Ты моё спасение души - Мара Евгеника

"Когда, Никита, ты берега попутал, ощущение адекватности потерял? В какой момент решил, что жена стала твоей собственностью? Что она тебе что-то должна и чем-то обязана? Ты же сам знаешь, что любишь её и жить без неё не можешь, - мысленно пожирая сам себя, думаю в ожидании своей Феечки. - Нет, с Майечкой так нельзя поступать. Закомплексованные дети не умеют любить, не проявляют эмпатию, эгоистично тащат одеяло на себя, живут с ощущением, что все им должны. Нет, не хочу, чтобы моя дочь превратилась в такого монстра."

- А вот и мы, а вот и мы, - слышу тихое щебетание у своего уха и ощущаю тёплые ладошки на своих щеках.

- Молодцы! Быстро добрались. Как позанималась, Феечка? Сколько раз похвалили тебя? Рассказывай, Майюша, - прошу дочь, надеясь отвлечься от своих мыслей и переживаний.

Малышка кривится. Дескать, было бы о чем говорить.

- Да, ну, ничего нового. Похвалили немного. Папуль, а скоро уже нам малыша нашего покажут? А он будет таким, как я? Нет, не сейчас, а тогда, когда меня из животика маминого достали, - шепотом выстреливает как из пулемета Пчелочка.

- Увидим - узнаем, - отвечаю дочери. - Ты была крошечная.

- Такая? - округлив голубые глазищи, показывает свою ладошку и уточняет дочурина. - Смешная, да?

- Нет, самая красивая на свете! - с улыбкой отвечаю и целую обе ее ладошечки.

- И ты меня тоже сразу полюбил так же как и мамочку, да?

- Нет, милая! Я тебя полюбил, когда ты ещё в животике барахталась.

- Папуль, а братика ты будешь любить больше, чем меня? - задав вопрос, дочь смотрит в мои глаза с затаенной надеждой.

- Майечка, я буду любить вас обоих одинаково сильно, - произнося фразу, вижу, как с лица Пчелочки сбегает тучка напряжения.

Дочурина расслабляет, а я поглядываю на часы и напрягаюсь. Прошло больше сорока минут, а известий все ещё никаких.

- Папуль, а расскажи мне ещё раз, как ты маму в свадебном платье увидел, - просит дочь, будто почувствовав изменение тональности моего настроения.

Иду навстречу малышке и начинаю в сотый раз рассказывать о нашей свадьбе и Славе в простом кружевном платье, которое она украсила своей утонченной грацией и поистине королевским величием.

- Ага, да, помню. Мамуля была похожа на эту королеву или принцессу страны, где мы отдыхали, - морща лобик, вставляет в мой рассказ свои пять копеек Феечка.

- На Грейс Келли. Княгиню Монако, - улыбаясь, вступает в разговор Юлия.

- Благодарю, Юлечка. Точно Монако. Мне там понравилось. Пап, поедем в эту страну летом, когда малыш подрастёт?

На вопрос дочери ответить не успеваю, слышу свою фамилию. Оборачиваюсь. Вижу сотрудницу клинику, которая выкатила кювез с малышом в голубой шапочке.

- Никита Уманский? У вас мальчик. Вес два килограмма триста граммов, рост сорок девять сантиметров, - несколько безразлично сообщает женщина.

Мы дружно приближается в кювезу. Рассматриваем розового, довольно-таки большого и гладкого малыша, которого сморщенным комочком назвать язык не поворачивается.

- Ой, он такой крохотный. А когда его на ручки можно будет взять? Пап, а он не сломается? Юль, у него ручки и ножки не оторвутся? - с нескрываемым страхом шепчет Майечка.

- Никита, он твоя точная копия! Просто точь в точь, - восторженно говорит Юля. - Майя, посмотри какой братик у тебя красивый, весь в твоего папу.

- Да? Красивый? Да, ну-у-у. Совсем некрасивый. Такой красный. Нет. На папу точно не похож, - насупив бровки, отвечает Майя.

- Сашенька! - произношу, сглатывая вместе с вязкой слюной слезный ком. - Сыночек.

- Вот, я же говорила, что у нас будет мальчик, а вы мне все не верили. Папуль, теперь у тебя есть свой личный друг. Нам с мамулей тоже повезло. У нас будет свой защитник, - щебечет Феечка.

Перед тем, как увезти малыша, медсестра сообщает, что новорожденный доношен и совершенно здоров. Некоторое время в связи с ранним сроком рождения ребенок будет находиться в отделении новорожденных перинатального периода.

- А к маме уже можно? - спрашивает Пчелочка, когда кувез с ее братом увозят.

- Нет, Майечка, маме зашьют животик, и она будет отдыхать. Вы сейчас поедете домой. Маму мы сможем проведать только через несколько дней, - объясняю мягким и бодрым голосом дочери, хотя у самого на душе "кошки скребутся".

Отправив девочек, начинаю снова загонять себя в угол.

Несмотря на то, что операция по удалению матки и яичников, по словам врачей, не самая сложная, меня все равно накрывает не по-детски.

Единственным веским аргументом в ее пользу стало лишь то, что киста, обнаруженная у Славика во время очередного обследования, интенсивно росла.

Несколько дней назад во время беседы с заведующим отделением жена печально посмотрела на меня, вздохнула и невесело резюмировала:"Ну, вот, Никит, зато теперь тема с деторождением будет закрыта раз и навсегда".

Слова Славы меня не порадовали совсем. Понимая, что женщина в эмоциональном плане после такой операции может начать чувствовать свою неполноценность, согласие на гистерэктомию и овариэктомию я дал, скрепя сердцем.

У медсестры, что показывала нам малыша, попытался уточнить информацию о состоянии Славы, но она ничего путного не ответила. Просто бросила вскользь:"Операция еще идет".

После ее ухода и отъезда Майечки и Юлии домой времени прошло достаточно много.

Стрелки часов неумолимо "цыркают" по циферблату.

Следя за их бегом, я накручиваю себя до боли во все органах.

Сердце мое скачет в странном ритме.

Вдруг дверь операционного блока распахивается.

В проёме вижу человека в зеленой униформе. У него усталый вид и совершенно нечитаемый взгляд.

Мужчина внимательно и молча смотрит на меня.

Я на него.

Накал моего напряжения растёт.

Шумно сглатываю.

Сжимаю гаджет до хруста в пальцах.

Опускаю руки.

Делаю носом резкий вдох. Но…

Дышать не могу. Ребра и легкие будто склеились.

Жжёт и ломит в груди.

Ощущаю, как внутри меня что-то рвется и…

Гаснет свет…

Эпилог

- Александр, не корчись. Это просто концерт. Все выступают, и ты не умрешь, - безжалостно наставляет Майечка своего пятилетнего брата.

- Ага, Феечка, тебе легко говорить. Не у тебя же сегодня концерт, - пеняет сестре Санька.

- Упс, заявочки от нашей малявочки. Ты забыл, что я, на минуточку, девочка, и у меня в прошлом месяце был отчётный в зале Чайковского, - фыркает Пчелочка.

- Помню. Помню, - пыхтит малыш. - Это ты забыла.