Призрачный рай - Mila Moon

самому себе и ей, что она уже не сможет думать о другом, кроме меня. «Я навсегда под твоей кожей, ангел», — думал, целуя сладкие губы. Я развел коленом ее бедра, ощущая, как ладони Ливии гладят спину и зарываются в волосы. Язык скользнул по вспотевшей шее, ключицам, обводя и прикусывая соски. Это невероятное удовольствие слышать, как она почти молит: «Пожалуйста, Габриэль», повторяя снова и снова. Как тело бьется в агонии, горит, требуя разрядки и долгожданного экстаза. Ладони прошлись по ее талии, груди, замирая на шее. Я оставил жадный поцелуй и медленно, насколько возможно, вошел в нее. Ливия напряглась, ногти болезненно впились в кожу, и я тихо выдохнул:

— Тшш, расслабься, малышка.

Я застыл, запоминая как приятно находиться и сливаться с ней, и погладил костяшками скулу. Это было так нереально, что мое сознание отключилось, когда я начал неторопливо двигаться, прикусывая мочку уха. Она чертовски узкая, влажная, горячая и только моя. Моя малышка, с которой я должен быть предельно ласковым и нежным, чтобы причинить как можно меньше вреда. Мой порочный ангел, который станет пропуском в Рай.

— Это такой кайф, mo aingeal.

Ливия поерзала нетерпеливо подо мной, заставляя зашипеть и сжать ее бедра. Всего одно движение, и можно разлететься на хренову тучу частиц от непередаваемых эмоций. Как бы я хотел, чтобы она чувствовала тот же кайф, что и я, сливаясь с ней в одно целое. Почти… Почти моя. Я готов умирать от муки и ее трепетных прикосновений. Но грань нарушилась, когда я резко вошел, теряя рассудок и заставляя Ливию вскрикнуть от неожиданности. Да, теперь ты была полностью моей, ангел. Оперся локтем, замирая на мгновение и зарываясь пальцами в ее волосы. Я ловил губами ее слезы, скатывающие по щекам, и оставлял соленые поцелуи. Я так быстро подходил к обрыву, но делал шаг назад, не желая, чтобы это заканчивалось. Такая приятная ноющая пытка, от которой разум заволакивает туманом. Знал, что причиняю Ливии боль, но это было так невероятно, что я не мог насладиться ею сполна. Я водил губами по лицу, собирая слезы и шептал «Мo aingeal». Ливия действительно была моей пыткой и слабостью, которой я не мог насытиться.

Я был настолько эгоистичным, что заставлял ее стонать мое имя до утра; смотрел, как она взрывается и растворяется от неги, как ее ногти оставляют отметины, возбуждая и воспламеняя снова. Мало… Мне мало ночи, она слишком коротка. Я был настолько эгоистичным, что отключал нежность и доводил Ливию до грани, не давая сделать шаг и упасть. Наверное, я был эгоистичным, потому что знал, когда открою глаза, Ливия уйдет. Поэтому я не хотел, чтобы ночь заканчивалась… И снег не переставал идти… И огни горели так ярко, заставляя щурится от восхищения. Я никогда не чувствовал себя настолько живым, и не хотел возвращаться в мертвый одинокий мир. Я не хотел отпускать свет. Я не хотел отпускать Ливию, но знал, что она уйдет сама.

Она сладко спала на моей груди, полностью обессиленная, удовлетворенная, но я не мог уснуть. Я не хотел закрывать глаза, потому что боялся…

— Мo aingeal, я хочу кое-что сказать, — прошептал ей в волосы и пробежался пальцами по плечу. — Ты единственная девушка, ради которой я сделаю все. Знаешь, почему? Потому что никто никогда не заставлял меня чувствовать себя таким наполненным. Если ты позовешь меня, я приду в любой момент. Если ты захочешь плакать или смеяться, я разделю с тобой веселье и грусть. Если захочешь просто поговорить, я выслушаю тебя. Если я тебе буду нужен, даже спустя годы… — я облизнул пересохшие губы, кидая на ее лицо грустный взгляд, и вздохнул. — Я буду с тобой и постараюсь присматривать, не потому что пообещал Коди, а потому что хочу этого, mo aingeal. Поэтому… поэтому ты будешь всегда жить в моей голове, воспоминаниях и душе. Ты будешь лучшей и любимой иллюзией, Ливия.

Я прижался губами к ее лбу и закрыл глаза. «Прощай, моя иллюзия».

Когда я проснулся, щурясь от света, Ливии уже не было. Она ушла.

Глава 28. Под кожей∞

Я держу тебя под моей кожей, так глубоко в сердце, что ты действительно часть меня. Я пыталась не сдаваться, я говорила себе: «Это ни к чему хорошему не приведет». Но почему я должна сопротивляться, малыш, когда я так хорошо знаю? Я бы пожертвовала всем, ради того, чтобы ты был рядом, несмотря на беспокойный голос, что приходит ночами, и повторы, повторы в моих ушах. «Разве ты не знаешь, дура, ты никогда не сможешь выиграть? Возвращайся к реальности». Но каждая мысль в голове о тебе заставляет меня остановиться, прежде чем начать. Потому что у меня есть ты под кожей. И ты мне нравишься под моей кожей…

J2, Blu Holliday «I've Got You Under My Skin»

Ливия

Я оглядела новую, погруженную в полумрак, комнату пустым взглядом и прилегла на кровать, закрывая глаза и включая на всю мощность музыку. Сознание заполнял прекрасный и уже до тошноты заслушанный голос Сандры Насич вокалистки группы Guano Apes и песня «Close to the Sun», которой я безвозвратно заболела, как и одним человеком.

— Мы светились, словно пламя под покровом ночи и дня, — пела проникновенно вокалистка, пока в голове возрождались воспоминания.

Кожу снова обжигают мягкие, требовательные губы, словно он дышит пламенем, и я горю…

— Ты вознес меня так высоко, что я чувствовала себя, как в раю, вдыхала и выдыхала тебя.

Властные руки, немного грубоватые пальцы, скользящие по телу и дарящие невыносимую, но приятную боль… вытесняющую другую. Он проникает в мою голову… Выхода нет.

— Мы упали, как падающие звезды, словно мы не были далеко друг от друга, и нам некуда было падать, кроме как вниз.

Я снова повторяю его имя, проклиная себя на вечные муки, перебираю пальцами мягкие волосы, провожу ладонью по вспотевшей коже, ощущая режущую и до ужаса адскую боль внизу живота. Из глаз катятся жгучие слезы, которые он собирает поцелуями, а я умираю. Я умираю в его руках…

— Было так прекрасно перед падением. Я лечу слишком близко к солнцу. Я была твоей, я чувствовала, как вертится Земля. Падая с такой высоты, мы должны были обжечься.

Я задыхаюсь от этой пытки, падаю и снова взлетаю, умираю и возрождаюсь. Он делает все до безобразия мучительно, я не соображаю, теряясь в обжигающей боли вперемешку со сладкой истомой. Я схожу