Дочери судьбы - Тара Хайланд

– Хорошо выглядишь, старина! Если бы я не знал, то сказал бы, что ты всех разыграл с сердечным приступом!

Он искренне рассмеялся над собственной шуткой.

Уильям слабо улыбнулся.

– Уверяю, что не разыграл.

Потом кивнул на корзину в руках Пирса.

– Пирс, придумай, куда это деть, пожалуйста.

В палате Уильяма не осталось свободного места от красочных букетов и открыток от доброжелателей. В конце концов Изабель пришлось попросить медсестер, чтобы они разнесли цветы и подарки другим пациентам.

– Конечно. – Пирс направился к двери.

– О, и раз уж ты этим занялся, – продолжил Уильям, – не мог бы принести Хью кофе?

На самом деле ему нужно было немного времени, чтобы поговорить с Хью наедине. Да и не помешало бы отдохнуть от младшего брата. Суета Пирса, откровенно говоря, его раздражала. Уильям вспомнил о том, как Пирс вел себя с матерью, когда она была больна, и еще острее осознал свой возраст и слабое здоровье. Воспоминания о том, какой была некогда сильная Розалинда Мелвилл в конце, все еще были свежи в его памяти; он был слишком молод, чтобы так закончить.

Пирс был слегка раздражен приходом Хью. Он любил бывать с братом наедине. Еще меньше ему понравилась просьба принести Хью кофе. Он что им, лакей?

Он шел по коридору к автомату, когда встретил медсестру, которая чуть раньше проверяла у Уильяма температуру, пульс, давление. Пирс отдал ей корзинку и, мгновенно сообразив, попросил принести кофе. Таким образом, он вернется быстро и не пропустит разговор. Он пошел по коридору назад. Дверь в палату была закрыта. Пирс собрался постучать и дать понять, что он вернулся. Но из-за тонкой, покрытой ламинатом двери слышался разговор. И когда прозвучали слова Уильяма, Пирс решил тихонько дослушать до конца.

В больничной палате Уильям объяснял председателю совета, что ему советуют оставить работу на следующие три месяца.

– И что это значит? – спросил Хью. – Ты поставишь главным Пирса?

Кроме должности финансового директора, Пирс был еще его заместителем, для него было бы естественно возглавить компанию в отсутствие Уильяма. Но Уильям так не считал.

– Ради бога! – насмешливо фыркнул он. – Конечно, нет. Хотелось бы, чтобы к моему возвращению компания еще существовала. Он, конечно, мне брат и как финансовый директор – вполне компетентен. Но руководство компанией не потянет.

Хью тихонько засмеялся.

– Рад слышать. Мы все того же мнения. Но, понятное дело, возразить тебе трудно, поскольку он тебе родственник.

– О, насчет этого не беспокойтесь, – уверил Уильям друга. – Я знаю слабые места Пирса. В связке он ведомый, а не ведущий. Ему не хватает ума для надлежащего влияния.

Его собеседник пробормотал, что он с ним согласен.

– В любом случае я потом улажу с ним это дело, – быстро сказал Уильям. – Но хочу попросить тебя об одолжении.

– О чем речь, если я могу чем-нибудь помочь… – заверил Хью.

– Можешь, – ответил Уильям. – Я попросил тебя сегодня прийти, потому что хочу, чтобы ты взял на себя роль исполнительного директора в мое отсутствие. Последние пять лет ты отлично возглавляешь совет директоров, дело знаешь хорошо, и тебя уважают.

Воцарилась пауза.

– Понимаю, что прошу много. Тебе придется совмещать обе роли. Но… возьмешься?

– Я удивляюсь, что ты спрашиваешь, – торжественно ответил Хью. – Естественно, почту за честь.

– Хорошо, – довольно заключил Уильям.

Пирс в коридоре прислонился к стене, пытаясь вновь обрести самообладание. В шоке от услышанного он весь покрылся холодным потом. Услышать, как Уильям смеется над ним вместе с Хью… И что там сказал Хью? Что они все о нем того же мнения. Да правда ли это? За его спиной все над ним смеются?

Тут медсестра принесла кофе. Пирс понял, что нужно взять себя в руки. Нельзя показать ни Уильяму, ни Хью, что он подслушал их разговор.

– Я сам, – сказал он медсестре.

Он глубоко вдохнул, выжидая секунду, чтобы собраться с силами. Потом вошел в палату.

