Суженый босс - Меган Куин

Он прислоняется ко мне, прижавшись спиной к моей груди.

— Черт, Чарли. — Он берет меня за руку и поворачивается ко мне лицом. Нежно обхватывает мою щеку, и его поведение меняется. — Я не знаю, что делать. Я боюсь позволить этому случиться, ведь я поклялся, что не прикоснусь к тебе. Но я не думаю, что смогу сдержать обещание, когда ты в моей постели, хочешь меня так же сильно, как я хочу тебя.

— Тогда возьми то, что ты хочешь.

— Я хочу избежать неразберихи между нами.

Я прислоняюсь своим лбом к его.

— Тогда мы этого не допустим. — Пытаясь перекричать громко бьющееся сердце, я говорю: — Я не могу думать ни о чем другом. Единственное, что я знаю, это то, что если сегодня вечером мы не будем вместе, я взорвусь. — Он молчит, я провожу рукой по его щетине и наслаждаюсь ощущением колкости в ладони. — Пожалуйста, Рэт.

Он огорченно выдыхает и отворачивается, проводя руками по волосам.

И тогда я вижу, как он искренне переживает по этому поводу. А я толкаю его на то, чтобы он вышел за рамки своей сущности и потакал моим фантазиям. Это несправедливо.

Рэт Уэстин — необыкновенный человек. Он держится обещание, которое дал себе, и уважает его. Я делаю паузу. Мое дыхание все еще затруднено, но я прекращаю давить на него.

Если мы хотим, чтобы у нас все получилось, возможно, будет лучше, если мы не перейдем эту последнюю черту.

Как он и сказал.

Опустошенная и возбужденная одновременно, я сползаю с кровати и направляюсь к шкафу, куда положила свой чемодан. Одежда, мне нужна одежда, и я должна спать сегодня на диване, каким бы неуступчивым он ни был. Я не верю, что буду хорошо себя вести, когда мы снова окажемся в одной постели.

Не сегодня.

Не заботясь о бюстгальтере или трусиках, хватаю одну из его рубашек и набрасываю ее на свое тело. Если я не могу иметь его, то могу взять с собой в постель его аромат.

Когда возвращаюсь в спальню, то замечаю, что он не сдвинулся с места. Это именно то, что ему нужно, — побыть в одиночестве. Зная, что на диване лежат одеяла, беру свою подушку и тихо выхожу из его комнаты.

Сказать, что я расстроена, значит преуменьшить, но, расстелив несколько одеял и улегшись на жесткий диван, понимаю, что он прав. Я все усложняю, и мне неприятно, что из-за этого он, возможно, потерял ко мне уважение. Все и так невероятно сложно: больная бабушка, «помолвка» и планировка свадьбы, отношения между боссом и помощником.

Последнее, что нам нужно, — добавить сюда еще и секс. Это может быть больно, но…

— Чарли. — Голос Рэта потряс меня до глубины души, я подняла голову. Стоя в коридоре и опираясь руками на обе стены, он низко опустил голову, но наклонил ее настолько, чтобы посмотреть мне в глаза. Свет, проникающий через большие окна, фокусируется на его обнаженном торсе, подчеркивая каждый мускул и контур. На нем нет ничего кроме боксеров, он говорит: — Иди сюда.

В горле ком, сердце бьется о ребра, вызывая тошноту и волнение одновременно. Я сажусь, затем поднимаюсь с дивана и иду к нему, мой пульс заглушает все звуки вокруг.

Когда дохожу до него, он берет меня за руку и ведет нас в спальню, где останавливает меня перед своей кроватью. Не сводя с меня глаз, он задирает подол рубашки и медленно проводит им по моему телу, пока не поднимает ее над головой.

Бросив ее на пол, он обхватывает ладонями мои щеки, наклоняется к моему рту, и, клянусь, вокруг нас все замедляется. Комната начинает кружиться в моем сознании, и, когда его рот опускается на мой, я теряю всякое представление о том, где нахожусь. Меня захватывает энергия мужчины, который держит меня.

Перед прикосновением его губ я делаю глубокий вдох, и через мгновение он вбирает мой рот своим. Мои руки взлетают к его волосам, где запутываются в коротких шелковистых прядях, а мое тело прижимается к его.

Мои соски трутся о его грудь, волоски на его груди создают столь желанное трение.

Его прикрытая эрекция прижимается к моему животу, твердая и возвышающаяся, чувственно готовая для меня.

Но больше всего меня возбуждает то, как крепко он обхватывает мое лицо, и то, что его рот, кажется, не может насытиться.

В бешеном темпе наши языки сталкиваются, наши рты двигаются туда-сюда, перехватывая дыхание друг у друга. Он отстраняется и смотрит на меня безумными и голодными глазами. Кажется, он вот-вот сорвется… и я готова к этому.

— Я не могу сдерживаться, — говорит он. — Я пытался, но не могу. Ты нужна мне, Чарли. Скажи, что все еще хочешь меня.

— Больше всего на свете, — говорю я, захлебываясь эмоциями от притяжения этого человека.

— Хорошо.

Он опускает меня на кровать, раздвигает мои ноги и нависает надо мной.

Он начинает с моего рта, уделяя мне пристальное внимание, в то время как его руки скользят к моей груди, сжимая каждую из них, а затем переходят к соскам, он играет с ними, пока они не становятся настолько твердыми, что почти причиняют боль.

Восхитительная боль.

Он перекатывает их между пальцами, а затем перемещает рот вниз, проводя языком по моей коже, пока не достигает груди. Не торопясь, он берет одну в рот, заставляя меня извиваться под ним, ища большего, нуждаясь в большем.

Но он не торопится и перемещается к другой груди, уделяя ей столько же внимания. Разминает, сосет, разминает, сосет… щиплет.

— Ааа, — стону я и двигаю бедрами в поисках облегчения, и оно наступает.

Я трусь своим телом о его твердое тело, делая волнообразные движения бедрами, пока он не осознает, что я делаю, и не останавливает мои бедра нажатием руки, его пальцы останавливаются на моей заднице, где замирают впиваясь в мою кожу.

Не говоря ни слова, он снова движется вниз, проводя языком по моему животу, кружа вокруг пупка, а затем спускаясь к центру. Не проронив ни слова, он проводит языком по моей щели, широко раздвигая меня двумя пальцами. Я смотрю вниз и вижу, как его голова двигается с каждым движением, а красивое лицо утопает между моих ног.

Это так эротично, что подстегивает меня еще больше, и не успеваю я досчитать до десяти, как оргазм начинает нарастать.

— Боже, да, Рэт. — Опускаю руку к его голове, играю с его волосами, поощряя.

Раздвигаю ноги еще шире, желая, чтобы ничто не мешало ему, пока он ласкает