Непокорный ангел - Джейн Фэйзер

— О, прошу прощения, сэр Дэниел! — переведя дыхание, извинился Уилл.

— Ничего, — ответил Дэниел с порога. — Кажется, ты опять куда-то спешишь. — Он посмотрел на покрасневшего рыжеволосого юношу, вопросительно приподняв бровь. — Ты только пришел или собираешься уходить?

— Уходить, сэр. Я навещал Гэрри.

— Я так и подумал, — мягко сказал Дэниел. — Тогда не позволяй мне задерживать тебя, мой друг, если ты так спешишь.

Взволнованный Уилл пытался убедить Дэниела, что очень торопится, и в то же время был не против, чтобы тот задержал его. Он так запутался, что собеседник смотрел на него с большим удивлением. Когда юноша наконец удалился, Дэниел пошел искать жену, которая, возможно, могла пролить свет на необычное поведение Уилла.

Он нашел ее за домом, в саду, где она срезала остролист.

— Что происходит с Уиллом, Генриетта?

Она вздрогнула и выронила к ногам увешанную ягодами охапку остролиста.

— Я не знаю, что ты имеешь в виду, Дэниел. Почему ты считаешь, что с ним что-то происходит?

— На мой взгляд, он чем-то расстроен в эти дни, — сказал Дэниел, наклоняясь, чтобы поднять колючие ветки. — Мне это кажется странным. К тому же Уилл часто бывает у нас, и я, естественно, заинтересовался, почему он так старается побыстрее уйти, когда я появляюсь.

Генриетта покраснела.

— Ты против его визитов?

— Нет. — Дэниел покачал головой, осторожно передавая ей срезанные ветки. — Разве я когда-нибудь возражал?

Она покраснела еще гуще и отвела свои карие глаза от его взгляда.

— Конечно, нет.

— Генриетта, если происходит что-то неладное, мне кажется, тебе следует рассказать об этом, и чем скорее, тем лучше. В последние недели я не могу отделаться от ощущения, что ты опять затеяла какое-то дело, и это беспокоит меня, — Надеюсь, ты не думаешь, что я могу вести себя неподобающим образом? — воскликнула она, рассчитывая сменить тему разговора.

— Ты слишком часто проводишь с ним время.

— Но он мой друг.

— Это вот меня и беспокоит. Ты стараешься любым способом помочь ему?

Генриетта начала водить пальцем по темно-зеленому листу.

— Разве Уилл нуждается в моей помощи?

— Если у него есть хоть капля разума, он не станет связываться с тобой, — ответил Дэниел, глядя на склоненную голову жены и с трудом сдерживаясь, чтобы не поцеловать ее в затылок и не провести пальцем по небольшой выемке на шее, где пушились золотистые завитки.

— Это не очень-то приятно слышать, — пробормотала Генриетта.

— Правда часто бывает неприятной.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь. Мне надо навести здесь порядок до обеда… К нам придет Джулия… У нас будет баранина с соусом из красной смородины, который, я знаю, ты любишь, поэтому, надеюсь, поешь с аппетитом. — И она поспешила в дом, оставив Дэниела, еще больше озадаченного и обеспокоенного, чем прежде.

Он знал, что Уилла и Генриетту связывают только дружеские отношения, хотя иногда испытывал зависть к особому характеру этой дружбы. Однако, когда бы он ни заставал их вместе в эти дни, тотчас возникала странная напряженность. Это началось в сентябре, сразу после возвращения из Мадрида, и единственным объяснением такому поведению, по его мнению, была некая тайна, к которой его не допускали. Все это очень не нравилось Дэниелу Драммонду.

Нахмурившись, он последовал за Генриеттой в дом. Нэн и Лиззи соревновались в прыжках со ступенек лестницы. Они были чрезвычайно возбуждены и громко спорили. Дэниел раздраженно сделал им замечание и отправил наверх. Девочки ушли, обиженно оглядываясь на него. Дэниел подошел к двери гостиной и остановился, услышав голоса. Секунду помедлив, он нажал на ручку и вошел.

— Генриетта, нельзя разрешать детям играть в холле. Где госпожа Кирстон? А… Джулия, добрый день. — Он поклонился молодой женщине, которая вскочила со стула и, покраснев, сделала книксен. «По каким-то неведомым причинам в последнее время при встрече со мной все почему-то краснеют», — усмехаясь, подумал Дэниел.

— Она в церкви. Не думаю, что дети могут помешать, — сказала Генриетта.

— Они очень шумят. — Он подошел к буфету. — Если ты не хочешь заниматься ими, они должны быть с госпожой Кир-стон. Могу я предложить вам вина, Джулия?

— Нет… нет, благодарю вас, сэр, — смущенно пробормотала девушка. — Я уже ухожу.

— Но ты должна остаться на обед, — запротестовала Генриетта.

— Нет… нет, Я действительно не могу. Спасибо. — Джулия направилась к двери. — Может быть, навестишь меня завтра, Гэрри?

Генриетта проводила подругу до входной двери и не стала извиняться за плохое настроение мужа, понимая, что Джулия с трудом сохраняет присутствие духа.

— Сожалею, что дети побеспокоили тебя, — сказала она, вернувшись в гостиную. — Я не думала, что это так тебя рассердит. Это моя вина.

Дэниел посмотрел на нее поверх бокала с вином. О чем, черт побери, его жена так взволнованно шепталась с Джулией? Сейчас она тише воды, ниже травы, сама скромность, руки прижаты к груди, голова немного наклонена, голос спокойный и ласковый.

— Так что ты все-таки задумала? — спросил Дэниел.

Генриетта быстро решила перейти в наступление, наполовину открыв правду.

— Ничего особенного, просто Джулия хотела поделиться со мной личными секретами, а ты напугал ее. С твоей стороны это было весьма неучтиво. И девочки раздражают тебя, потому что ты не в духе.

Дэниел согласился. Вполне естественно, что Джулия о чем-то секретничает с Генриеттой, но эти секреты едва ли могут быть ему интересны. Вероятно, девушка влюблена или у нее какие-нибудь проблемы с родителями. А отношения между Осбертом и Генриеттой наверняка скоро прояснятся, и вряд ли их тайна так уж важна.

— Как часто госпожа Кирстон ходит в церковь в последние дни? — спросил он, как ни в чем не бывало.

— Раз или два в день, — ответила Генриетта, едва уловив необъяснимое изменение в настроении мужа. — Сегодня приехал проповедник из Лондона, и она захотела послушать его. Я знаю, что он поборник учения, которое очень привлекает госпожу Кирстон.

— Однако надеюсь, поборники этого учения не призывают пренебрегать своими обязанностями, — заметил Дэниел, криво улыбаясь. — Пойду позову девочек обедать.