Возвращение на Трэдд-стрит - Карен Уайт

– Как скажешь, – ответила я, не без злорадства наблюдая, как она мысленно переводит. – Так о чем был твой сон?

Она придвинула стул поближе к кровати, как будто призраки не услышат ее, если она прошепчет свой рассказ мне на ухо.

– Мне снова приснилась эта женщина. Та, которую я видела раньше, с колыбелями.

Я ощутила укол разочарования.

– И это все? Ты просто снова видела женщину с двумя колыбелями?

Ребекка покачала головой.

– Вроде как. Только на этот раз было три колыбели. И в одной из них был ребенок.

– И все колыбели были одинаковыми?

Она медленно кивнула.

– Все три черные, с кручеными шпинделями и полозьями в виде эгреток. – Она сделала большие глаза. – Там была еще одна новая вещь.

Ее лицо было совсем близко к моему, и я чувствовала ее дыхание.

– Какая? – прошептала я.

– Она что-то держала в руке, лист бумаги. На нем было много строк, что-то вроде официального бланка, свидетельства о рождении или типа того, но я не смогла ничего прочесть. Она все время подносила его к моему лицу и указывала на подпись внизу. В общем, я не смогла прочесть и потому надеялась, вдруг ты знаешь, в чем тут дело. Не хочу, чтобы она вернулась и мешала мне спать. Не хватало мне темных кругов под глазами на фотографиях моей помолвки.

– Слава богу, есть фотошоп, – сказала я, переваривая услышанное.

– Извини?

Я вернулась к Ребекке.

– Я сказала, что ты всегда хорошо выходишь на фотографиях.

Столик с другой стороны кровати заходил ходуном под аккомпанемент громкого сопения и воя. Хрустальная лампа на столе задрожала.

Ребекка вскочила на ноги.

– Что, черт возьми?.. – Она шагнула к кровати и вскрикнула: – Пуччи!

В тот самый момент, когда я поняла, что не могу быстро встать с постели, чтобы помочь, до меня дошло, чем, собственно, занят Генерал Ли. Я с ужасом повернулась к Ребекке.

– Он ее?..

– Генерал Ли! – вновь взвизгнула Ребекка и наклонилась ниже.

Я как будто смотрела фильм, где нижняя половина экрана была заблокирована, то есть слышала визг маленькой собачонки, рычание другого пса и вопли Ребекки, наблюдая, как она подпрыгивает вверх-вниз, как будто в поисках удобной позы, чтобы спасти свою любимицу.

Где-то вне поля моего зрения раздался свирепый рык. Ребекка отпрыгнула. Я представила Генерала Ли, грозно охраняющего свои владения, и едва не рассмеялась.

– Может, им лучше не мешать. Пусть себе закончат… – предложила я, но под ядовитым взглядом Ребекки тотчас умокла.

Не говоря ни слова, она схватила одну из подушек и двинулась к невидимой любовной паре, но затем резко остановилась.

– Кажется, они уже закончили, – сказала она. Бросив подушку, она наклонилась и подняла Пуччи. Мне показалось, что собачонка выглядела вполне счастливой и ничуть не сожалела о содеянном.

– Тебе найти пару сигарет?

Она посмотрела на меня.

– Мне казалось, ты говорила, что твой пес старый!

– Верно. Но старый не значит мертвый, Ребекка. Ты только посмотри на моих родителей!

С омерзением взглянув на моего песика, Ребекка бросилась к двери.

– Могу только надеяться, что последствий не будет. – Она выразительно посмотрела на мой живот. Сделав глубокий вздох и выждав момент, чтобы собрать нервы в кулак, она добавила: – Мой свадебный менеджер позвонит тебе. Его зовут Даниэль – без фамилии, просто имя. Как у Мадонны.

– Мне казалось, ты сказала, что мне не нужно ничего делать… – начала было я, но она уже проскользнула в дверь и зашагала к лестнице.

Я со вздохом откинулась на подушки, но тотчас резко поднялась, вспомнив наш с Софи разговор во время прогулки по Батарее. Она упомянула фамилию подруги Камиллы, Шарлотты, и эту фамилию я уже где-то слышала.

Тогда я не смогла этого вспомнить. Но теперь, после того, что мне сказала Ребекка, я подумала, что знаю. Осторожно перекатившись в сидячее положение, я потянулась к папке, которую дала мне Ивонна и которую я положила на мольберт. Я уже начала составлять хронологическую таблицу собранной нами информации, но того, что я искала, там не было.

Я начала листать бумаги, пока не нашла копию свидетельства о смерти Камиллы. Пробежав пальцами по странице, я остановилась в самом низу, где жирными черными чернилами стояла подпись врача, подтвердившего факт смерти. Роберт Прингл.

Вдоль моего позвоночника как будто начали вырастать ледяные кристаллы. Я пролистала еще несколько страниц, пока не нашла второй лист бумаги – более позднее дополнение, которое Софи попросила Ивонну положить в папку. А именно копию открытки, которую Камилла Вандерхорст отправила матери во время медового месяца в Италии – той самой, в которой она упомянула имя своей подруги, сопровождавшей ее и мужа.

Там, написанное элегантным почерком Камиллы, значилось нужное мне имя: Шарлотта Прингл. Я вернулась к началу папки, где Ивонна поместила генеалогическое древо Вандерхорстов. Я нашла Джона и его единственного потомка Уильяма. И там, на одной ветке с Джоном, были имена двух его жен, Камиллы и Шарлотты.

Это вполне могла быть другая Шарлотта. Прингл – распространенная фамилия в Чарльстоне. Вдруг это просто совпадение? Но как любил напоминать мне Джек, совпадений не бывает.

Я не отдавала себе отчета в том, что произнесла эти два имени вслух, пока лампа на прикроватной тумбочке не начала качаться. Я крикнула было Генералу Ли, чтобы он прекратил, но увидела, что этот негодяй свернулся клубочком на полу у моего туалетного столика.

Я испуганно повернулась к лампе. Та продолжала раскачиваться из стороны в сторону, все быстрее и быстрее. Затем, на миг застыв на ободке медного основания, она качнулась в обратном направлении с такой силой, что упала и, с громким стуком ударившись о стол, разбилась на деревянном полу.

Джек, моя мать и Нола были в дверях в считаные минуты, а несколько мгновений спустя за их спинами, тяжело дыша, появилась миссис Хулихан. Джек шагнул к кровати и начал ощупывать меня, как будто хотел убедиться, что я цела, моя мама и Нола обошли кровать и заметили лампу.

– С тобой все в порядке? – спросил Джек.

Я кивнула.

– Да, все в порядке… правда.

Потирая руки, миссис Хулихан подошла к окну.

– Ну и холодина здесь у вас.

Моя мать подняла с пола верхнюю половину лампы. Мы все уставились на абажур – тот как будто был исцарапан чем-то похожим на когти. Или на острые ногти разъяренной женщины.

– Что случилось? – спросила она, хотя по ее лицу было ясно, что она уже обо всем догадалась.

В меня вопрошающим взглядом впились три пары глаз. Миссис Хулихан тем временем проверяла оконные замки и раздвигала шторы, чтобы удостовериться, нет ли трещин.