Тайна античных свитков - Айрис Джоансен

— Он напутан, — прошептала Джейн.

— Из машины, Джок! — повторил Макдаф. Его голос был как удар хлыста. — Живо!

Парень неловко потянул ручку двери.

— Ну, пожалуйста…

— Давай, давай. Ты знаешь, зачем тебя сюда привезли.

Джок вышел из машины.

— Не принуждай меня!

Макдаф нажал на педаль и тронулся с места.

Джейн обернулась посмотреть на паренька, у нее сжалось сердце.

— Так и стоит. Он не понял.

— Все он понял! — грубо ответил Макдаф. — А нет, так пусть напряжет мозги. С этим надо кричать. Ты хочешь, чтобы Джок спас человечество, а я — чтобы он спас самого себя. Ничего не получится, если он будет прятать голову в песок. Это его шанс, и я заставлю его им воспользоваться, чего бы ни стоило.

— Не стану спорить. — Джейн оглянулась. — И надолго мы его тут бросили?

— На полчасика. Доедем до следующей развязки и повернем обратно.

— Полчаса — это немало.

— Целая жизнь. Но это — его жизнь. — Шотландец поддал газу. — И его психическое здоровье.

— Никого не вижу. — Джейн в панике озиралась по сторонам. Уже в третий раз Макдаф на малой скорости проезжал участок дороги, где они оставили Джока, а того нигде не было видно. — Куда он пропал?

— Он мог свернуть в какой-нибудь проулок. На этом отрезке два жилых комплекса — гольф-клуб «Тимберлейк» и Маунтен-Стримс. Еще разок проедем, если не увидим — начнем искать.

— Да вот же он! — Джейн успела заметить фигуру в придорожном кювете. — Господи… Неужели машина сбила? — Макдаф резко затормозил, и Джейн стремглав выскочила из машины. — Джок, ты не…

— Четыреста восемьдесят два. — Он на нее даже не обернулся. Он смотрел прямо перед собой. — Четыреста восемьдесят два.

— Цел? — Рядом возник Макдаф. Он присел на корточки и посветил фонарем парнишке в лицо. — Джок, что произошло?

Тот заморгал.

— Четыреста восемьдесят два. Макдаф быстро ощупал ему руки и ноги.

— Не думаю, что его сбили. Никаких травм не вижу.

— Мне кажется, его травма более чем очевидна. — У Джейн задрожал голос. — Господи, что мы наделали!

— Только то, что должны были. — Макдаф взял юношу за плечи и развернул к себе. — Мы вернулись. Ничего не случится. Тебе нечего бояться.

— Четыреста восемьдесят два. — Он вдруг согнулся пополам и закрыл глаза. — Нет! Не могу! Маленькая, очень маленькая. Четыреста восемьдесят два.

— Боже мой… — прошептала девушка. Макдаф протянул ей фонарь.

— Надо отвезти его назад. — Он сгреб Джока под мышки. — Поведешь ты. Я сяду с ним сзади. Бог его знает, что он выкинет.

— Я не боюсь. Господи, как он мучается!

— Садись за руль! — повторил Макдаф и выпрямился. — Всю ответственность беру на себя.

Ну да, потому что Джок — один из его людей. Она видела, что спорить бессмысленно. И сейчас надо побыстрее доставить парня в дом.

482. Луч фонаря упал на землю рядом с тем местом, где сидел Джок.

482. Цифры были глубоко впечатаны в землю. И повторялись снова и снова. 482. 482. 482. 482.

— Джейн!

Она подняла голову и поспешила к машине.

— Как он? — спросил Марио. Джейн только что вышла от Джока.

— Ничего не могу сказать. — Она обернулась на дверь. — Он в ступоре. Бедный парень!

— Должно быть, виной мое религиозное воспитание, но я не могу заставить себя сочувствовать убийце, — проговорил Марио. — Если задуматься, он один из них.

Он работал на Рейли! — Он остановил ее жестом. — Я знаю, знаю! Я здесь в меньшинстве. Но не ждите от меня жалости или прощения.

— Тогда тебе лучше держаться подальше от Макдафа, — вступил в разговор Тревор. — Он сейчас повышенно чувствителен.

Марио кивнул.

— Не собираюсь с ним ссориться. Может, ему все же удастся что-нибудь выудить из парня. — Он направился в кухню. — Сварю-ка я кофе.

— Четыреста восемьдесят два, — повторил Тревор, задумчиво глядя на дверь комнаты. — Он продолжает это твердить?

Джейн кивнула:

— Как заклинание.

— Но заклинание началось только после того, как он попал на ту дорогу. Макдаф не пытался у него ничего спрашивать?

— Пока нет. А ты бы стал?

— Наверное, тоже нет. Не в наших интересах, чтобы парень рассыпался на куски.

— Как грустно, что мы вынуждены думать о своей выгоде, а не о том, что лучше для Джока. — Она не дала ему возразить. — Я понимаю, — устало проговорила она. — Такова необходимость. Я сама двумя руками была за то, чтобы на него поднажать. Просто это невыносимо — смотреть, как он мучается.

— Есть два пути: либо продолжать давить, пока он не справится, либо отступиться — и пусть опять прячется в свою скорлупу. Со временем ему может полегчать, лет через несколько. А может, и нет. Тогда стоит ли ждать?

— Не стоит.

— Вот и я так думаю. — Тревор отвернулся. — Но мы будем лучше вооружены, если поймем, что его так напрягает.

— Четыреста восемьдесят два?

Он кивнул:

— Утешать и нянчится я не умею, а вот абстрактные задачки — мой конек. Я записал то, что он сегодня бормотал, и теперь попробую вычислить, что скрывается за этими цифрами. Это может быть что-то очень простое. Ну, скажем, это шифр замка, часть номерного знака, быстрый набор с телефона, чей-то адрес, выигрышная комбинация в лотерею, код охранной сигнализации, пароль для входа в компьютер…

— Я уже поняла, — сказала Джейн. — И если ты сейчас же не замолчишь, у меня разовьется настоящая депрессия. Думай молча.

Тревор покорно кивнул:

— Начну с самого простого, посмотрим, что выйдет. — Он замолчал и нежно тронул ее за руку. — Пойди выпей кофе с Марио. Не повредит.

— Пожалуй. — Его прикосновение было таким теплым и ласковым, что ей не хотелось уходить. Джейн подождала, потом все же отодвинулась. — И Макдафу отнесу. Он от Джока ни на шаг. Нянчится, как мать с младенцем. Так странно — такой сильный мужик и столько нежности!

— Он, наверное, думал, что действует парню во благо, а вышло, видишь, как. В таких ситуациях угрызения совести — нормальная вещь. Как составлю список вариантов — принесу тебе.

— Проснись!

Джейн открыла сонные глаза — рядом с креслом сидел на корточках Тревор и гладил ее по щеке.

— Что такое?

— Просыпайся. — Он улыбнулся. — Я, кажется, нашел. Гарантий нет, но попробовать стоит.

Она выпрямилась и помотала головой, стряхивая сон.