Каждая ночь - твоя - Кристи Келли

В глазах мисс Роубак блеснул огонек.

– Непременно пригласит! – ледяным тоном отрезала она.

Эвис насторожилась. Уверенность, с какой это было сказано, почему-то страшно ей не понравилась. Провожая взглядом девушку, она гадала, какие козни строит эта пустоголовая куколка. Стоит, пожалуй, понаблюдать за ней, решила Эвис. И уже двинулась было за мисс Роубак, но тут рядом с ней с бокалом лимонада в руках возник Бэннинг.

Он окинул ее выразительным взглядом, и в глазах его вспыхнуло восхищение.

– Бог мой, мисс Коупли, вы очаровательны! Знаете, должен признаться, это серебристое платье нравится мне нисколько не меньше, чем то изумрудно-зеленое!

Взяв у него из рук лимонад, она сделала небольшой глоток, и губы ее дрогнули в улыбке.

– Я почему-то так и подумала, что вы его оцените.

Бэннинг незаметно придвинулся поближе.

– А знаешь, что бы мне понравилось еще больше? – заговорщически шепнул он ей на ухо. – Сорвать его с тебя.

– Сдается мне, я это уже слышала, и не раз. – Теперь она откровенно улыбалась, глядя ему в глаза. Внезапно ей стало жарко. Эвис поднесла к губам бокал и принялась маленькими глотками потягивать ледяной лимонад, чтобы успокоиться.

– Похоже, вот-вот объявят наш танец. – Бэннинг протянул ей руку. – Идем?

Они отправились в бальный зал. Лорд Кесгрейв, стоявший рядом с женой возле группы музыкантов, с улыбкой объявил:

– Леди и джентльмены, позвольте мне представить вам победителей в стрельбе из лука. Это лорд Селби и мисс Коупли!

Они вышли на середину зала. Собравшиеся гости приветствовали аплодисментами появление этой пары.

– Поскольку моя жена находится в деликатном положении, сегодня честь открыть бал предоставляется мисс Коупли и лорду Селби, – продолжал лорд Кесгрейв.

Бэннинг подал ей руку, и в этот момент музыканты заиграли вальс.

– По-моему, я слишком долго не практиковалась, – прошептала Эвис.

– Уверен, что ты прекрасно справишься.

Они, кружась, заскользили по залу, а через минуту их примеру последовали и другие пары.

– Ты великолепно танцуешь, – сказал он.

– Спасибо, – ответила Эвис.

К сожалению, вальс закончился слишком быстро, во всяком случае, по мнению Эвис. Бэннинг подвел ее к Дженетт и откланялся. А Эвис, покосившись на подругу, заметила, что в глазах у той прыгают чертенята.

– И каково это – танцевать… с моим братом? – хихикнув, поинтересовалась Дженетт.

– Мне понравилось, – лаконично ответила Эвис, не желая вдаваться в подробности. Потом обвела взглядом зал и заметила направлявшегося в их сторону лорда Дарема.

– Леди Дженетт, если не ошибаюсь, следующий танец вы обещали мне, – с улыбкой проговорил он.

– Да, – коротко буркнула Дженетт, потом взяла его под руку, и они присоединились к другим танцующим. К несчастью, после ухода Дженетт Эвис осталась стоять в одиночестве – и Оливия Роубак немедленно воспользовалась этим.

– Мисс Коупли!

От этого писклявого голоса у нее по спине поползли мурашки.

– Да, мисс Роубак?

Настырная девица, ничуть не смущаясь, подхватила Эвис под локоть и потащила ее в сторону террасы.

– Могу я поговорить с вами?

– На террасе? – удивилась Эвис.

– Да. – Уже возле самой двери она вдруг склонилась к Эвис и заговорщически прошептала ей на ухо: – Видите ли, мисс Коупли, у меня возникла небольшая проблема… и справиться с ней мне может помочь только женщина вроде вас. Я имею в виду – обладающая вашими добродетелями.

– Моими добродетелями?! – ошеломленно переспросила Эвис.

– Да. Ведь всем в свете известно, как вы заботитесь о своей репутации.

– Вот как? – Ситуация стала понемногу проясняться.

– Да. – Мисс Роубак похлопала Эвис по руке. – Ваша безупречная жизнь и высокие моральные принципы вошли в легенду. Вы – воплощенное целомудрие, мисс Коупли.

– Я?!

– Конечно.

– Но я живу одна, – запротестовала Эвис.

Мисс Роубак, остановившись, обернулась, и глаза ее блеснули.

– Вот именно! – с воодушевлением воскликнула она. – Всем известно, что у вас нет компаньонки, и при этом все знают, как вы заботитесь о своей репутации. Вы настолько добродетельны, что вас можно поставить в пример любой замужней женщине!

– К чему вы ведете, мисс Роубак? – подозрительно спросила Эвис.

– Видите ли, мне предстоит неприятный разговор с одним человеком… а ситуация достаточно… ммм… деликатная. Я очень надеюсь, что вы не оставите меня одну – иначе у меня, чего доброго, просто не хватит на это смелости.

– Конечно, конечно, – забормотала окончательно растерявшаяся Эвис, отчаянно гадая, о чем идет речь. Неужели кто-то осмелился усомниться в образованности или тонком интеллекте этой несчастной глупышки? Хотя, если честно, она сильно сомневалась, что Оливии Роубак хватило бы ума это заметить.

– Вот он, – объявила та, кивком указав на стоявшего возле лестницы Бэннинга.

– Лорд Селби?

– Да.

Что-то тут не так, успела подумать Эвис. Но мисс Роубак, схватив ее за руку, потащила ее за собой.

– Добрый вечер, леди, – приветствовал их Бэннинг. Окинув Оливию Роубак взглядом, он слегка нахмурился, потом с удивленным лицом повернулся к Эвис, словно спрашивая, в чем дело.

– Лорд Селби! – решительно кивнув, бросила мисс Роубак.

Эвис молчала, в душе у нее шевельнулось неприятное предчувствие чего-то недоброго. Неужели Оливия Роубак видела их вдвоем? Или, может, подслушала их разговор?

– Лорд Селби, я попросила мисс Коупли сопровождать меня, поскольку считаю, что пришло время заставить вас ответить за то, что вы сделали.

Эвис почувствовала, как кровь бросилась ей в лицо. Господи, в отчаянии подумала она, этого еще не хватало! Каким образом эта девчонка ухитрилась выследить их?

Бэннинг оцепенел.

– И что же именно я сделал, позвольте узнать?

– О! И вы еще спрашиваете? Можно подумать, вы не знаете! – Она обернулась к Эвис. – Вот полюбуйтесь, как этот человек ведет себя – и это после того, как он бесстыдно воспользовался моей неопытностью!

– Что?! – ахнула Эвис, гадая, уже не снится ли ей все это. В том, что Бэннинг никогда бы не позволил себе ничего неподобающего в отношении юной девушки, у нее лично не было ни малейших сомнений.

– Он отвез меня в свое поместье в Саутуолде, обольстил меня своими сладкими речами, клялся, что мы поженимся и все такое! – Мисс Роубак усиленно захлопала ресницами. В конце концов, ее усилия увенчались успехом, и ей удалось-таки выдавить из себя одну-единственную слезинку.