В погоне за мечтой - Льюис Сьюзен

Эллин уважительно вскинула брови. С тех пор как на экраны вышла «Эвита», ни одна премьера не вызывала такого ажиотажа, и билеты на «Мы упадем…» достать было практически невозможно. Точно так же как в пору «Эвиты», актеры, агенты, продюсеры, режиссеры – практически все, кто был причастен к киноиндустрии, – уже несколько недель кряду выпрашивали, вымаливали, воровали, подкупали и делали одному Богу известно что еще, лишь бы попасть на премьеру самой нашумевшей экранизации современной классики, снятой Виктором Уорреном. Список приглашенных был самым точным справочником «Кто есть кто в Голливуде».

– Еще бы! – говорила Роза в трубку. – Да, конечно, я заплачу за лимузин. И первым делом заеду за тобой, если, конечно, ты не хочешь встретиться у меня на квартире… Отлично. Как скажешь… Шутишь? Поллард, если тебе потребуется, я раздобуду к Рождеству целую толпу мужчин с эпикурейскими лицами. Я даже готова помочь тебе избавиться от растительности в носу!

Роза дала отбой, и они с Эллин расхохотались.

– Этот парень – гений, – объявила Роза. – Не будь он гомиком, я бы вышла за него. Боюсь, его приятель тоже голубой, но какая разница? Главное – мы попадем на просмотр. Черт возьми, что надеть? Может быть, завтра прокатимся по магазинам? Лучшего повода не найти.

– Ты хочешь сказать, что у него и для меня найдется билет? – спросила Эллин.

– Конечно. – Машина остановилась у светофора, и Роза изумленно вытаращила глаза, заметив выражение лица Эллин, которая повернулась к ней. – Только не говори мне, что ты не хочешь пойти.

– Не в том дело, – отозвалась Эллин. – Просто… – Но Роза, не слушая ее, пробормотала:

– Ушам своим не верю… – И вдруг слова Эллин достигли ее сознания. – Как ты сказала? – вскричала она, рывком поворачиваясь к Эллин.

Карие глаза Эллин улыбались.

– Я сказала, меня уже пригласили, – ответила она.

Ошеломленная Роза судорожно перевела дух.

– Ты собралась на премьеру и утаила это от меня?! – воскликнула она.

– Извини, – произнесла Эллин, поджав губы. – Но я узнала об этом только вчера, а сегодня у нас были дела поважнее.

– Кто тебя пригласил? – осведомилась Роза, не зная, сердиться ли на Эллин или радоваться за нее.

– Майк Маккан, – отозвалась та, с удовольствием наблюдая за тем, как у Розы от изумления отваливается челюсть.

– Тот самый британец, к которому тебя посылал Фаргон и который нашел в себе силы отвергнуть его предложение?

Эллин рассмеялась и кивнула.

– Ну, как вам это нравится? – пробормотала Роза себе под нос. – Где он сейчас? Здесь, в Лос-Анджелесе? Как же это вышло, что какой-то англичанин получает приглашение, а мы, коренные американцы, должны стоять на коленях, лишь бы попасть в очередь за билетами?

Эллин улыбнулась.

– Маккан – агент Виктора Уоррена, – объяснила она.

– Ну и дела! – произнесла Роза. – И что же, он просто позвонил тебе и спросил, не хочешь ли ты пойти с ним на премьеру?

– С ним, а также с Виктором Уорреном и его женой, – добавила Эллин.

– Не верю своим ушам, – повторила Роза. – Что произошло между вами там, в Лондоне? Ты умудрилась его соблазнить или что-нибудь в этом роде? Не подумай, будто я осуждаю тебя – Маккан так хорош собой, что мог бы делить постель с королевой, появись у него желание делать добрые дела, – но почему ты ничего мне не рассказывала?

– Рассказывать было нечего. – Эллин рассмеялась, довольная тем, что сумела скрыть от Розы, как ошеломило ее предложение Майка, свалившееся словно с небес. Она даже не знала, что Майк в Лос-Анджелесе, пока тот не позвонил ей. Эллин полагала, что он в Лондоне, но в конце разговора Майк дал ей лос-анджелесский номер, по которому она могла связаться с ним. Не в силах удержаться, она наутро набрала названный номер и выяснила, что Майк приехал накануне и остановился в отеле «Времена года». Иными словами, он позвонил ей сразу по прибытии, а значит, ему не терпелось встретиться с ней. А может быть, и нет, ведь до премьеры оставалась целая неделя, и Эллин уже начинала сомневаться в том, что выдержит это испытание.

* * *

– Устрой вечеринку и пригласи его, – посоветовала Мэтти таким тоном, словно говорила о чем-то само собой разумеющемся.

– Не могу, – отозвалась Эллин дрожащим от волнения голосом.

– Почему? Все, что тебе нужно сделать, – это сказать, что ты собираешь друзей, но забыла пригласить его, когда он тебе звонил, и спросить, не хочет ли он присоединиться.

– А если он откажется? Придется устроить вечеринку, а мне этого совсем не хочется.

Мэтти в отчаянии всплеснула руками.

– Так поговори с ним первым, – предложила она.

– А если он занят в тот вечер, который я выберу? Не могу же я заявить: «Ах, простите, я имела в виду не среду, а четверг!»

– Тем более нужно сначала поговорить с Майком, – заметила Мэтти. – А если он занят в тот вечер, который ты назовешь, тебе остается лишь ждать премьеры.

– Какой же вечер назвать?

Мэтти закатила глаза:

– Ели бы ты управлялась на работе с такой же ловкостью и сноровкой, как налаживаешь свою личную жизнь, мы обе давно были бы на улице. Пригласи его в субботу или в пятницу. На твоем месте я бы выбрала пятницу.

– Почему?

– Пятница ближе, а ты ждешь не дождешься встречи.

– Как-нибудь потерплю, – заверила ее Эллин.

– Тогда в субботу.

– А может быть, дождаться премьеры? – спросила Эллин.

Мэтти пожала плечами:

– Как хочешь.

Эллин жестом велела официанту принести еще бокал вина.

– В пятницу, пожалуй, – сказала она.

– У тебя телефон с собой? – осведомилась Мэтти. – Глупый вопрос. Ты повсюду ходишь с телефоном. Так вот, звони сейчас же в отель и спроси, свободен ли Майк в пятницу.

Эллин почувствовала, как внутри у нее все сжимается.

Глаза Мэтти сузились. Выражение, появившееся на лице сестры, было очень хорошо знакомо ей.

– Так и быть, я позвоню сама и назовусь твоим секретарем, – предложила она.

Эллин протянула ей аппарат.

Мэтти связалась с отелем и попросила соединить ее с номером Майка Маккана.

Эллин протянула руку к телефону:

– Если он там, я сама поговорю с ним. – Она поднесла аппарат к уху и услышала голос Майка:

– Алло?

Сердце Эллин замерло, ее охватил такой страх, что она едва не дала отбой.

– Здравствуйте, это Эллин Шелби, – дрогнувшим голосом сказала она. – Э-э… как у вас дела?