Город драконов. Книга седьмая - Елена Звездная

– Нет, по-моему, вы настолько сильны, лорд Арнел!

Маленькая пикировка заставила отвлечься от грустных мыслей, и когда внизу хлопнула входная дверь, я уже взяла себя в руки и поспешила навстречу с генералом. Прилагая все силы к тому, чтобы встретить с улыбкой того, кому предстояло испытать невыносимую боль, и я была не в силах облегчить ее ничем.

Генерал ОрКолин рыдал навзрыд, не в силах ни остановиться, ни успокоиться. Слезы текли по его лицу, застревая в шерсти, и лишь после проливаясь на руи, на грудь, на пол. Лишь та тетрадь, что была переда мной оборотню, оставалась невредимой, по причине того, что ОрКолин завернув ее в шарф, держал столь бережно, максимально отодвинув от себя, но, так и не решившись отпустить. Он не мог, просто не мог сделать этого.

– Бель, – глухое рыдание сотрясло оборотня, – Бель, девочка, спасибо… спасибо тебе… я… благодарен…я…

– Мне очень жаль, что так поздно, – и потому принять слова благодарности я не могла.

Потому что мне никогда не забыть его полных боли слов: «Мне из троих моих сыновей одного самому убить пришлось. Мы, знаешь, мы же даже убивать научились, Анабель, одним ударом. Так, чтобы сразу. Чтобы не мучился. Тяжело. Я ведь не трое суток ждал, я пять над ним волком выл».

И того, что ОрКолин сказал до этого: «Мальчиков, при первичной трансформации идущих по другому пути… мы убиваем, Анабель. Убиваем из жалости. Мало кто выживает, понимаешь? А смотреть, как звереныш подыхает несколько дней, – то еще удовольствие. И если бы был шанс там или… надежда, хоть какая, но ее нет. И мы убиваем их, просто убиваем».

В той тетради, что я отдала генералу, был не просто шанс, и даже не надежда – там имелась схема. Полноценная, научная, основанная на разработках профессора Стентона, моих и на тех знаниях, что передал мне первый Зверь, которого звали Джимми. Это с неизвестной проблемой разобраться сложно, но с тем, что было создано искусственно, как Память Крови Ржавых драконов, все оказалось гораздо проще. У меня ушло всего четыре ночи. Пусть и совершенно бессонных, но каждый миг был ценен, потому что в кланах оборотней все так же рождались мальчики, чьей участью могла стать Тринадцатая луна.

– Я, – ОрКолин пытался сдержаться, но я понимала, как это сложно для него, – я благодарен, Бель, безумно благодарен, но… мне больно.

– Я понимаю. – Я тут слышал, у тттебя свадьба сегодня?

– Да.

– Извини, ннне смогу прийти…

– Я понимаю.

Кивнув косматой головой, ОрКолин с трудом поднялся, пошатываясь прошел к двери, развернулся, и подняв столь бережно замотанную тетрадь, спросил:

– Это в единственном экземпляре?

– Нет, я переписала копию, и сделала магически еще две, – поспешила успокоить оборотня.

– Тогда не так страшно. А то, понимаешь, такая ответственность. Такая ответственность… – еще никогда я не видела генерала ОрКолина пребывающим в подобной растерянности, но я его понимала, понимала всем сердцем.

И резко вскинув голову, оборотень вдруг твердо сказал:

– Знаешь, я схожу на могилу к моему мальчику. Все эти годы не ходил, не мог, а сейчас… я схожу. Посижу. Есть что рассказать ему, столько лет прошло.

Я поняла, что по моим щекам текут слезы.

– Эй, Бель, детка, у тебя же свадьба сегодня, – попытался приободрить тот, кому поддержка требовалась гораздо больше, чем мне.

– Помню, – торопливо вытерла слезы, – сложно забыть.

– Это потому что твоя миссис Макстон гоняется в гневе по всему поместью Арнелов в поисках местного главного дракона? – ОрКолин все же заставил себя улыбнуться.

– И поэтому тоже, – кивнула с улыбкой.

ОрКолин ответил кивком, и внезапно посерьезнев, тихо сказал:

– Знаешь, я всегда думал, что Стентон был умнее тебя. Все же дракон, уровень магии выше твоего вдвое, а его способность сохранять холодный разум и научно рассуждать в любой ситуации – это восхищало. Но, я скажу тебе то, что у нас, оборотней, говорят очень редко – ты превзошла своего учителя, девочка.

И склонив голову, ОрКолин оцарапал ладонь, и прижал кулак с окровавленными когтями к сердцу. Знак почтения, коего удостаиваются только самые великие вожди.

– ОрКолин! – я в растерянности поднялась.

– Заслужила, – оборвал мою попытку остановить его оборотень. – Действительно заслужила. Никогда и ни к кому я не испытывал подобного уважения. Ты первая, перед кем я с почтительностью подкрепленной кровью склонил голову. Береги себя, Анабель Ваерти.

* * *

Некоторое время посидев в одиночестве, я все же поднялась и направилась в кабинет на первом этаже, где профессор в былые времена принимал посетителей.

Все уже были там.

Лорд Арнел сидел во главе стола, мрачно просматривая утренние газеты, Бетси полагалось бы сидеть, но горчичная время от времени поднималась, и быстренько вытирала еще какую-нибудь обнаруженную ею пыль, видимо не в состоянии наблюдать дом профессора Стентона, пребывающий в запустении. Лорд Гордан стоял у окна, весьма безучастно глядя в окно.

Когда я вошла, на меня разом посмотрели все присутствующие.

– Анабель, чувство вины совершенно неуместно, ты и так сделала для ОрКолина все что могла, ночами не спала, спеша закончить это исследование.

Возможно, глава Вестернадана был прав, возможно, но…

– Но это не вернет ему сына, – тихо ответила.

– Но спасет его внуков, – довольно резко произнес Адриан.

И сложив газету, отложил ее на край стола, чтобы начать с главного, а драконья раса по мнению черного дракона всегда была в приоритете:

– Лорд Гордан, какие бы чувства вы сейчас не испытывали, и в каком бы негодовании не пребывали, судьбу расы Ржавых драконов я вверяю в ваши руки.

В единый миг, младший следователь прекратил с болью и гневом взирать на меня, и обратил все свое внимание на лорда Арнела. Мэр совершенно спокойно продолжил:

– Бетсалин станет вашим проводником. В настоящий момент Рейнхол перестраивается, мы затратили немалые средства на обустройство города, а вашей основной задачей будет доставить всех представителей расы Rufusdraco в их новый дом.

И тут лорд Гордан резко высказался:

– Они наши враги!

Подняв на него усталый, но непреклонный взгляд, лорд Арнел холодно произнес:

– Они – драконы. На данный момент – исчезающая раса. Слабая настолько, что маги старой школы сочли их вполне беззащитной добычей и безропотной жертвой. Но как бы там ни было – они драконы, как и мы. И теперь, когда Анабель