Клятва ненависти - Лайла Джеймс

— Провокация — это то, с чем мы оба знакомы. — Взяв поводья одной рукой, я подтолкнула Рагну вперед, так что две лошади встали рядом друг с другом, идеально выровнявшись. Как две подходящие головоломки. — Идем?

Не говоря ни слова, Киллиан пустил Цербера в галоп. Рагна и я следовали за ним, пока я не толкнула свою кобылу, чтобы соответствовать скорости Цербера, так что Киллиан и я ехали бок о бок.

Деревья со свистом проносились мимо нас, наши лошади бежали вольно и неистово. Воздух холодил мою кожу, успокаивая. У меня не было подходящих слов, чтобы выразить ту свободу, которая пришла в этот момент.

На языке ощущался горько-сладкий вкус, и я наслаждалась им.

Мы ехали около двадцати минут, замок исчезал вдали, пока мы мчались к противоположной стороне острова. Уходим глубже в лес.

Первое, что привлекло мое внимание, был звук бегущей воды, прежде чем Киллиан остановился, а Рагна отступила назад, также остановившись. Рядом с Цербером.

Удивленная, я вытаращила глаза и окинула взглядом то, что передо мной — деревья и скалы… и небольшой бассейн с водой, блестевший в нескольких футах от нас. Водопад.

— Я не знала…

— Конечно, ты этого не знала.

Киллиан спешился, прежде чем помочь мне слезть с моей лошади. Мои ноги шатались подо мной, когда я хромала ближе к воде. 

— Зачем ты привел сюда?

— Тебе, должно быть, безумно скучно торчать в этом замке день и ночь, — мягко объяснил он.

— Это место волшебное.

— Безмятежное, да. Но «волшебный» — слишком натянутое слово для описания водопада, — протянул он.

— Это волшебно, когда я никогда раньше не видела ничего подобного, — сказала я.

Киллиан кружил вокруг Цербера, полез в мешочек, прикрепленный к боку лошади, и достал два красных яблока. Он покормил своего жеребца, а потом и мою кобылу.

Я смотрела, как он гладил Цербера, прежде чем мой взгляд вернулся к водопаду. Он манил меня, молча соблазняя меня.

И я позволила себе увлечься его красотой. Я украдкой взглянула на Киллиана и увидела, что его внимание сосредоточено на наших лошадях.

Я не знала, откуда взялась вновь обретенная уверенность. Или, может быть, я просто хотела проверить, как далеко я могу толкнуть Киллиана, пока он не сломается.

Меня это заинтриговало.

И это сделало меня смелой.

Звук бегущей воды эхом отдавался в ушах, и я медленно избавилась от одежды. Сначала ушла моя юбка, потом блузка, пока я не оказалась частично голой.

Дыхание Киллиана у меня за спиной сбилось. 

— Что ты делаешь? — прошипел он.

— Раздеваюсь. — Я сбросила нижнее белье, небрежно набросив трусики и лифчик поверх кучи одежды, так что я стояла голая перед мужем.

Я повернулась лицом к нему. Его тело напряглось, глаза скользнули по моей груди, а затем по стыку бедер.

— Зачем? — хрипло спросил он.

Мои соски сморщились от его внимания. 

— Потому что я хочу залезть в воду. Хочешь присоединиться ко мне?

— Джулианна, — предупредил он.

Мои губы скривились. 

— Ты ненавидишь меня, да?

Его кулаки сжались в молчаливом ответе. Напряжение между нами было ощутимым.

Приподняв бровь, я указала на него. 

— Ты жесткий.

— Черт возьми, — выругался он.

Я улыбнулась, прежде чем повернуться и войти в бассейн с водой. Было не слишком холодно и не слишком жарко. Просто идеальная температура. Я старалась оставаться на краю, где мои ноги все еще касались камней под водой.

Я держалась спиной к Киллиану, пока шла по успокаивающей воде. Через несколько секунд я услышала всплеск, а потом…

Пальцы обвились вокруг моих бедер, и он притянул меня к себе. Его мокрое обнаженное тело. Моя спина была прижата к его груди, его твердость впивалась в изгиб моей задницы.

— Ты так сводишь с ума, — прохрипел он мне в ухо. — Я не знаю, что с тобой делать.

— Чувство взаимно, — выдохнула я, когда его губы коснулись пульса в моем горле.

— Зачем ты это делаешь, Джулианна? — Острая боль в его голосе заставила меня остановиться, и моя улыбка исчезла.

Я позволила своей голове упасть на его плечи, прижимаясь к нему своим весом. 

— Я не хочу причинять тебе боль, Киллиан.

— Но это так.

— Тогда скажи мне, как это исправить.

— Ты ворвалась в мою жизнь, как ураган, и обещала мне вечность. Но ты навсегда украла это у нас, — обвинил он, и в конце его голос надломился.

— Скажи мне, как это исправить, — повторила я уже более настойчиво. Его тело было теплым рядом с моим в прохладной воде, и я не хотела портить этот момент. Я хотела, чтобы это длилось дольше. Последний раз, когда мы были так физически близки, была ночь бала-маскарада, и с тех пор я жаждала большей близости.

Его руки сжались на моих бедрах, и в его груди раздался звук, смесь разочарования и агонии. 

— Не заставляй меня снова влюбляться в тебя.

— Не могу этого обещать, — прошептала я. — Потому что, как бы я ни старалась, я не могу вырвать тебя из своего сердца. Ты так глубоко проник в мою кожу, что зарылся в уголок моей души, Киллиан.

Как будто мои слова лишили его самоконтроля, Киллиан тихо зарычал. Его рука обвилась вокруг моей талии, и он потащил меня глубже в воду. Я ахнула, прежде чем обмякнуть в его объятиях.

Доверие. Это было именно то, чего нам не хватало в нашем браке.

Поэтому я отдала ему хрупкую частичку своего сердца. Я снова ему доверилась.

Киллиан протащил нас под водопадом, я зашипела, но тут он прижался к камням. Я моргнула, позволяя каплям воды упасть с ресниц, прежде чем мое затуманенное зрение прояснилось. Когда я огляделась, пытаясь понять, что нас окружает, то поняла, что Киллиан затащил нас за водопад, хотя наши тела все еще были погружены в воду.

— Ты хитрая женщина, — хрипло сказал он. — Хорошая лгунья, симпатичный манипулятор и лживая жена. Поздравляю, миссис Спенсер. Ты должна выиграть Оскар. Какой это был безупречный поступок.

Я обвила руками его шею, и наши тела почти синхронизировались, отказываясь слушать свой мозг. Его руки обхватили мою задницу, приподняв меня, и я инстинктивно обхватила его бедра своими бедрами.

Наши тела столкнулись, грудь к груди. Бедра к бедрам. Мои тугие соски терлись о его грудь, и я проглотила свой отчаянный стон. Моя кожа покрылась мурашками, и я вздрогнула, когда кончик его эрекции коснулся моего отверстия. Его бедра дернулись вверх, потирая всю длину своего твердого тела о