Ты так прекрасна! - Эми Фетцер

Ее тело буквально требовало его ласки — мужской, не истовой и в то же время благоговейной. И он не скупился на нее, губами изучая шею и плечи любимой, распаляя ее все сильнее.

Она уже изнемогала от ожидания, невольно сокращая мышцы ног, когда он добрался до ее сосков.

— Я хорошо это делаю? — Он на миг прервался, желая убедиться, что она вся истомилась.

— О Боже, да!

Он обхватил сосок влажными губами, и, вскрикнув, Виктория вцепилась в его шевелюру. Легонько посасывая, Крис ни на мгновение не прекращал ласкать ее рукой. Вот он коснулся ее лона…

Словно струны загудели в ее теле, в голове все смешалось. Никогда еще она не испытывала таких эмоций, и никогда любовный акт не был столь естественным. Она хотела бы навсегда остаться в его объятиях, теребя его волосы, заключая его лицо в ладони, сжимая его сильные мускулистые плечи.

Внезапно его руки скользнули вниз, срывая с нее последний клочок материи, что еще разделял их тела, и он прижался к ней своей страждущей плотью, давая понять, что у него нет больше сил и желания попусту тратить время.

Она ответила согласием: жар ее плоти сделал твердым его мужское естество, наполнив горячей кровью. Она улыбнулась ему, впившись в его губы своими,

— Боже милосердный! — выдохнул он и, бросив Викторию на кровать, проник в ее влажный грот.

Инстинктивно выгнувшись, она помогала ему, жаждая его все глубже и глубже, желая вобрать в себя всю его силу и мощь. Нет, Крису представлялось все это по-другому. Никакого рассудка! Он хотел видеть ее забывшейся, потерявшей голову от наслаждения и потому обрушил на нее новый град поцелуев, плечи, грудь, живот, ноги…

Виктория только вскрикивала и стонала, вздрагивая всем телом от каждого его прикосновения. Казалось, время остановилось, и она летит в тартарары. Тело ее словно проснулось после долгой спячки и сейчас жило собственной жизнью. Губы и язык Криса наполняли ее все новыми и новыми, дотоле неведомыми ощущениями. Еще мгновение, и Виктория не вынесет, просто уйдет в небытие.

— О Боже, Крис, пожалуйста! Пожалуйста!

Но он не отступал, продолжая свою сладостную пытку и бросая ее в безумие. Лишь ощутив, что она близка к вершине блаженства, он резко отстранился, а затем стремительно атаковал и навалился всем телом. Она радостно, с готовностью подалась к нему, обхватив руками, впившись губами в его губы, вцепившись в его плечи.

Он стремительно вошел в нее, и их жадный поцелуй прервался животным криком — оба кричали от высшего наслаждения. Но Крис на этом не остановился, он вновь разжег в ней желание, опалив огнем своей страсти…

С ее губ то и дело срывался шепот о том, как сильно она его хочет, какие восхитительные ощущения ее переполняют и как невероятно то, что с ними происходит. Этот хрипловатый, страстный шепот заставил потерять самообладание и его.

Их тела словно зажили своей жизнью; они будто бы танцевали какой-то экзотический танец, извиваясь, толкаясь и лаская друг друга, черпая энергию в своей любви.

— Пойдем вместе, — прошептал он, и она кивнула.

Они словно отбросили остатки сдержанности и целиком отдались наслаждению. Оно волной пробежало по их напрягшимся телам — острое, ощутимое, будто жидкая ртуть, затем еще раз, еще… Каждая волна срывала с их губ стоны и горячечный шепот, заставляла их корчиться, сминала простыни и связывала обоих невидимой цепью, которая не оборвется никогда…

Крис еле коснулся ее губ, наслаждаясь их нежностью. Она тяжело дышала ему в щеку.

— Вик, Вик, Боже…

— Я знаю, знаю, — прошептала она Крису на ухо, поглаживая его влажную спину. Закрыв глаза, она с силой притянула его к себе, не желая возвращаться к реальности, прислушиваться к звукам ночи, не желая, чтобы когда-либо наступало утро и эти восхитительные мгновения навсегда растаяли.

Он на удивление нежно коснулся губами ее руки — и это после всех тех безумств, что они пережили вместе?

Она улыбнулась — это была самая нежная улыбка из всех, что он когда-либо видел, — и откинула волосы у него со лба. Он тотчас поцеловал ее ладонь.

У нее перехватило дыхание, всю ее душу переполняла нежность.

Она любила этого человека. Всей душой, а теперь и телом, и ей не хотелось покидать его объятия. Никогда.

— Крис.

Он бросил на нее быстрый взгляд и проложил влажную дорожку из поцелуев по ее руке. Запустив пальцы ему в волосы, Виктория притянула любимого к себе и жадно впилась в его губы

Какими словами рассказать, что ее сердце безраздельно принадлежит ему. Нет таких слов. Да и не может она принадлежать этому человеку. Они должны расстаться. Несмотря на то что им будет тяжело. Очень тяжело.

И все же она выразила все свои чувства — горячим, полным страсти поцелуем Особым поцелуем Крис сразу почувствовал это, обезумев от невыразимого наслаждения.

Но и он знал, что их совместное будущее весьма неопределенно. А потому, сжимая ее в своих объятиях, словно пытался сказать — «Останься со мной, любовь моя. Ни один мужчина не будет любить тебя, как я. Ни один.

Ни в моем столетии, ни в твоем».