Живая мишень - Айрис Джоансен

— Если привлечь к этому Гэлена и Логана, они, скорее всего, сумеют незаметно доставить нас на остров. Но, повторяю, это очень опасно.

— Зачем мне безопасность, если я знаю, что уже завтра Бетуорт может взорвать еще одну плотину и убить сотни ни в чем не повинных людей?! Придумай что-нибудь, Морган! Если Мелис знает хоть что-то, что может нам помочь, значит, наш риск будет оправдан. — Алекс облизнула губы. — Помнишь, ты говорил, что чувствуешь Рунна, чувствуешь, когда он рядом? Так вот, у меня тоже появилось подобное чувство. Я знаю, чувствую: вот-вот должно случиться что-то очень страшное! Это будет скоро, Морган, и если мы не успеем…

— Не стоит тратить силы, уверяя меня в том, в чем я давно уверен. Я только хотел убедиться, что ты представляешь себе возможные последствия. — Он улыбнулся. — Знаешь, что мне пришло в голову? Я мог бы съездить на остров один, а тебя отправить к Гэлену и Элейн. Что скажешь?

— Нет. Морган вздохнул:

— Почему-то я так и думал. Ладно, я звоню Гэлену.

Белый дом

— Ты опять ничего не ешь, — сказал Андреас, улыбнувшись Челси. — Фредди снова расстроится и будет меня ругать. Он считает — это я виноват в том, что у тебя нет аппетита.

— А ты действительно уверен, что ты здесь ни при чем?

Андреас медленно отложил вилку и нахмурился.

— Не хочешь объяснить, что ты имеешь в виду?

— Не особенно. — Челси сделала глоток вина из бокала. — Ведь могут у меня быть свои секреты, правда? Мы женаты не так давно, чтобы делиться всем, что есть на душе. Всего каких-нибудь двенадцать лет.

Челси явно была в боевом настроении, и Андреас понял, что должен быть очень осторожен.

— Если хочешь, я могу сказать тебе, сколько времени мы женаты, с точностью до минуты. — Он посмотрел жене прямо в глаза. — Потому что каждой минутой я дорожу, словно бесценным сокровищем.

Челси некоторое время смотрела на него, потом не выдержала и отвернулась.

— Черт тебя побери, — сказала она устало. — Твоя искренность всегда меня обезоруживала. Это нечестно, Джордж!

— Ты сердишься. Могу я узнать — почему?

— Когда ты выставил свою кандидатуру на выборах, я знала, что будет трудно, и была готова терпеть. Но мне казалось — все будет по-другому. Чего я не знала, так это того, что большинство граждан Соединенных Штатов будут считать тебя чуть ли не богом. — Она экспансивно взмахнула рукой. — Можно подумать, достаточно тебе пальцем шевельнуть, и среди ночи взойдет солнце, с безоблачного неба низвергнется ливень и пять тысяч насытятся пятью хлебами!

— О чем ты, дорогая?..

— А ты как думаешь? — В глазах Челси неожиданно блеснули слезы. — Я боюсь, Джордж! После одиннадцатого сентября ты значишь для этой страны слишком много. Именно поэтому за тобой охотятся боевики «Матансы», «Аль-Каиды», «Хезбе ислами» и прочих… Они знают, что, убив тебя, нанесут страшный удар всей стране.

— Мне угрожали и раньше, — мягко сказал Андреас. — Но, как видишь, я до сих пор жив.

— Да, ты пока жив, но они подбираются все ближе! Особенно этот ужасный Кордоба со своей «Матансой»… И не спорь со мной: я знаю, что это так, иначе бы ты не натравил на меня Нэнси Шепард.

— Что-что?

— Пожалуйста, не прикидывайся, будто ничего не знаешь! Разве ты не попросил ее послать меня в Питсбург — собирать средства для Национальной ассоциации помощи детям, подвергшимся насилию? Неужели ты думал, что я не догадаюсь?

— Нет, конечно. Но я надеялся — ты притворишься, что не догадалась.

— Почему?

— Потому что так было бы проще.

— Я никуда не поеду. Нэнси я сказала, чтобы она подыскала кого-нибудь другого.

Андреас покачал головой:

— Нет, Челси, тебе придется поехать в Питсбург.

— Я тебя не оставлю!

— Ты поедешь. — Он улыбнулся. — Потому что, если ты этого не сделаешь, мне придется сказать Нэнси, что вместо тебя поеду я. И не только в Питсбург. Я объеду все крупные города на северо-востоке, чтобы собрать средства для подвергшихся насилию детишек, и да поможет мне бог!

— Нет!

— Выбирай: ты или я.

— Господи, почему я не могу остаться с тобой? В Белом доме нам ничто не грозит!

— К сожалению, на земле не осталось мест, которые были бы совершенно безопасны.

— О'кей, я знаю. — Челси вздохнула. — Почему, как ты думаешь, я не стала возражать, когда ты отослал детей?.. И все равно, здесь намного безопаснее, чем где бы то ни было. Покуда ты остаешься в Белом доме, Келлер может обеспечить твою охрану.

— Так кто поедет в Питсбург, ты или я?

— Черт бы тебя побрал! — Челси тяжело вздохнула. — Я поеду.

— Это будет просто замечательно, любимая. От этого выиграют не только подвергшиеся насилию дети, но и я.

— Хорошо, я поеду, — повторила Челси дрожащим голосом. — Только не позволяй им убить тебя, ладно? Иначе мне придется ходить в трауре, а ты знаешь — черное мне не идет.