Неистовый барон - Кэтрин Коултер

Роланд кивнул.

– Но если он заперся в своем кабинете, в то время как вы дежурили у входной двери, то кто тогда мог убить его?

Роланд вздрогнул и тут же вскочил на ноги, – Вы всего лишь женщина, существо, один вид которого оскорбляет мое зрение! Епископ называл таких, как вы, бесполезным придатком мужчины, бесполезным, не считая способности к деторождению – что тоже вряд ли можно назвать достоинством. Кто убил моего хозяина, когда он был один? Я все время находился здесь, на своем посту. Приходили двое, но я отправил их назад. Это были торговцы. Да, я просто отправил их заниматься своим делом.

– Но, Роланд, кто-то же должен был попасть в дом. Кто-то ведь вошел в кабинет епископа на втором этаже и ударил его подставкой для дров. И это был кто-то из знакомых – потому что ударили в лоб. Это означает, что он смотрел прямо в лицо убийце. Если бы епископ его боялся, то он позвал бы вас на помощь, не правда ли?

– О да! – ответил Роланд. – О да! – И закрыл руками залитое слезами лицо. – О Боже! – простонал он, покачиваясь взад-вперед на своем стуле. – Я теперь вспоминаю, что покинул свой пост.

Приходил какой-то мальчик – как он сказал, из кафедрального собора, – я и вышел за угол, чтобы встретиться с одним из молодых служителей. Он должен был передать мне бумаги для епископа. Что я и сделал, не подумав о том, что это странная просьба.

Почему бы молодому служителю просто не прийти сюда? Он никто, а епископ – хозяин собора. Это моя вина!

– Нет, это не так, Роланд. Вы сделали все как надо. Расскажите мне об этом молодом служителе.

– Он ждал за углом. Он действительно был одет как служитель, и вид у него был аскетический, если вы понимаете, что это значит. Странно, поскольку он был не настолько бледен и худ, каким полагается быть аскету. Он вручил мне пакет. Я принес его в дом, но не передал епископу, поскольку он не велел себя беспокоить до тех пор, пока Оксфорд не поглотит морская пучина. Ну, обычный пакет, ничего особенного, и я не стал заносить его наверх. Мой бедный хозяин! Я дал ему умереть. Это все моя вина.

– Нет, – сказал появившийся в дверях Роган. – Нет, не ваша, разве что это вы ударили его подставкой для дров.

– Его зовут Роланд, – сказала Сюзанна. – Роланд, у вас сохранился тот пакет, который просил передать молодой служитель?

– Да, конечно. Я положил его на поднос на столе в передней.

– Наверное, нам стоит на него взглянуть, – сказал Роган.

Роланд тут же вскочил со стула, стараясь хоть как-то уменьшить свою вину. Вернувшись, он, не глядя на Сюзанну, подал пакет Рогану.

– Вы только посмотрите! – заглянув в его содержимое, воскликнул Роган. – Чистые страницы, одни чистые страницы!

– О Боже! Если бы я тогда полюбопытствовал, то сразу понял бы, что что-то не в порядке. Но я ни о чем таком не подумал, просто положил пакет на стол и пошел на кухню пить чай.

– г Не вините себя, Роланд, – сказал Джубили Бэлэнтайн. – Очевидно, человек, который убил вашего хозяина, вошел в тот самый момент, когда увидел, что вы вышли. Но в этом нет вашей вины. Вы поступили так, как должны были поступить. Вы выполнили то, что от вас требовалось. А теперь расскажите мне о молодом служителе. Видите ли, его роль заключалась в том, чтобы выманить вас из дома.

Роланд медленно поднялся на ноги. Он действительно хорошенький, подумала Сюзанна. Если надеть на него платье, он будет выглядеть как красивая молодая женщина.

– Милорд, я не помню! – простонал Роланд и зарыдал, закрыв лицо руками.

– Прошу прощения, Роланд, но вы должны взять себя в руки, – сказал Роган. – Я понимаю, что для вас это тяжелый удар, но ведь вы наверняка хотите, чтобы мы нашли убийцу вашего хозяина. Пожалуйста, подумайте. Сосредоточьте свою память на встрече с человеком, который был одет как служитель.

В глубокой задумчивости Роланд принялся мерить шагами комнату. Он похож, подумала Сюзанна, на очень красивого актера из старой пьесы.

Сложив на груди руки, Филипп стоял возле открытой двери. Сидя рядом с Роганом, судья молча наблюдал за молодым человеком.

– Он молод, – наконец сказал Роланд, – ненамного старше меня. У него густые черные волосы, слишком длинные для служителя. Помню, я подумал, что ему не мешало бы подстричься. Он немного выше меня. Он хорошо сложен, не худой, но мускулистый. Я никогда не видел служителя с таким телосложением.

Боже, я убил своего хозяина!

– Роланд, вы все делаете прекрасно, – сказала Сюзанна, но вам нужно держать себя в руках. То, что вы нам говорите, поможет найти человека, который совершил этот ужасный поступок.

Джубили Бэлэнтайн откашлялся, подмигнул Сюзанне и сказал:

– Он назвал вам свое имя?

Роланд покачал головой:

– Нет, милорд. Он немного поговорил о погоде, затем спросил, давно ли я живу в Оксфорде. Что я думаю о епископе Раундтри? Да! Теперь я понимаю.

Он старался отвлечь мое внимание, в то время как его сообщник совершал убийство!

– Это верно, – сказал Джубили Бэлэнтайн. – Но вы не могли знать, что имеете дело с уловкой.

Давайте соберитесь, как вам сказала леди Маунтвейл.

Вы заметили в этом молодом человеке что-либо необычное?

Роланд покачал головой. Парик его съехал набок, но юношу это уже не заботило.

– Подумайте, подумайте!

– Да, да, теперь я вспоминаю. На левой руке у него был перстень. У епископа Раундтри был точно такой же. Я хотел было спросить у того человека, откуда он его взял, но в этот момент он отдал мне пакет…

– Расскажите нам о перстне.

– Мы сделаем лучше, – сказал Бэлэнтайн. – Я сам принесу тот перстень, который носил епископ. Вы уверены, что они одинаковые?

Роланд кивнул.

Сейчас ему не позавидуешь, подумала Сюзанна.

Бэлэнтайн вернулся очень скоро и с мрачным видом встал в дверях.

– На нем нет перстня.

Роланд вскочил на ноги.

– Нет, милорд, епископ всегда носил этот перстень. Однажды я спросил его о нем, но хозяин так разгневался на мою дерзость, что чуть не ударил Конечно, он не стал бы меня бить. Он никогда меня не бил Ну разве что один раз, и только потому, что ему это понравилось.

– Значит, перстень взял убийца. Никто из нас не замечал этого раньше, но один из пальцев епископа отрезан – вероятно, тот, на котором он носил перстень. Очевидно, убийца не смог его стащить.

Роланд упал в обморок.

Сюзанне очень хотелось последовать его примеру.

Но она, поборов слабость, вышла из гостиной и направилась в кухню – маленькое, темное помещение в задней части дома. Намочив тряпку, она вернулась к Роланду, который теперь лежал на полу и стонал, как дитя. Опустившись на колени, Сюзанна осторожно протерла его лицо.