Двойной латте в дождливый день - Софи Анри

и еще, и еще. Не прерывая поцелуев, он аккуратно уложил меня на подушку и прижал к кровати весом своего тела. Поцелуй из осторожного перерос в глубокий и страстный, как будто Рэйден пытался прогнать все мои страхи и тревоги. Я обнимала его, хватаясь за плечи, обвивая ногами его торс и цеплялась за него так, словно тонула в океане, а он был моим спасительным кругом. В груди все полыхало огнем от нежелания верить, что однажды я могу его потерять.

– Если родители поставят меня перед выбором… – он приподнялся, чтобы снять с меня платье и рывком стянуть с себя футболку, – им придется с ним смириться.

Он припал к моим губам с такой жаждой, словно я была его океаном.

Глава 26. Айви

– Голову немного левее, ноутбук приподними и сделай вид, что печатаешь.

– Никто не печатает на ноутбуке, держа его одной рукой на весу.

– Не будь занудой и делай, как я говорю.

– Так?

– Да, отлично, а ты не мог бы принять более серьезный вид? Хмурые парни сейчас в тренде.

Рэйден скорчил гримасу, словно я заставляла его не позировать, а пройтись голым по улице, хотя второй вариант он, казалось, выполнил бы куда охотнее. Он стоял, прислонившись плечом к книжной полке и держа в руке ноутбук, пока я ходила вокруг него и фотографировала с разных ракурсов.

– Могу я снять очки?

– Нет, это часть твоего писательского имиджа. Они делают тебя загадочным. Девушки таких любят.

– Айви, я хочу, чтобы читатели любили мои книги, а не меня. К тому же очки бабушки явно не для зрения, и у меня от них глаза болят.

Сделав еще несколько снимков, я подошла к Рэйдену, забрала ноутбук, сняла с него очки в стильной черной оправе и потом потянула за руку к дивану.

Мы находились в доме миссис Клейтон, и мне пришло в голову сфотографировать Рэйдена на фоне книжных полок. Сама миссис Клейтон играла в мафию с «Веселыми вдовами» в гостиной.

– Когда читатели любят не только книги, но и самого автора – это крутое комбо успеха.

Рэйден взъерошил волосы, которые я старательно зачесала назад для нашей импровизированной фотосессии.

– Из меня никудышный блогер.

– Неправда, у тебя здорово получается. – Я сочувственно потрепала его по плечу: – Понимаю, ты не любишь это, но вместе мы справимся.

Рэйден никогда не был активным пользователем соцсетей: в его профиле всего пару фото и он заходит в него только ради учебных чатов. Но теперь я каждый день подначивала его снимать сторисы, выкладывать фото и общаться с читателями, а сама снимала видео по его книге и искала художников, которые на добровольных началах соглашались прочесть книгу и нарисовать по ней арты. Помимо написания третьего тома, Рэйден пытался освоить диджитал, чтобы рисовать на планшете, а также работал, учился и ходил на тренировки и играл в волейбол.

Ведение социальных сетей отнимало много времени у нас обоих, но это приносило свои плоды. В его официальной группе собралось более пятисот подписчиков, читатели любили «Век пламени», любили Рэйдена, однако главной цели мы так и не достигли. Ему отказали уже семь издательств, а остальные пока молчали. Рэйден часто впадал в уныние, но я продолжала убеждать его, что все впереди и что он не должен сдаваться.

Рэйден усадил меня к себе на колени.

– Знаешь, кто ты, Айви?

– И кто же? – Я провела пальцем по индастриалу у него в ухе. Мне нравилось, что мы ходили с одинаковым пирсингом, с той лишь разницей, что штанга в его ухе была прямой как стрела, а моя зигзагообразной.

– Ты моя муза, – он мечтательно улыбнулся. – Ты вселяешь в меня уверенность и вдохновляешь так, что после свидания с тобой я могу писать всю ночь, а утром проснуться бодрым и счастливым. Ты наполнила мое творчество смыслом.

Рэйден всегда открыто говорил о чувствах ко мне, а я по-прежнему не могла привыкнуть к этому: каждый раз готова была или расплакаться, или растаять, как снежинка на теплой ладони.

– А ты мой любимый писатель, – сказала я. – Я готова читать твои книги до конца жизни. Или, что еще лучше, если ты будешь читать мне их вслух. Желательно в спальне. Желательно голым.

Рэйден заскользил ладонями по моей талии к бедрам.

– Тогда мне нужно вписать побольше постельных сцен.

Я прыснула от смеха, но тут же стихла, стоило ему податься вперед и размашисто лизнуть мою шею языком. Мурашки каскадом пробежались по моей спине.

– Эй, мы в доме твоей бабушки. Прекрати.

– Мы можем подняться в гостевую комнату… – Его глаза опасно сверкнули.

О нет. Я уже успела познакомится с этим хищным, голодным блеском. Милый, забавный и обаятельный в жизни, Рэйден становился ненасытным монстром в постели. Не то чтобы мне это не нравилось, но перспектива заняться чем-то подобным в доме его бабушки совершенно не прельщала.

– Рэйден, прекрати, – прошипела я, когда он запустил руку под мою кофту. – Вдруг миссис Клейтон догадается, что мы тут вытворяем? Она решит, что мы извращенцы.

– Ты видела ее библиотеку, Кнопка? По сравнению с героями ее книжек, мы – невинные ягнята.

Я не смогла сохранить серьезное выражение лица и рассмеялась.

Тут у Рэйдена зазвонил телефон. Он нехотя выпустил меня из объятий, и я встала с его колен.

– Да, привет, пап. Мы у бабушки Греты. Нет, не один. Да. Хорошо, пап. Пока.

Их разговор длился максимум полминуты, но за это короткое время я испытала пятьдесят оттенков тревожности. Недавно Рэйден признался, что его родители не воспринимают наши отношения всерьез. Конечно, они не запрещали ему встречаться со мной, но были уверены, что я – временное увлечение их сына. Рэйден продолжал убеждать, что они полюбят меня, как только узнают получше, а я… Я же просто старалась лишний раз не думать об этом.

С того обеда с семьей Рэйдена прошло два месяца, а я до сих пор отчетливо помнила холодный взгляд его матери и пренебрежительный тон отца.

Я подошла к книжной полке и, намеренно не оборачиваясь к Рэйдену, спросила:

– Твой отец не захотел говорить с тобой, потому что я рядом?

– Нет, что ты. Просто папа всегда немногословен. – Рэйден подошел ко мне и обнял со спины. – Я ведь уже говорил, Кнопка, тебе не о чем беспокоиться. Я хочу быть с тобой. Ты хочешь быть со мной. Остальное не имеет значения. – Он поцеловал меня в макушку, и я положила голову ему на плечо.

– Мне сегодня