Малышка для большого босса. Любовь не продаётся - Виктория Вишневская

И во всём ему признаться. Лучше горькая правда, чем сладкая ложь.

Но завидев мужчину… Я соврала. Он заметил пластырь, и я струсила.

Беру себя в руки. И, наконец, произношу то, от чего сейчас у меня трещит голова, а грудную клетку разрывает изнутри огромным воздушным шаром:

– Руслан, – давай, скажи это! – Я ненавижу что-то скрывать от тебя. Но, кажется, произошло что-то ужасное…

Поднимаю затравленный взгляд на мужчину.

– Кажется, я…

Не договариваю. Руслан вдруг делает шаг вперёд, обнимает меня, прижимая к горячему телу. Я дёргаюсь от внезапно накатившего страха. После того, как я очнулась там, в кабинете, любая близость для меня отвратительна. Я сама себе такой кажусь.

А он…

Что он делает? Почему не даст мне договорить?

Если не сейчас – потом я не решусь.

– Я знаю. Не объясняйся.

– Что знаешь? – шепчу ему в грудь, а уровень моей тревоги достигает наивысшей точки.

– Слава.

Конечно… воспользовался ситуацией. И решил, что счастья я не заслуживаю.

– Руслан, я не хотела, – не могу сдержать слёз и всё же срываюсь. Оставляю влажные следы на его одежде. Как же это жалко… – Не знаю, как это вышло. Он что-то подмешал мне в кофе. Ничего не помню.

Хватка на моём теле усиливается.

– Я его убью, – выпаливает грозно. Я верю.

После его слов меня прорывает. Я молюсь, чтобы проснуться, а со мной ничего страшного не произошло. Но лёгкие жжёт так неистово, что это автоматом приводит меня в чувства.

Делаю глубокий вдох и выдыхаю, задрожав.

Господи, какая я идиотка, что вообще туда попёрлась…

– Пойдём спать, – Руслан крепче обнимает меня и шепчет в макушку. – Сегодня был нервный день. По поводу Славы не переживай. Я разберусь.

Я с трудом киваю.

– Я посплю с Варей, – выдаю сипло.

Сейчас он нужен мне, как кислород. Я не хочу уходить от него, но в то же время… даже после душа ощущаю себя грязной. И горящая шея, с которой я стирала засос, напоминает мне об отвратительных картинках этого дня.

Отстраняюсь от Руслана, лишаясь его тёплых объятий.

Шмыгаю носом, отворачиваюсь и тихонько желаю ему спокойной ночи, перед тем как уйти. Возвращаюсь к Варе, ложусь рядом и пытаюсь сдержать рыдания.

Даже после этого он остался на моей стороне… Но я чувствую себя гадко. Бешу сама себя.

Я его не достойна. Не заслужила такого хорошего мужчину, как Руслан… Который готов простить мне грязный поступок.

Не могу перестать думать об этом. И до самого утра тихонько плачу в подушку, медленно ломаясь на куски.

Глава 61

Руслан

Ночь тянулась мучительно долго. Провёл её в размышлениях, уснул только под утро. Всё думал, что делать со Славой. И если раньше мне хотелось просто убрать его с пути, подкинуть ему проблем, чтобы на Весту времени не было, то теперь… Я хочу его убить. Закопать в лесу. Присыпать горсткой земли.

И при этом не сесть за решётку. Там я Варю не увижу.

От мыслей меня спасает короткий сон. Ночь меня настолько вымотала, что встаю я только в одиннадцать часов дня.

В квартире подозрительно тихо. Не слышится лая Лаки. Топота ножек татарчонка. И я не улавливаю привычных ароматов еды, витающих в воздухе каждый день в этом доме.

Необычно, но ничего удивительного. Для Весты вчерашний случай был ударом. И последнее, что ей сейчас нужно – готовка.

Стискиваю зубы.

Она сказала, что Афанасьев ей что-то подсыпал. Ещё и воспользовался… Козёл. Ублюдок. Так просто отпускать его нельзя. Убью.

Поднимаюсь с постели и без замедлений вылетаю из спальни.

Не иду, как обычно, принимать душ и умываться.

Тревога клокочет в груди, как сирена.

В квартире тишина. И это напрягает.

Проверяю спальню девочек. Пусто.

Может, они на первом этаже?

Спускаюсь, и меня сразу встречает Лаки, завиляв хвостиком. Странно, что в зале он один. Обычно пёс, как верная охрана, бегает за Варей, а сегодня… Что-то здесь не так.

Проверяю кухню: здесь всё осталось, как и вчера. Ни горячего завтрака, ни присутствия феи, колдующей над плитой.

На столе лежит наспех вырванный из тетради листок. Неровный, с коротким текстом, выведенным красивым почерком. И… размазанными от слёз чернилами.

Сердце внутри сжимается.

Веста, что ты творишь?

Хватаю листок, вспоминая нашу переписку в стикерах.

Но теперь всё совсем иначе. Нет того предвкушения. Нет запала. Только страх от того, что я там прочитаю:

«Прости. Мне тошно от самой себя. Я не могу посмотреть тебе в глаза. И тем более, находиться рядом. Дай нам, пожалуйста, время».

Уехала?

Нет, она серьёзно уехала, оставив записку?

До конца не веря, направляюсь в коридор. Их одежды нет.

Проверяю комнату на первом этаже, где хранились вещи. Некоторых сумок нет, но кое-что она оставила. Вернётся за ними, или?..

Чёрт. Веста, чёрт, что ты творишь?

С одной стороны, мне нужно рвануть за ней. Успокоить её. Сказать, что произошедшее никак не повлияло на наши отношения.

Но с другой… я не знаю, где она. И не хочу наседать. Я представляю, что она чувствует. Всё же это травма. И её не залечить, заклеив пластырем или поцеловав в макушку.

Время. Нужно время. Но… как я могу ей дать его?

Как пересилить себя и оставить её и Варю?

Долбаный эгоист, не заботящийся о чувствах близких.

Падаю на диван в зале и запрокидываю голову назад, на спинку.

Дерьмо. По-другому и не скажешь.

В груди – выжженная пустыня. Сердце медленно распадается на части.

Веста ушла. И я не знаю, как заставить её вернуться.

Запускаю пальцы