и направился к плите.

— Вот! — матушка указала на Стьюарда рукой, прислушайся, мол. — И ты отказалась! Виктория…

— Мама! Мы с лордом Эмбером… не пара.

— Конечно, ты ведь отказалась стать его женой! — всплеснула матушка руками, а потом ее взгляд стал внимательным. — Я поняла, у тебя жар. Дай пощупаю лоб.

Она протянула ко мне руку, и я отшатнулась.

— Мама! Это моя жизнь, и я… — Ох, если я ей скажу про метку — это точно будет скандал! Потому я решила остановиться на лаконичном ответе: — Не хочу выходить замуж.

Стьюард уронил чайник еще раз — я поморщилась от громкого звука.

Масик, который снова едва успел увернуться, возмущенно отполз в угол и оттуда крякнул, принимая самый несчастный вид из всех возможных.

Матушка приложила руку к груди.

— Что за глупости? Конечно, хочешь!

Обернувшись, Стьюард закивал. Глаза у него были круглыми, как монеты.

Те самые, которые лорд Эмбер снова вычел из моего жалования!

Шутки шутками, но какое уж тут замужество? Так и слышу: «Леди Эмбер, минус пятьсот дублонов! За что? Пока не придумал».

Бр-р-р…

— Мама. Один раз я уже чуть не вышла замуж — и ты сама знаешь, чем все это обернулось…

При этих словах в маминых глазах что-то зажглось.

— Ох, девочка моя, к слову, ты не представляешь, как гудит сейчас весь город! Говорят, в особняке Хобардов такой крик с утра стоит! А Уильяма уже готовы объявить не просто должником, а вором! Я краем уха слышала, что на него хотят повесить всех собак, от пропажи старых чулок миссис Росс до того, что это он продал тот самый шампунь миссис Смитти — помнишь, за восемьдесят дублонов… Говорят, даже цветы на площади он потоптал!

Слышать это было приятно. Но дело было совершенно не в этом.

— Мама. Я не хочу выходить замуж просто потому, что должна. Можно ведь быть счастливой и без замужества!

Повисла тишина.

Стьюард, который так и не поднял чайник с пола, больше не мог ничего уронить, так что просто приложил ладонь к щеке и горестно