И придет рассвет - Кристина Скай

– Вряд ли, моя дорогая, они скажут что-либо удивительное.

– Ты уверен? Тебе наплевать на сплетни после того, что было на запуске воздушного шара?

– Да пусть говорят. Пусть хоть весь мир говорит. Думаю, мне доставит удовольствие фигурировать в одной из отвратительных сплетен о скандале в семье Деламер. Кроме того, нам так много предстоит наверстать.

Индия прикусила губу.

– Интересно, что подумают дети.

– Дети? Да они будут в восторге. Они влюбились в тебя с той минуты, как увидели. Как и я.

– Повеса.

– Бывший повеса, – уточнил он и крепче сжал ее пальцы.

– А что насчет остальных бриллиантов?

Они уже дошли до нижних ступеней лестницы, откуда во все стороны расходились солнечные мраморные коридоры великолепного дома, полного сокровищ, скопленных за пять веков членами энергичной и жизнерадостной семьи, история которой была существенной частью истории самой Англии.

Ему оставалось лишь надеяться, что он достаточно умен и силен, чтобы встать вровень с женщинами семьи Деламер.

– Трех заговорщиков мы уже поймали, и они не из тех, что станут держать язык за зубами, так что скоро в наших руках окажутся и остальные. К тому же у нас есть еще одна зацепка. Мы узнали, что у каждого из них есть особый шрам над правым запястьем.

– Восходящее солнце, – задумчиво произнесла Индия. – Аврора.

– Ты быстро соображаешь, женушка. У тебя врожденные способности к такого рода делам.

– Надо это запомнить. Если ты не позаботишься о том, чтобы как следует занять меня, я исчезну, найду себе опасное занятие.

– Нет, не исчезнешь, если дорожишь своей жизнью. – Торн посерьезнел. – Предупреждаю: больше никаких тайных побегов из дома среди ночи, никаких допросов речных пиратов.

– Даже если они привлекательны? Даже если с риском причинить себе боль они пытаются спасти меня от проблем, которые я сама себе создала?

Девлин внимательно посмотрел на нее.

– Мы что-нибудь придумаем, дорогая. Ты так понравилась команде «Цыганки», что можно организовать круиз вниз по реке. Если, конечно, условия будут приемлемыми.

– О! Я уверена, что они будут более чем приемлемыми.

Они уже были в конце мраморного коридора, когда из гостиной донесся жеманный смех.

Дев в недоумении посмотрел на Индию.

– Неужели это…

Они не ошиблись. Леди Элена Марчмонт и герцогиня Крэнфорд пили чай из чашечек тончайшего севрского фарфора.

– Давай уйдем, – пробормотал Девлин. – Может, она нас не увидела.

Но было поздно.

– А, вот и они, – поднимаясь, сказала герцогиня. – Мы как раз говорили о вас с леди Марчмонт. – В глазах герцогини блеснул дьявольский огонек. – Я рассказывала ей, в каком мы все были восторге, услышав о вашей предстоящей свадьбе.

Леди Элена оглядела вошедшую пару, но ничем не выдала своего удивления.

– Мне показалось это неожиданным, но полагаю, что так поступают настоящие солдаты. Такие, как Торнвуд. Они видят цель, разрабатывают план, проводят кампанию и не раздумывая устремляются вперед.

– В Брюсселе это нам здорово помогло, – заметил Дев и, посмотрев с улыбкой на Индию, добавил: – И сейчас тоже.

Шурша юбками, графиня поднялась и начала откланиваться.

– Не буду злоупотреблять вашим гостеприимством. Я приехала только потому, что беспокоилась за детей. Мне хотелось бы повидать Алексис. Я привезла ей подарок.

Бросив взгляд на Торна, герцогиня кивнула.

– Скорее всего, вы найдете ее в розарии. Дети играют в прятки с Айаном.

– Желаю вам счастья, – улыбнулась графиня Индии, прежде чем повернуться к двери. Тяжелый запах духов еще долго висел в воздухе после ее ухода.

– Интересно, что этой женщине было нужно? – глядя ей вслед, сказала Индия.

– Тебя увидеть, чего же еще, – саркастически заметила герцогиня. – И проверить, есть ли у нее шанс заарканить Торнвуда. Надеюсь, я правильно поняла ситуацию?

– Вы, как всегда, попали в самую точку. Вижу, что в этой семье мне придется ходить на цыпочках и держать ухо востро. – Он посмотрел в сторону зимнего сада. – Надеюсь, что Алексис не пострадает от разговорах графиней. После этого я ее заберу.

– Знаете, не следует слишком баловать девочку. Она прошла страшное испытание, это так, но она уже забывает о нем. Мой вам совет – не выделяйте ее, обращайтесь с ней так же, как с другими детьми.

– Думаю, вы правы. И все же что-то в поведении графини меня настораживает.

– Да, Бич, в чем дело? – Герцогиня посмотрела на вошедшего дворецкого. – Еще одна разочарованная дама жаждет увидеть Торнвуда?

– Нет, ваша светлость. Пришло сообщение из Лондона для лорда Торнвуда. И его ждет карета.

Дев прочел записку и нахмурился:

– Мне надо возвращаться.

– Это имеет какое-то отношение к?.. – спросила Индия.

– Да. И пока это дело не завершится, никому из нас не будет покоя. – Он крепко сжал руку Индии. – Я вернусь. Ты должна понимать, что я не могу иначе.

– Знаю. Пропавший… товар при тебе?

– В целости и сохранности, – ответил Дев, подумав о спрятанном в сапоге бриллианте.

– Я велю кухарке собрать вам в дорогу ленч, – сказала герцогиня Крэнфорд. – Боюсь, вы его пропустили.

– Возвращайся поскорее, Дев. Я уже дважды тебя теряла. Больше не хочу.

Дев поцеловал ее так, что у обоих перехватило дыхание.

– Ты больше никогда меня не потеряешь, любовь моя. Даже если захочешь.

Секретарь герцога Веллингтона спокойно сидел в темноте кареты. Его одежда, как, впрочем, и все, что он делал, была безупречна.

Он потрогал пистолет, спрятанный под плащом, и улыбнулся. Через несколько часов бриллиант, известный под названием «Аврора», снова будет у него, герцог Веллингтон будет убит, а император Франции Наполеон отправится домой, где будет восстановлен на троне.

Торнвуд открыл дверцу кареты.

– Это вы, Стивенс? Не было необходимости приезжать за мной, уверяю вас.

– Его светлость попросил меня показать вам некоторые сообщения. Но есть и еще кое-какие дела, о которых он не упомянул, но о которых, я думаю, вам надо знать.

Торнвуд сел в карету и бросил свой портфель на сиденье напротив.

– Что именно?

– Например, о том, что на этой неделе ему четыре раза угрожали.

– Он ничего мне об этом не говорил.

– Он никогда ничего никому не говорит. Но ему нельзя где-либо появляться. Во всяком случае, до тех пор, пока эти недовольные потеряют к нему интерес. – Он сделал знак кучеру трогать и спросил: – Бриллиант при вас?