Двойной латте в дождливый день - Софи Анри

Я едва подавила смешок и поправила на нем одеяло, натягивая до самых плеч, чтобы не отвлекаться на красивое голое тело.

Горячий душ взбодрил меня, смывая остатки вчерашней тревоги. Мне совсем не хотелось думать о ссоре с мамой – еще будет время поразмышлять о наших с ней отношениях. Сейчас все мои мысли занимал Рэйден. Его губы, объятия, прикосновения… Нас ждали мини-каникулы, которые мы проведем только вдвоем, пока Тина не вернется в кампус, и знание этого окрыляло меня.

Вернувшись в комнату, я нигде не увидела Рэйдена.

На столе лежала записка:

Ушел принять душ и сжечь этот чертов смокинг. Вернусь с завтраком.

Люблю, целую, твой плейбой-бариста.

Мои губы расплылись в дурацкой улыбке.

Я взяла со стола телефон и включила его, чтобы написать ответ.

Айви

Не смей трогать смокинг! Ты в нем очень соблазнительный.

Отправив сообщение, я проверила автоответчик. Лу поздравляла с Рождеством, Грег интересовался, как я себя чувствую и просил вернуться домой, но от мамы не было ни пропущенных звонков, ни сообщений.

Убедив себя, что мне все равно, я принялась рыться в шкафу в поисках чего-нибудь более симпатичного, чем старая безразмерная футболка. Я остановила выбор на тонком вязаном платье. Переодевшись, я нанесла тональный крем и слегка подкрасила ресницы. Мне хотелось выглядеть красивой, но так, чтобы Рэйден не понял, что я старалась ради него. Еще совсем недавно я смеялась над подобными загонами других девчонок, и вот, приветствуйте новую версию меня под названием «До одури влюбленная».

Через полчаса дверь открылась и в проеме сначала появилась большая коробка пиццы с двумя пластиковыми стаканами колы и большой картошкой фри сверху, а потом и сам Рэйден, одетый в куртку и шапку с помпоном, которые были присыпаны снегом. Он придерживал подбородком бумажный пакет, а в руке сжимал телефон.

– Все, Мэл, позвоню потом, передавай привет миссис Скотт.

Мне показалось, или в его голосе звучало раздражение?

Подняв взгляд на меня, он сразу просиял.

– Привет, Кнопка! Как ты себя чувствуешь?

– Неплохо. – Я нервно затеребила длинные рукава платья, не совсем понимая, о чем именно спрашивал Рэйден: о ссоре с мамой или о нашей ночи. Но стоило мне вспомнить, как я вчера плавилась под его обжигающими ласками, мои щеки сразу же вспыхнули.

Рэйден засунул телефон в карман куртки и перехватил пакет, который удерживал подбородком.

– Я принес вкусняшки.

Он быстро разулся, поставил все на стол и подошел ко мне. У меня в груди взорвался салют, когда он обхватил мое лицо ладонями и поцеловал по-особенному чувственно и неспешно. Он ласкал мои губы с таким упоением, словно те были слаще леденца, и я прильнула к нему всем телом, потому что от его горячих рук на моей талии подкашивались ноги.

– Надеюсь, ты не сжег смокинг? – спросила я, улыбаясь ему в губы.

– Оставил до следующего стриптиза для тебя.

– Поверь, это будет выглядеть так же позорно, как и в трениках, – поддела его, и Рэйден прикусил мою нижнюю губу.

– Давай уже есть, а то пока я расплачивался, кассир перекрестился, услышав утробное рычание моего желудка. Еще чуть-чуть, и точно бы вызвал экзорциста.

После плотного обеда мы завалились на кровать. Я боялась, что после первой близости буду ощущать неловкость в присутствии Рэйдена, но мои страхи оказались напрасны. Мне было так же уютно и спокойно в его объятиях, как и раньше, что я даже осмелилась задать откровенный вопрос, беспокоивший меня все утро.

– Тебе вчера было хорошо со мной? – Я прочертила пальцем эльфийскую вязь на его футболке, которую подарила ему на День благодарения.

От его лукавой улыбки к моему лицу прилил жар.

– Настолько хорошо, что жду не дождусь повторения.

Я лихорадочно пыталась придумать ответ. Мне хотелось сказать что-нибудь остроумное, не вульгарное, но с явным намеком на мою заинтересованность его предложением, однако мозг отказывался соображать – лишь без остановки крутил в голове картинки вчерашней ночи.

Предатель.

Заметив мое смущение, Рэйден улыбнулся еще шире и уверенно заскользил рукой по моей спине к попе. Я знала, к чему все идет, и это знание заставило мое сердце станцевать зумбу, которой я занималась несколько месяцев в старшей школе, чтобы избавиться от ненавистного живота.

Нас прервала вибрация моего телефона.

В груди вспыхнул крохотный огонек надежды, что мне написала мама, но это всего лишь Майк скинул очередной мем в наш общий с Лу чат.

– Она так и не позвонила? – спросил Рэйден.

Я покачала головой.

– Она не позвонит первая.

– И ты не звони. Твоя мама должна понять, что не может с тобой так обращаться.

– А ты бы смог так? Не звонить родителям после ссоры?

Как бы я ни злилась и ни обижалась на маму, ссора с ней тяготила меня, и мне хотелось поскорее уладить конфликт.

– Мои родители были не в восторге от того, что я переехал в Арден-Сити. Мы очень сильно поссорились с отцом и не разговаривали несколько месяцев. В течение первого курса я даже не ездил домой. В конце концов, он сдался и почти принял мой выбор. Я знаю, что он любит меня и желает самого лучшего, но часто забывает, что его понимание «лучшего» отличается от моего. – Рэйден пожал плечом и слабо улыбнулся. – Но мы работаем над этим и ищем компромиссы. Вот и твоей матери давно пора понять, что ты не маленький ребенок, и ей надо считаться с твоим мнением.

Рэйден хотел добавить что-то еще, но тут зазвонил уже его телефон.

– О, бабушка Грета. – Он быстро принял звонок. – Привет! Как отпраздновала Рождество? Надеюсь, твои подружки из клуба тебя не напоили?

Миссис Клейтон что-то ответила ему, и Рэйден, закатив глаза, фыркнул.

– Хочешь, чтобы я приехал прямо сейчас? Может, лучше вечером? – Он посмотрел на меня, вопросительно вскинув подбородок. Видимо, хотел узнать, не буду ли я возражать, если он оставит меня. – Я приеду с Айви, хорошо? Отлично, жди, скоро будем. – Рэйден положил трубку и лениво потянулся. – Собирайся, Кнопка, бабушка зовет нас в гости. Отказы не принимаются.

Спустя два часа мы подъехали к дому, передний двор которого был украшен фигурками Санта-Клауса в санях и запряженных в них оленей. Я держала в руках шоколадный пирог, который специально испекла для миссис Клейтон. Она обожала мою выпечку, и я часто приносила ей