Непобежденная - Ханна Хауэлл

Заперев дверь, Дрого бросился за город, в лагерь. Когда он вошел в палатку Серла и Ведетт, его лицо помрачнело — Иды там не было.

— Рада вас видеть, мессир Дрого, — поднялась ему навстречу Ведетт. — Как прошла ваша встреча с Вильгельмом?

Мгновение Дрого с удивлением вглядывался в ее лицо. Хотя Ведетт и не была Иде родной матерью, но она вес же ухитрилась передать ей свою улыбку. И в том волнении, с которым Ведетт теребила завязки платья, Дрого тоже узнал Иду. Это волнение не могло быть случайным. Ведетт знала, где сейчас Ида!

— Я был весьма польщен той честью, которую оказал мне Вильгельм, — проговорил Дрого, пристально глядя на Ведетт. — Хотя именно вам узнать об этом будет нелегко. Мне дали ваш дом в Пивинси. Я вступлю во владения им, как только прибуду на место.

К его удивлению, лицо Ведетт просветлело. По-видимому, она была рада, что пока на прочие ее владения никто не претендует.

— Это очень скромная награда за вашу службу.

— Действительно, — удивленно произнес Серл, подходя к ним.

— Меня ждала куда большая награда, однако я не смог ее принять, — объяснил Дрого.

— Почему?

— Мне предложили земли, и немалые, чему я был бы очень и очень рад, если б они не шли в качестве приданого.

Ведетт несколько мгновений изумленно смотрела на него, потом, начиная понимать, повернулась к Серлу. Перевел на него взгляд и Дрого:

— Прости меня, старый друг. Ничем не смогу вознаградить тебя за верную службу. У меня ничего нет. Я сам отказался от награды. Я не мог взять в жены предложенную мне саксонку, потому что у меня уже есть для этой роли другая.

— Не извиняйся. Мне вполне достаточно того, что я имею сейчас, — любимой жены, крыши над головой, тепла костра и еды для моего брюха. Ты сделал правильный выбор. Я поступил бы так же. — Серл недоуменно огляделся кругом. — А где же Ида?

— Я и сам бы хотел это знать, — сказал Дрого, отметив про себя, что Ведетт смутилась. — Когда я вернулся, ее уже не было.

— Ведетт! — Серл нахмурился. — Где Ида?

— Здесь ее нет, ты же сам видишь, — мягко проговорила Ведетт.

— Этот человек не хочет твоей дочери ничего плохого.

— Чего он от нее хочет, он пока не говорил.

— Я хотел бы жениться на ней, если, конечно, она на это согласится, — охрипшим от волнения голосом произнес Дрого.

— А вы уверены, что тверды в своем решении? Может, вы действительно хотите этого сейчас, но пройдет немного времени, и вы пожелаете почестей и положения при дворе. Вы не будете жалеть, что связали свою судьбу с саксонкой?

— Нет. Никогда! Даже Вильгельм не удивился тому, что я отказался от земли ради Иды. Он лишь сказал, что, может быть, позднее найдет мне другую землю. Где Ида, Ведетт? — произнес он, начиная терять терпение.

— Она уехала обратно в Пивинси.

— Одна? — изумился Дрого.

— Нет. С ней отправился Годвин.

— И те двое ребятишек, которые всегда были с ним?

— Да. Они не захотели разлучаться с Годвином — боялись, что он их оставит, как оставляли другие.

Дрого опустил голову.

— Значит, Ида поехала практически одна: подросток и двое малышей не в счет. Как вы могли такое допустить?

— Она не желала меня и слушать. Думаю, ты не вправе меня упрекать, — тихо, с сочувствием проговорила Ведетт, даже не заметив, что перешла на «ты». — Тебе нужно было всего лишь предложить ей руку. Она не захотела быть на положении любовницы, и я отлично ее понимаю.

— Но как она могла отправиться в Пивинси? Армия опустошила там почти все.

— Думаю, солдаты смогли найти далеко не все за то короткое время, что они там оставались, — чуть улыбнулась Ведетт. — К тому же я дала ей кое-что в дорогу.

Рад это слышать. Где именно в Пивинси она может остановиться?

— В домике Старой Эдит. А что ты собираешься делать?

— Следовать за ней. Мне нужно предупредить Вильгельма, что я уезжаю. Поскольку отныне мой дом — в Пивинси, мне надо собрать все, что у меня есть, чтобы отправить это туда. Дай Бог, чтобы дожди не развезли дорогу — тогда я доберусь до места только к весне.

Дрого бормотал про себя проклятия, вместе с Унвином относя по крутым ступенькам вещи и укладывая их в повозку. Желанный отъезд невероятно задержался. Целую неделю пришлось ждать аудиенции у Вильгельма — и только для того, чтобы тот попросил его помочь устроиться в городе еще одной группе норманнов, которые прибыли в Англию, когда все уже было кончено, но которые тем не менее жаждали земель. Это отняло у Дрого еще восемь дней. Немного утешало его лишь то, что в эти дни над городом прошел сильный ураган, а теперь небо совершенно прояснилось.

— Мы ее разыщем, — спокойно произнес Бран, закидывая в повозку тяжелый ящик.

— Ты говоришь так уверенно! Подумай об опасностях, которые подстерегают ее и Годвина на каждом шагу!

— Ида — саксонка и едет по своей земле. Думаю, мы будем в большей опасности, чем она. Эту землю еще не раз придется завоевывать снова, притом с весьма небольшими шансами на окончательную победу.

Дрого промолчал. Возразить ему было нечего.