На месте Валерии - Элизабет Бенавент

Я бросила красноречивый взгляд на подруг, решительно давая понять, что прелюбодеяния мы не совершили. Точнее, мы «обжимались», как подростки, но сообщать об этом мне было не с руки, тем более что я в течение нескольких дней добросовестно пыталась стереть из памяти страстную сцену. Наконец, собравшись с духом, я поделилась тем, что меня угнетало больше всего:

— Самое неприятное, что он прочитал мне нравоучение насчет того, чем мы занимаемся. Он сам, подумать только!

— В стиле «или бросай мужа, или не ищи со мной встреч»? — уточнила Нереа, обнимая диванную подушечку.

— Пожалуй, он выразился довольно неопределенно. Как обычно делают все мужчины. — Я нервно взъерошила волосы. — Но думаю, смысл был примерно таким: «Ты отлично знаешь, что делаешь, и добром это не кончится».

— Ты не могла бы выразиться яснее! — раздраженно сказала Лола.

— Но я не помню дословно всего, что он говорил! И кроме того, меня не оставляет ощущение, что на самом деле ему просто надоел подростковый петтинг без перехода к полноценной близости.

В действительности мне не очень хотелось распространяться о последнем свидании, поскольку в голове занозой сидело воспоминание о том, как мы терлись друг о друга и стонали. Не хотелось также описывать свои чувства, когда он вышвырнул меня из дома. Может, он выгнал меня, собираясь позвать какую-нибудь подружку, чтобы выпустить пар? Он отрицал это, но почему я должна была ему верить? Мы друг другу ничего не обещали. И самое скверное, что с учетом моего статуса замужней женщины меня вообще не должно было волновать, с кем он развлекался. Но меня волновало, и весьма.

Лола переглянулась с подругами и пробормотала, что удивлена. Спасибо. Вмешательство Лолы хотя бы поставило на паузу воспроизведение сцены, которая разворачивалась перед моим внутренним взором:

— Я не ожидала от Виктора такого поведения. Думала, он пустит в ход весь арсенал обольщения, изобразит понимающего друга, не поскупится на разговоры о внезапно проснувшемся нежном чувстве, а потом не проявит по отношению к тебе ни малейшего сострадания. Извини, Валерия, но сострадание имеет значение. Этот парень мог бы из тебя веревки вить, если бы захотел.

— Сколько веры в меня, — с сарказмом откликнулась я, осознавая, что Лола абсолютно права.

— А вдруг он влюблен в тебя? — предположила Нереа.

— Нереа, о любви речь не идет. Я тепло к нему отношусь, но совершенно с ним согласна, что нас связывает только сексуальное влечение.

— Полагаю, он тебе никогда такого не говорил. Напротив, признавался, что ты ему очень нравишься, и я начинаю склоняться к мысли, что он не лукавит, — внесла уточнения Лола. — Поскольку Виктор, которого я знаю, даже отдаленно не напоминает Виктора, о котором ты рассказываешь. А у меня с ним своя история.

— Конечно, кое-что я об этом слышала, хотя сомневаюсь, что хотела бы быть в курсе всех деталей. Не хватало только узнать, что вы пообещали друг другу любовь до гроба, — проворчала я, хватаясь за голову.

— Ты шутишь, любовь до гроба с этим жеребцом! Я только сказала, что…

— А может, ты пытаешься нарочно внушить мне, будто я что-то значу для него, чтобы успокоить меня, а потом умыть руки? — Я обвела подруг взглядом.

— И зачем? Скажу прямо, Валерия, Виктору не нужно так убиваться, чтобы завести короткую интрижку. Ему достаточно зайти в любой бар, сесть у стойки и повести бровью, и к его услугам тотчас будет парочка претенденток. Разве нет?

Я прикусила губу. Будь все проклято! Лола права. Следовательно, я ему нравилась. Виктор на меня «запал», но понимал, что это неправильно? Или трудности его только раззадоривали?

— Вы усложняете дело больше, чем оно того заслуживает. Проблема не в моих отношениях с Виктором, а в моих отношениях с Адрианом, моим мужем.

— Видишь ли, — гнула свое Лола, — я знакома с Виктором несколько лет и не замечала, чтобы он с кем-нибудь так себя вел. Он изменился. Я часто проводила время с ним и в его компании в разных местах, и, честное слово, он никогда — никогда! — не возвращался домой один. А теперь он никуда не выходит, даже по пятницам, а если его приглашают, в ответ всегда так или иначе звучит имя «Валерия».

— Проблема в тебе, — без обиняков заявила Кармен. — Не важно, замутил Адриан интрижку с грудастой девицей или нет, ты сама зашла довольно далеко, не ограничившись только флиртом с Виктором. Я даже не знаю, что и думать. Иногда складывается впечатление, что ты ищешь предлог, чтобы переспать с ним.

— Если бы она хотела с ним переспать, то давно бы это сделала. По-моему, она продемонстрировала исключительную силу воли, которой я, например, не обладаю, — выступила в мою защиту Лола.

— Благодарю, — я слегка склонила голову в знак признательности.

— Но, скорее всего, ты сама устала от собственной стойкости.

Нереа, до тех пор молча жевавшая маринованные огурчики, попросила слова:

— Хотите услышать мое мнение? Очевидно, что Виктор нахрапист, как жеребец, а у Валерии есть глаза, хоть она и замужем. Если ее отношения с Адрианом некоторое время назад разладились — я сейчас не буду доискиваться причин, — то совершенно естественно, что ей приятно находиться рядом с человеком, который не создает проблем.

Меня поразило, что подобное суждение прозвучало из уст всегда такой правильной и организованной особы, как Нереа.

— А вот я хотела бы поискать причину, почему у тебя испортились отношения с Адрианом, — заметила Лола. — Сначала я думала, что ты все сочиняешь, но после выставки даже не знаю, что сказать. Я чую неладное, но более чем уверена, что Адриан не спит с той девицей. И все же не знаю…

Я фыркнула. Разговор уже тяготил меня.

— Бедная Валерия. Мы хором обсуждаем твою жизнь, — снова заговорила Кармен, — хотя не имеем никакого права.

— Вы не судите меня, а просто высказываете свое мнение. И я сама вас об этом попросила. Что касается Адриана, то я чувствую то же самое, что и Лола. И мои ощущения насчет Адриана совпадают с тем, что говорит Лола. Должна признаться, меня напрягает, когда кто-то другой озвучивает мои мысли, подтверждая обоснованность подозрений. Адриан не спит с Алекс, но вполне вероятно, что он испытывает большое искушение.

— А разве ты сама не испытываешь такого же искушения с Виктором? — напомнила Кармен.

— Да, но…

— Что? — с мягким укором переспросила она.

— Я должна оправдываться? Даже не подумаю. Не я разрушаю наши отношения. Это делает Адриан. Не знаю. Поездка в Альмерию мне совсем не нравится.

— Почему бы тебе не поехать с ним?

— Мне? О чем ты? Он просто не захочет меня взять. Он едет работать. В этом я уверена, поскольку он уже продал фоторепортаж, но вот что произойдет вечером, после фестиваля, тут я ничего предвидеть не могу. Я уже начала сомневаться, что… Вдруг я больше ему не нравлюсь? Вдруг… — Я всхлипнула.