– Наконец-то, – сказал Уильям. – Я жду, когда ты вернешься, чтобы начать обсуждение.

Пирс уставился на брата. «Лжец», – подумал он, а вслух произнес:

– Извините, задержался.

Он подавил желание плеснуть горячим кофе в лицо Хью и просто передал стаканчик.

Потом повернулся к Уильяму. Брату. Человеку, которому посвятил всю жизнь. Предателю. Каким-то образом выдавил улыбку. Когда Пирс заговорил, в голосе не было ни ненависти, ни горечи, которые он чувствовал.

– Ну что? Начнем?

Глава тридцать седьмая

Ранним воскресным утром, оставив родственников в больнице, Элизабет направилась на Албемарл-стрит. В административном здании Мелвилла она с непринужденной фамильярностью поздоровалась с охранником. Сообщив ему о состоянии Уильяма, она вошла внутрь. В выходные здание было зловеще пустым. Изо всех сил стараясь не нервничать, Элизабет поднялась на лифте на шестой этаж, где располагалось руководство. Словно на автопилоте она направилась по длинному коридору в кабинет отца. Ей повезло: дверь оказалась открытой. Из-за суматохи расстроенная секретарша, похоже, забыла запереть кабинет. Элизабет заколебалась, понимая, что вот-вот переступит черту. Назад пути не будет. Она потянулась к ручке двери.

Внутри кабинет оставался нетронутым. Все было так, как оставил Уильям, пока они ходили обедать с Кейтлин. Пол был усеян бумагами и папками. Элизабет опустилась на колени и начала наводить порядок.

Только приведя кабинет в надлежащий вид, она подошла к письменному столу. Выдвинула кресло с откидной спинкой. Несколько лет назад Служба гигиены труда установила кресла «Аэрон» в кабинетах других директоров, но, несмотря на повторяющиеся боли в спине, Уильям отказался идти на какие-либо уступки современности. Элизабет поколебалась всего секунду, а затем села. Она провела руками по кожаным подлокотникам, наслаждаясь ощущением власти. Вспомнив, почему оказалась здесь вместо отца, она устыдилась. «Что же ты за человек, если думаешь о продвижении по службе, когда отец все еще так слаб и лежит в больнице?»

Но сейчас не время распускать нюни. Отбросив чувство вины, она повернулась к письменному столу, включила компьютер и после недолгих поисков обнаружила пароли отца, написанные на стикере. «Охрана хоть куда», – подумала она. Через несколько минут она получила доступ к его личным файлам. Она открыла адресную книгу с телефонными номерами всех членов совета и потратила несколько минут, соображая, что сказать.

Убедившись, что время подходящее, она позвонила Хью Мейкину, исполняющему обязанности генерального директора. Если Элизабет собиралась что-то предпринять, нужно привлечь его на свою сторону. Именно это она и намеревалась сделать.

Когда Хью взял трубку, Элизабет сразу перешла к делу. Она сказала ему, что немного подумала и хочет переехать в Лондон. Если с отцом снова что-то случится, она не хотела бы лететь сюда двенадцать часов. Однако она умолчала о том, что, работая в штаб-квартире, ей было бы легче следить за состоянием компании, пока Уильям не у дел.

Хью слушал ее тщательно продуманный план. Место Коула в отделе стратегического планирования пустовало уже несколько месяцев, с тех пор как уволился его преемник. Элизабет подумала, что ей стоит примерить эту роль на себя.

– За делами в Азии я буду следить отсюда, – сказала она ему. – Честно говоря, там все настолько отлажено, что я в любом случае искала бы новые приключения.

Убедить Хью оказалось нетрудно. Элизабет пользовалась в компании большим уважением, и он с пониманием отнесся к ее желанию быть рядом с отцом.

– Думаю, ваш отец порадуется вашему возвращению, – ответил он.

Элизабет, вовсе не считавшая, что отцу понравятся ее попытки добиться власти, промолчала, пока Хью устно не подтвердил ее назначение на должность.

И только когда дело уладилось, она наконец позвонила Коулу.

Новый план его не слишком обрадовал.

– Ты переезжаешь в Лондон? – повторил он, не веря своим ушам. – Черт побери, Элизабет! Ты даже не подумала сначала обсудить это со мной?

Злился он не только из-за переезда в Лондон. За полтора дня она не нашла времени с ним поговорить. Что касается сердечного