Ты так прекрасна! - Эми Фетцер

Наблюдая за Бэкетом, Крис качнулся на стуле, устраиваясь поудобнее. Тот взял себе виски, опустошил стаканчик и направился прямо к Свифту.

— Шериф?

Крис глубоко затянулся.

— Я вижу, ваш бизнес по-прежнему процветает.

— После того как нас покинула Велвет? Да.

«Покинула». Мягко сказано, если учесть, что ты с ней сделал», — подумал Свифт, медленно поднимаясь из-за столика.

— Говорят, ее комната недолго пустовала. — В комнате Велвет уже поселилась Ди.

— Не делать же музей из комнаты шлюхи, презрительно фыркнул Бэкет, зло сверкнув глазами.

— Шлюхи? Это все, чем она была для вас? Хозяин салуна заметно смутился:

— Ну, служащей моего предприятия.

— Вы говорили, что она — основное ваше богатство. Бэкет нехотя кивнул, соглашаясь.

— Тогда почему не предложили ей сопровождающего в дороге?

— Она отказалась.

— Истинный джентльмен, каким вы представляетесь, настоял бы на своем.

Крис с удовольствием отметил, что спокойствие дается Бэкету с трудом. Значит, нервы у владельца салуна не железные. Вот и хорошо.

— Вы когда-либо пробовали уговорить Велвет? И потом, у нее было оружие.

Шериф сложил руки на груди и, словно раздумывая, спросил:

— Как вы думаете, она могла ранить своего убийцу? Преступник пожал плечами и поправил обшлага костюма.

— Не могу сказать, поскольку меня там не было. Бросив взгляд на руки убийцы, Крис заметил следы ссадин.

— А я был. — (Бэкет поднял глаза, они были пустыми.) — Я нашел ее.

Хозяин салуна так же бесстрастно взялся за трость.

— Вот как? — Он не выказал никакого интереса, машинально скользя взглядом по посетителям салуна.

Криса душила злость. Перед ним — само воплощение порока! Человек с благородным лицом и приятными манерами — чудовище, способное убить мать в публичном доме, зарабатывающую деньги на содержание ребенка, чудовище, у которого воспоминания о жертве не вызывают даже никаких эмоций!

— Сдается мне, кто-то охотится на беззащитных женщин. Бэкет бросил на него быстрый взгляд, его губы растянулись в вежливой улыбке.

— Возможно, они заслужили это.

— Так эго наказание?

Бэкет лишь пожал плечами.

Крис теперь так и кипел от ярости. Нет, это зло надо вырвать с корнем. В ближайшее же время он отпустит Викторию в город, и пусть она сделает то, ради чего здесь появилась.

Крис осторожно поднимался по лестнице, стараясь никого не разбудить. Жаль, что любимая его не встречает. А хорошо бы, в той самой рубашке, в которой она выглядела так соблазнительно! Как же ему хотелось ее увидеть, но уже перевалило за полночь, и потому Крис направился к себе. На пол сквозь распахнутые окна лился лунный свет.

Расстегнув ремень, Крис повесил кобуру на спинку стула и стал снимать ботинки. Освободившись от обуви, стащил с себя одежду. В комнате было тихо, лишь ветер слегка колыхал занавески на окнах.

Неожиданный шелест бумаги заставил его обернуться.

Еще один порыв ветра и снова шелест. Крис зажег лампу и, приблизившись к своей огромной кровати, увидел микрофон и наушники Виктории. Под ними лежал листок бумаги, на котором было написано только два слова: «Разбуди меня».

Он улыбнулся, натянул на голову наушники и включил микрофон.

В наушниках слышалось ее дыхание, совсем близко: он сразу вспомнил пробежку в горы. — Вик, — прошептал он.

Раздалось невнятное бормотание, затем шуршание простыней.

— Вик? — повторил он.

— Привет. — По голосу он определил, что она улыбается, сонно потягиваясь. Наверное, спала обнаженной… От этой мысли внутри у него все сжалось. — Сколько сейчас времени?

— Уже за полночь.

— Ты где-то веселился?

— Нет. Я очень скучал без тебя.

— Вот как?

— Да. — Он лег в постель. — Я разговаривал с Бэкетом. Она в замешательстве помолчала, потом произнесла:

— Расскажешь позднее.

Теперь замолчал Крис. Он совсем не ожидал от нее подобной реакции. Или она как-то угадала, что он принес пло-

хие новости?

— Что ты делала, пока меня не было? — Развалившись на кровати, он положил руки под голову и ногу на ногу.

— Приняла ванну, смыла с себя весь пот. Он закрыл глаза.

— Представляю…

— А ты что делаешь?

— Лежу в постели.

— Устал и хочешь спать?

— Нет, — живо ответил он. — Совсем наоборот. — И снова каким-то образом почувствовал ее улыбку.

— Угадай, о чем я думаю.

Крис уловил, что дыхание ее участилось, и попытался представить, как вздымается сейчас ее грудь.

— Ну и о чем же? — спросил он после паузы.

— Я хочу тебя.

Он судорожно сглотнул.

— Это что… — Он нахмурился. — Секс по телефону?

Чувствовалось, что она

— Можешь назвать и так. — что-то задумала. — А еще о чем?

— Не могу же я прочитать твои мысли.

— Мог бы и догадаться… — Она вдруг зашептала, что собирается делать с ним в постели, рождая в его голове разнообразные картины их слившихся в любовном экстазе тел, одну соблазнительнее другой. Спустя минуту он весь напрягся, ожившая плоть изнывала от желания. По щеке скатилась капля пота.

— Вик, остановись, — прошипел он.

— Понравилось?

— Лучше бы на самом деле, — произнес он, прерывисто вздыхая.

— Тогда открой глаза.

Он так и сделал.

Она стояла у изножья кровати, в облегающем ее фигуру тонком халате. Крис в мгновение ока оказался рядом и, сбросив наушники прямо на пол, заключил ее в свои объятия.

Их подхватил водоворот любви — бурный, захлестывающий, неистовый. Правда, он из-за излишней торопливости и суеты никак не мог развязать пояс на ее халате. Но вот полы халата разошлись, и их горячие тела рванулись навстречу друг другу.

Оба теперь стонали от наслаждения. Крису наконец удалось сорвать с нее халат, и теперь вся она была в его власти.

Любовники больше не сдерживали себя — долгие недели воздержания бросили их друг к другу, зажгли, словно сухую траву. Он хотел ее всю — возбуждали ее соблазнительные выпуклости, выемки, ее запах, нежная кожа, — он наслаждался даже звучанием ее имени, повторяя его снова и снова.

Она глубоко вздохнула и протяжно застонала, этот стон словно подстегнул Криса.