Неистовый - Дж. Б. Солсбери

Мы провели неделю на Бора-Бора после того, как выиграли поездку на благотворительном аукционе. Проведя семь дней с Джордан в крошечном бикини, я решил, что это была вторая лучшая неделя в моей жизни. Первая была в тот раз, когда она вернулась ко мне. Поездка прошла в нашем надводном бунгало, где мы перемещались с кровати во внутренний дворик, только чтобы снова оказаться в постели. Если и есть что-то, чего ни один из нас не может контролировать, так это наш голод друг по другу.

Как только мы вернулись в Нью-Йорк, Джордан предложили работу в «Бистро Твэлв». Хотя она по-прежнему утверждает, что их гамбургеры оскорбляют восхитительную простоту американского бургера, ей нравится продавать их за тридцать восемь долларов и собирать чаевые.

Наступили праздники, и впервые в моей взрослой жизни у меня была рождественская елка. Эта штука была такой высокой, что потребовалось четыре человека, чтобы доставить ее внутрь, и когда зажигалась гирлянда, ее можно было увидеть ночью с противоположного конца парка. Джордан купила мне новую удочку и новейшую игровую систему. Я купил ей кольцо. Не кольцо обещания, а обручальное кольцо. Я сам разработал дизайн — бриллиант в два карата, окруженный бриллиантами паве, которые образуют узор снежинки.

Сквозь слезы Джордан сказала «да». Сидя на полу у основания ели, она изучала кольцо и сказала, что оно напоминает ей о том, как мы встретились, и как снег искрился на солнце. Я был благодарен, что мой дизайн передал смысл.

Мы оба согласились, что помолвка всего через два месяца — это безумие. И также согласились с тем, что в нас нет ничего общепринятого, так зачем менять то, что работает?

Три месяца нового года, и сегодня двадцать восьмой день рождения моей прекрасной невесты. Я уже несколько месяцев готовил ей сюрприз, и, пока еду в Трайбек, чувствую, что вот-вот лопну.

На светофоре я смотрю на нее на пассажирском сиденье «Лендровера», чтобы убедиться, что она не подглядывает.

— Ты точно ничего не видишь?

О да, я снова начал водить машину.

Ее улыбка была огромна весь день. Я никогда раньше не видел, чтобы взрослый так радовался дню рождения. Она подпрыгивает на месте.

— Да, не вижу. Мы на месте? Мы близки? О, мы садимся на самолет? Подожди… Я чувствую запах воды. Мы садимся на лодку?

Я хихикаю и качаю головой, хотя она меня не видит.

— Перестань задавать вопросы. Мы почти на месте.

Галстук, который я повязал ей на глаза, когда мы сели в машину, плотно прилегает, но это не мешает ей поворачивать голову из стороны в сторону, как будто она может видеть. Я наблюдаю, как ее нос дергается в попытке определить место по одному запаху.

Еще одна серия остановок и поворотов, и бабочки взрываются у меня в животе, когда я подъезжаю к месту назначения. Выключаю двигатель, и Джордан пытается нащупать дверную ручку.

Я протягиваю руку и хватаю ее за руку.

— Эй, погоди, — хихикаю я в ответ на ее нетерпеливость. — Позволь мне открыть тебе дверь.

— Скорее! Я так взволнована, что чувствую, что сейчас закричу, и меня вырвет одновременно.

Я выпрыгиваю с водительского сиденья и подхожу к пассажирской двери, чтобы осторожно вытащить ее из машины.

— Определенно вода! Я чувствую запах соли. О! Я только что слышала чайку!

— Пойдем. — Я веду ее вверх по лестнице и сдерживаю смех от того, как она делает преувеличенный шаг вверх, как будто пытается добраться быстрее.

— Все? Я так взволнована, что точно уписаюсь!

Я бросаю взгляд через плечо на Кингстона, Хадсона и Хейса, где они все молча и покорно стоят, предупреждая их взглядом, чтобы они молчали. Все трое сдерживают смех.

— Хорошо, стой спокойно. — Подхожу к ней сзади и держу руку на ее бедре, не то чтобы я думал, что она упадет, просто мне нравится быть рядом, чтобы она могла опереться. — Ты готова?

Джордан переминается с ноги на ногу и визжит.

— Готова! Сними уже эту чертову штуку!

Я откидываю ее волосы в сторону, прижимаюсь губами к ее шее и шепчу:

— С днем рождения.

Стягиваю повязку с глаз и наблюдаю за ее диким возбуждением, когда ее взгляд ищет, а затем находит. Выражение ее лица падает, не от разочарования, а от шока.

— «Джордан на реке», — шепчет она, разглядывая вывеску нового здания.

Я чувствую, как ее вес падает на меня, и поддерживаю ее, пока она восхищается округлыми уровнями внутреннего дворика и изогнутым стеклянным фасадом.

— Гризли, — тихо говорит она. — Ты даришь мне ресторан?

— Да. — Я осматриваю строение вместе с ней, задаваясь вопросом, как она, должно быть, видит его в первый раз. — Я сам его спроектировал. Построил. Теперь он твой.

Джордан поворачивается ко мне, ее лицо такое бледное, что боюсь, как бы она не упала в обморок.

— Э-э-это слишком. Я не могу п-принять…

Я прижимаю пальцы к ее губам.

— Можешь, и примешь. Это подарок.

Она качает головой.

— И это инвестиции. — Я опускаю пальцы, чтобы заменить их губами, и нежно целую ее.

Румянец немного возвращается на ее щеки.

— Если ты хочешь инвестировать в ресторанный бизнес, то должен убедиться, что это того стоит.

— Я не инвестирую в ресторанный бизнес. Я инвестирую в тебя. — Опускаю подбородок, чтобы выдержать ее взгляд, и наблюдаю, как мои слова смягчают выражение ее лица. — Потому что я верю в тебя.

Джордан прислоняется лбом к моему и делает несколько глубоких вдохов, прежде чем снова повернуться и посмотреть на свой подарок.

— Не могу поверить, что ты даришь мне ресторан. Я думала, мы отправимся в морской круиз или что-то в этом роде.

— Нет. — Хадсон появляется в поле зрения с улыбкой на лице. — С днем рождения, будущая невестка.

— Ты знал об этом? — спрашивает она, когда он заключает ее в свои объятия.

— Ты шутишь, — говорит Кингстон, подходя ближе. — Мы все это знали. Как ты думаешь, кто выбирал весь декор? — Он целует Джордан в лоб, затем подмигивает мне.

Мудак.

— От сервировки столов до барной посуды, я оставил свой след по всей «Джордан».

— Полегче, Казанова, — говорит Хейс, затем наклоняется, чтобы обнять Джордан. — С днем рождения.

Джордан удалось одержать победу над самым упрямым братом Норт. Он все еще бессердечная заноза в заднице, но,