На месте Валерии - Элизабет Бенавент

Адриан не стал меня будить, когда уходил. Меня это огорчило, поскольку я упустила возможность поцеловать его на прощание так, чтобы ему было о чем вспомнить, когда грудастая девчонка станет разгуливать перед ним полуголой. Я нисколько не сомневалась, что она что-то задумала. И в способность Адриана противостоять искушению я не особенно верила. Имела ли я право рассчитывать, что он сохранит мне верность после всех моих недавних вывертов?

Виктор позвонил в середине дня после работы и спросил о моих планах на вечер. Он знал, что в ближайшие выходные Адриана не будет дома. Я ответила, что собираюсь пойти с подругами к Лоле, и тогда он предложил вместе пообедать. Но поскольку я, откровенно говоря, сомневалась и в своих силах дальше противиться искушению, то соврала, что уже приготовила себе обед.

— Твой звонок застал меня прямо перед обедом. — Я зажмурилась, осознавая, что он не заслужил, чтобы ему лгали и морочили голову.

Мне хотелось быть с ним, но я не могла. И я не могла позволить себе роскошь размякнуть.

— Может, тогда ты придешь, чтобы провести со мной сиесту? Такого у нас еще не было, — приглушенно сказал он, и в его голосе прозвучали умоляющие нотки.

— Наверное, это одно из немногого, чего у нас еще не было.

Виктор ответил не сразу. После небольшой паузы он пробормотал:

— Я чувствовал себя совершенно разбитым, когда ты ушла. А потом ты не позвонила, и теперь я только хочу побыть с тобой. Это все.

— Ну да. — Я прикрыла лицо рукой.

— А ты?

— Виктор! — взмолилась я.

— Ладно. Сегодня вечером я загляну ненадолго в спортзал. А потом, если захочешь, звякни мне, и мы погуляем, идет?

Он не ослабевал натиск, как не ослабевало и мое желание стиснуть его в объятиях и зацеловать до потери дыхания. И еще мне хотелось, чтобы он занимался со мной любовью, пока я не забуду собственное имя.

Добавив сюжету остроты, Адриан позвонил мне через несколько секунд после разговора с Виктором, чтобы сообщить, что он разместился в хостеле.

— Сегодня вечером моего звонка не жди. Я не знаю, в котором часу вернусь, и думаю, будет лучше тебя не беспокоить.

— Как хочешь. Но не забывай обо мне.

— Ни за что.

Может, дела обстояли не так уж плохо. Не исключено, что именно я вела себя как настоящая стерва, оправдывая собственные похождения, сомнительные с этической точки зрения, смутными подозрениями в неверности мужа.

Однако я хорошо знала Адриана и знала себя. Все было не так. Слова звучали фальшиво, неестественно, отношения держались на волоске.

Лола беспокойно ворочалась в постели. Наступил полдень, но вставать ей не хотелось. Квартира была практически в идеальном состоянии, и только одежда, в которой Лола ходила вчера, валялась, небрежно брошенная на пол. Уборка заняла бы минут десять, не больше. Лоле было не по себе. Ее томило ожидание чего-то, что должно было вот-вот произойти. И предчувствие ее не обмануло. Раздался телефонный звонок. Лола взглянула на определившийся номер — звонил Серхио.

— Слушаю.

— Я тебя разбудил?

— Нет. Я уже проснулась и теперь просто ворочаюсь с бока на бок.

— Я могу зайти? Мне нужно поговорить с тобой.

— Не знаю, Серхио, я в пижаме.

— Не важно. Мне действительно нужно с тобой поговорить.

— Хорошо. Дай мне десять минут.

Лола дала отбой. Она надела джинсы, собрала волосы в хвост, умылась и почистила зубы. Настало время оценить результаты военной кампании.

Серхио взлетел по лестнице, перепрыгивая через три ступеньки. Лола впустила его в квартиру и предложила кофе.

— Не стоит беспокоиться.

— Никакого беспокойства. Турка уже на огне. Я сама собиралась выпить чашечку.

Он покачал головой, и Лола прислонилась к кухонной стойке, приготовившись его слушать. Но у него никак не получалось собраться с духом, и она поощрительно произнесла:

— Итак, ты хотел сказать…

— Вечером я порвал с Рут. — Она молча кивнула, и он продолжил: — Лола, я не хочу быть ни с кем, кроме тебя.

Кофе сварился, и Лола налила себе чашку, пытаясь привести в порядок мысли и всколыхнувшиеся чувства. Прямо сейчас она умирала от желания съесть огурчик. У Лолы имелись свои слабости.