Любовь сквозь границы - Люция Волкова

— Мама, что ты тут делаешь? — удивленно спросил Сулейман.

Женщина давно не приходила на фирму. Она делала это в очень редких случаях. Ей совершенно не нравилось здесь находиться.

— Поговорить пришла. Дома слишком много ушей, — ответила ему мать, усаживаясь на диван.

— О чем ты хотела поговорить?

— Обо всем, Сулейман. Обо всем, что происходит в нашем доме. Мы потихоньку идем ко дну.

— Я это вижу, поэтому принял одно решение.

— Какое?

— Я хочу передать свое место Орхану. Ему пора встать во главе клана.

— Мне кажется, что пока рано. Дай ему время.

— Время на что? — удивленно спросил Боран.

— Восстановиться. Кажется, ему тяжело дается разлука с Ипек. Он редко выходит из комнаты. А если даже выходит, то просто бродит по саду, как потерянная душа.

— И чья же в этом вина? — с упреком спросил Сулейман.

— Выбора не было. Орхан не должен быть с Ипек. Лучше им расстаться сейчас, чем когда чувства станут еще крепче. Он будущий Глава. Ему нужен крепкий союз. Тем более с такими братьями, как Серхат и Альп. Вопрос времени, когда они поубивают друг друга или тебя с Зилан.

— Они этого не сделают.

— Я бы не была в этом так уверена. Серхат спит и видит, как рушится твоя семья. Альп пытается доставить как можно больше проблем. Орхан сумасшедший. Что у него в голове никто не знает. Один Волкан более менее нормальный. И тот разгильдяй. Элиф вообще во врага влюбилась.

— Перестань так говорить о моих детях. Они вполне нормальные.

— Вполне нормальные? — рассмеялась Сибель. — Да они сумасшедший психопаты. Впрочем, как и их отец.

— Мама! — возмутился Сулейман.

— Разве я не права? Хотя это не твоя вина. Таково ваше проклятье. Родится Кылычами — это означает нести на себе это бремя. Ваш отец тоже не был нормальным. Далеко не пример для подражания. Если бы я не убила его, он бы еще долгое время терроризировал вас.

— Не напоминай об этом, — раздраженно сказал Боран.

— А что, тебе неприятно? — усмехнулась Сибель. — Это вполне нормально в нашей семье, — взгляд женщины стал грустным. — Я убила вашего отца. Сулейман убил Селин. Ваш дед убил свою жену. Прабабка убила своего мужа. Это проклятье Церен. Каждое поколение в семье Кылычей кто-то кого-то убивал. Череда несчастий. Ты один оказался умнее всех, Боран. Отказался от своей любви. Отпустил её, чтобы эта участь не постигла и вас.

Боран сжал кулаки и опустил взгляд. Мужчина не хотел вспоминать прошлое, которое камнем давило на сердце.

— Это в прошлом, — выдавил он из себя.

— Но прошлое не оставляет нас. История постоянно повторяется. Сейчас я беспокоюсь о своих внуках. Мы прожили свое, но им еще предстоит столкнуться с этим проклятием. Жить, не видя любимого человека и умереть, не видя его.

— Проклятье не затронет моих детей.

— С чего ты взял, Сулейман? Думаешь, оно волшебным образом обойдет их? Очнись. Твоя дочь влюбилась в Арду.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Они враги. Вопрос времени, когда один из них погубит другого. Знаешь, что странно. А ведь проклятье это настигло и самих Айдынов. Ты сам убил Селин. Вся эта поганая вражда притянула череду смертей.

— Ты просто хочешь скинуть с себя груз вины за смерть отца, — грубо произнес Боран.

— Это не так, — с болью в глазах произнесла Сибель. — Я любила вашего отца. Ничто не заставит меня перестать чувствовать вину. Ты прекрасно это знаешь. Не пытайся причинить мне боль, только потому что я напомнила тебе о твоей любви.

— Мама, перестань ворошить прошлое, — попросил Сулейман. — Каждый из нас пережил достаточно боли. Все мы потеряли дорогих нам людей. Впрочем, я потерял больше всех.

— Я все это понимаю. Но чья в этом вина? Никто из нас не виноват в том, что произошло сто лет назад.

— Но мы виноваты в том, что происходит сейчас, мама. Только мы можем изменить будущее наших детей.

— Будущее твоих детей предрешено, Сулейман. Что ты изменишь? Ты хотел, чтобы Альп рос в Дубае и жил подальше от вражды. Даже я была рада этому. Но что получилось? Судьба вернула его сюда. Из этого проклятого круга можно выйти только мертвым.

— Я знаю. Думаешь, я не беспокоюсь об этом? Я переживаю за своих детей. Я хочу, чтобы их будущее было не таким, как мое прошлое.

— Нужно помирить два клана, — сказала Сибель...как ни в чем не бывало.

Оба сына удивленно уставились на неё. Они будто смотрели на сумасшедшую.

— Ты видимо забыла, что произошло, когда Совет Старейшин предложил это? Хочешь, настроить клан против Главы? — усмехнулся Боран.

— Я не дура. Я понимаю, к чему приведет это решение. Но другой идеи у меня нет, — раздраженно произнесла Сибель. — Все эти смерти мучают меня. В жизни не поверила бы в это глупое проклятье, если бы не стала свидетелем всего этого.

— Я не помирюсь с этой семьей, мама, — твердо произнес Сулейман. — Не после того, что они сделали с Серхатом. А главное, что Селин даже не знала, что её ребенок жив. Она умерла, думая, что потеряла нашего сына. Я никогда не прощу им этого. Никогда.

— Ты уже отомстил им за это. Ты убил отца Селин, — напомнила ему Сибель.

— Но у меня еще есть счеты с Юсуфом. И я намерен расплатиться с ним сполна, — Сулейман сурово взглянул на брата, — Собери людей. Мы едем к Айдынам.

***

— Я не могу винить тебя за то, что ты пытался убить Кылычей, — сказал Юсуф.

Он смотрел на Серхата своим ледяным взглядом. Мужчина был зол, но старался не показывать этого.

— Но у меня много причин, винить вас, — твердо произнес Серхат.

— В чем же моя вина? — изогнув бровь, спросил Юсуф.

— Вы скрыли от меня правду.

— У меня не было выбора. Я пытался спасти тебя.

— Лучше бы вы мать мою спасли.

— Я это и сделал. Я спас Селин и отдал тебя Тарыку. Это