Цветок и камень - Александра Иванова

название. Вы вообще мне времени дали с гулькин нос. Сейчас-то ваши травники его научились искусственно выращивать, а раньше это была почетная церемония лишь для избранных. От горения появлялся противный дым, он высвобождал мысли и сковывал способности. Пахнет как в помойной яме, но это легко перекрыть разными маслами ароматическими. Участники дышат им, используют способности и если рядом хозяин, то их силы остаются в спящем режиме. Далее связь замыкается, а потом начинается ковен.

В голове всколыхнулось воспоминание. В зеркальной комнате пахло цветами.

— Значит, мы с Денни еще не ковен? — с какой-то надеждой в голосе проговорил Крис.

Хильда помотала головой, тряхнув усами и вторым подбородком. Она была похожа на моржа, и я снова опустила голову.

— А силы увеличиваются от того, что мы замыкаем связь? — слова слетели с моего языка быстрее, чем я смогла что-то обдумать.

Хильда задумалась и пальцем почесала переносицу.

— В идеале нет. Мощь ковена в единении, а не в силах, однако все опять-таки зависит от катализатора. Мы с Рондой обсуждали это недавно.

Я сглотнула.

— Я уничтожила судостроительный комплекс, а раньше не могла…

— Вот как? — в глазах Хильды светился интерес — Да ты чудо для исследователя.

Повисла тишина, гибрид что-то обдумывала.

— Ваш катализатор близость, но основа связи не она.

— Что простите? — я подняла бровь.

— Ой, ну ты же не думаешь, что твой хозяин слышит тебя только потому, что спит с тобой! Ваши законы не запрещают насиловать «шестерок» они запрещают их любить! — Хильда выглядела даже слегка оскорбленной — Магия это тонкая материя, построенная на умениях и контроле, но в вашем случае канал управления твоих сил не от разума, а от эмоций. Ваши Говард и Луиза не смогли замкнуть связь из-за того, что один боялся своих чувств. Что случилось, прежде чем ты уничтожила верфь?

— Я испугалась за Криса — голос предательски задрожал.

— Изумительно! Раньше нормой было использование твоих сил, когда они подчинялись только твоей воле, а теперь они контролируются эмоциями.

Хильда выглядела как ученый совершивший открытие, а у меня внутри все тем временем переворачивалось.

— Полагаю, что ваша близость дает тебе заряд способностей, а ты с помощью эмоций выносишь их наружу.

Мне стало жутко. Я могла убить собственных друзей потому, что не могу контролировать эмоции. Теперь понятно, откуда была та радость.

— А могу ли я отдавать приказы?

Хильда ответила не сразу.

— В твоем случае, это не совсем приказы. Они не на желание опираются, а на эмоцию. Есть примеры?

— Я запретила Крису лезть в свои мысли, когда хотела скрыть от него кое-что.

— Желание было сильным?

Всепоглощающим.

— Очень.

Хильда почесала себе спину и села в кресло-качалку.

— Думаю теперь ты не хозяин и не «шестерка», ты что-то среднее. Ронда и Саймон привезли меня, чтобы я подробнее изучила вас, я изучу. Ответов станет больше, обещаю.

Мы отказались от странного вида чая, и втроем покинули дом гибрида. Руки все еще дрожали. Нас могут убить, я даже не представляла размах события. Если будет хоть намек, нас просто убьют. Нас посчитают угрозой правительству и убьют. Теперь стало ясно, почему Луизе не разрешили дожить последний час жизни. Мы угроза всему магическому устройству.

Перчик попрощалась и уехала. Меня она крепко прижала к себе, а Крису холодно кивнула. Мы сели в машину, но мотор Крис так и не завел.

— Я знаю, что ты хочешь расстаться.

Я нервно сглотнула.

— Как давно?

— Еще на верфи узнал.

Мои глаза стали застилать слезы.

— Почему не сказал ничего?

Мой хозяин крепко сжал зубы, а потом тихо и тяжело ответил.

— Эгоистично, но я хотел отсрочить этот момент. Хотел сделать вид, что все нормально. Прости, нужно было сказать.

Мое сердце сжалось. Я не могу его покинуть… не могу и все. Я умоляюще подняла на него глаза, но его лицо оставалось непроницаемым.

— Я знаю, что ты хочешь уйти не меньше, чем остаться. Знаю, что боишься за меня и за друзей, теперь я чувствую это. Прежде чем я дам повод послушай — он повернулся ко мне — Я никогда раньше не говорил, что люблю. До тебя мне было легче быть одному, я хочу, чтоб ты помнила это всегда.

Крис придвинулся ко мне и легко поцеловал в губы. Он едва коснулся, а у меня уже по спине пробежал холодок. Что за повод?

— Я нарочно не разрешил тебе использовать способности там на верфи.

Меня как будто засунули в пушку и выстрелили.

— Ты что?

Как это возможно?

— Ронда вернулась в Чикаго утром того дня. Она позвонила мне и рассказала об эмоциях. Сказала, что ждет нас, но я был на задании. А потом пришла ты, закрытая от меня посредством просьбы. Я испугался если честно. Когда мы были в лодке, я прочел в твоих мыслях, про разрыв. Даже разозлился, но решил, что другого шанса проверить у меня не будет. Я нарочно не разрешил тебе использовать способности и нарочно проигрывал схватку, я пытался напугать тебя. Прости меня — его голос дрогнул, и он посмотрел мне в глаза.

Как он мог?

— Ты подверг опасности всех, кто там находился — мой голос оставался совершенно спокойным, но пришла нечеловеческая всепоглощающая ярость.

В паре метров от машины упал почтовый ящик, а ветви ближайшего дерева опасно заскрипели. Плевать! Сейчас плевать!

— Я не знал, что будет так сильно — пробормотал Крис.

— Ты подверг опасности абсолютно всех. Я могла их убить. Я изводила себя, из-за маньяка насильника, а ты чуть не сделал из меня убийцу нескольких человек! — металл в голосе испугал даже меня саму.

Крис замолк, а потом вдруг резко притянул меня к себе.

— Убирайся! — крикнула я и попробовала оттолкнуть его локтем.

В душе разлилась боль, шипами она пронимала меня от кожи к внутренностям. Я была почти на грани истерики.

— Ронда ведь поэтому взъелась на тебя, да? — я кричала, кричала что есть мочи.

Крис лишь кивнул. Он поменялся в лице, от того кем он был для меня всего мгновения назад не осталось ничего. Он был пустым и снова закрытым, как, впрочем, и я. Гнев и ярость укрепляли мои стены сознания, как цемент укрепляет здания.

— Домой сегодня не жди — бросил он и вышел на улицу.

Я не пошла за ним, я бы никогда не смогла пойти. Он действительно дал повод.

Эпилог

Двое мужчин вышли из старенького синего фургона, и пошли к причалу. Под их ногами хлюпала кашица из мяса и железа.