Разными дорогами - Натали Палей

— Вы слишком строги, брат. А мы все менее помогаем людям найти счастье.

— Сегодня у нас ещё один путник, охотник, — нейтральным голосом проговорил главный жрец, меняя тему разговора. — Открылось три дороги. Пусть проводник проводит его в зал.

Глава 50

Я затаила дыхание, поняв, кого сейчас увижу. Если бы не заклятие моего таинственного проводника, то я бы не удержалась от возгласа.

Я смотрела. Видела. И не могла поверить.

Казалось, я схожу с ума и что-то происходит с моим зрением.

Перед жрецами все путники появлялись без иллюзии. Тогда почему у этого мужчины в одежде Раймуса Ринского, в плаще Раймуса Ринского лицо Роджера Саливана? Красивое лицо с идеальными чертами лица и глубокими синими глазами, в которые я когда-то влюбилась и которые не смогла ненавидеть, потому что это были глаза моей маленькой дочери.

Ненастоящее лицо. Иллюзорное.

Как и сам Роджер Саливан.

Ненастоящий.

Фальшивый.

Когда я всё осознала, бедное сердце стало падать куда-то вниз — в пропасть, в которой не было дна. В глазах всё поплыло. Видимо, на ногах меня удержало только заклинание проводника.

Моя красавица Лиса с изумительными синими глазками, с такими характерными чертами лица… Её личико встало перед глазами.

Почему же я сразу не поняла, каково настоящее лицо её отца?

Я недоверчиво и жадно всматривалась в Раймуса-Роджера до чёрных точек в глазах. А сердце продолжало падать.

Беспомощно посмотрела на проводника, спрашивая его взглядом, кажется мне то, что я вижу, или нет?

Ну а вдруг…

Кит Тамус кивнул, давая понять взглядом, что мне ничего не кажется.

Раймус, как до этого Кайрос, опустился на одно колено, склонил темноволосую голову и приложил правую руку к груди — там, где билось лживое фальшивое сердце.

— Охотник от Ринской империи явился к жрецам первого храма, — прозвучал знакомый голос, от звука которого я вздрогнула.

— Мы рады видеть тебя, охотник. Ты принёс обещанные артефакты? — отозвался главный жрец.

— Принёс. Кроме того, который вы предоставили мне на время. У меня остался только один браслет из проклятой пары. Второй, возможно, потерян навсегда. Он был на руке моей пары, которая… — Раймус запнулся, слегка побледнев, мотнул нервно головой, — утонула в Великой реке столицы моего государства. Ее тело… — он снова запнулся, — не нашли. Скорее всего, его унесло течение реки.

В зале наступило молчание. Мне же показалось, что сердце перестало падать… и биться тоже. Остановилось и замерло холодной колючей глыбой.

Я смотрела на хмурое и бледное лицо Раймуса и мысленно молилась, чтобы на этом его рассказ обо мне закончился и чтобы больше он не вспоминал меня. Вообще, никогда. Особенно в этом храме. Особенно рядом с главным жрецом.

— Ты не искал её тело? — удивился главный жрец.

— Тело искали. Без меня. Я не мог участвовать в поиске, по недоразумению был арестован.

Я скривила дрожащие губы: «По недоразумению? Ты собирался украсть то, что тебе не принадлежало! Вор!»

— Ты сбежал?

— Недоразумение разъяснилось, — уклончиво ответил мужчина.

«Разъяснилось… Интересно, как? Как ты освободился, Раймус?! Ведь я всё продумала! Кроме твоего настоящего лица!»

— Я знаю, ты явился с просьбой. Ты сделал очень много для пополнения древнего хранилища артефактами, несущими миру зло. Поэтому я внимательно выслушаю тебя и помогу, чем смогу. Все мы поможем, — поправился в конце главный жрец.

Говорит так, будто здесь всё зависит только от него.

Я бросила взгляд на хмурого проводника, тот только нервно дернул уголком рта, взглядом прожигая главного жреца. Похоже, мы сейчас разделяем одно чувство на двоих к главному жрецу первого храма?

Мелькнула беспокойная мысль: «Почему Тамус мне помогает? Что вообще происходит в святая святых нашего мира?!»

— Иногда нужно потерять, чтобы оценить то, что потерял, — глухо проговорил Раймус, а моя глыба льда беспокойно заворочалась, неожиданно причиняя острую боль. — Я прошу вас вернуть мою истинную пару. Я понял её ценность для меня.

«Понял. Когда я, вроде как, умерла».

— Разве тебе не нравится твоя жизнь, охотник? Свободная, как ты всегда хотел.

Я сглотнула. «Ну же, Рай, очнись и вспомни, как ты хотел избавиться от меня, как всегда боялся истинной пары».

Память услужливо подкинула:

… Я хочу, чтобы ты поняла меня сейчас. И исчезла из моей жизни. Так, как будто тебя в ней никогда не было. Правда, есть небольшая загвоздка с тем, кем ты являешься…

Я исчезла, как ты всегда хотел. Почему же в этих синих глазах теперь поселилась тоска?

Я не хочу это видеть. И чувствовать.

Не сейчас.

И никогда больше.

Я прикрыла глаза, которые почему-то защипало от злых слез.

«Не хочу! Не хочу! Зачем я тебе, Раймус Ринский? Отобрали игрушку? Или подзарядку для мага? Найди себе новую».

— Я не могу забыть Микаэллу Кэмпбелл, хотя очень хочу этого. Я понял, что эта женщина нужна мне. Без неё… — он запнулся, нахмурился, — мне сложно. Я чувствую себя раздавленным, потерянным, пустым. Она постоянно снится мне, — устало добавил Раймус. — Кажется, от этих снов я схожу с ума. В них она живая и счастливая, яркая, светлая…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Принц глубоко вдохнул и медленно произнёс:

— Я хочу всё исправить. Я знаю, что это в ваших силах. Верните её. Прошу.

— Ты знаешь, что воскрешение человека — это настоящее чудо и совершается в редких случаях? Исключительных.

Раймус кивнул, крепко сжав челюсти.

— На что ты готов пойти, чтобы вновь увидеть истинную пару?

Я задержала дыхание одновременно с Раймусом, впиваясь тревожным взглядом в застывшее маской мужское лицо, в потемневшие от вспыхнувшей надежды глаза, с ужасом ожидая ответа.

— На многое, — твёрдо ответил он. — И я многое могу, как маг и как принц своей империи.

— Знаем, — кивнул главный жрец, при этом его глаза торжествующе блеснули.

В это мгновение мой проводник что-то сделал так, чтобы я больше ничего не услышала. И не увидела тоже. Перед лицом снова оказалась обычная каменная стена, и я снова смогла двигаться.

Я медленно обернулась и зло уставилась в глаза проводника, который смотрел на меня хмуро и внимательно.

Кит Тамус приложил палец к губам и покачал головой, как бы говоря: «Все вопросы потом». Но я и не собиралась сейчас задавать вопросы, — глыба льда в груди не давала даже вздохнуть, не то что говорить.

Я снова стояла у кромки многовекового леса, а рядом стоял господин Тамус в уже привычном для меня облике — невысокий худощавый пожилой мужчина неприметной внешности, со светлыми седеющими волосами и спокойным взглядом карих глаз. Но