Мастер и марионетка - Бренди Элис Секер

Он кряхтит, вонзая кинжал в шею огромной горной кошки. После того как она падает в лужу собственной крови на снегу, Дессин продолжает сражаться, будто и не был ранен. Но кровь струится по его предплечью, капая на белый снег с каждым движением, каждым ударом. Это не замедляет его, пока другая горная кошка не впивается ему в плечо.

Я почти падаю на колени, когда он ревёт от боли.

И этого ужасного звука достаточно, чтобы отвлечь Дайшека. Он бросает взгляд в нашу сторону всего на мгновение — и этого хватает, чтобы трое хищников воспользовались его слабостью. Они всей своей массой обрушиваются на него, валят на землю неожиданным мощным ударом.

Нет! Это слишком. Дессин истекает кровью. Дайшек окружён, а его отвлекает запах крови его семьи, разливающийся в ледяном воздухе.

И вот один высокий серый медведь прорывается мимо Дессина, бросается к нам стремительным, сокрушающим всё на своём пути галопом, от которого дрожит земля. Это значит, что круг больше не защищает нас. Я выставляю вперёд нож, надеясь, что медведь напорется на него, сам себя зарежет, прежде чем успеет нас растерзать.

Моё имя вырывается из горла Дессина, пока его прижимают к земле, атакуя в снегу и лужах его крови.

Теперь я — наша единственная надежда.

Медведь разевает пасть, делает последний смертельный бросок, чтобы сожрать нас. Я кричу, закрываю глаза, поднимаю остриё ножа.

Раздаётся влажный хруст, затем дикое бульканье, а потом глухой удар, будто упал мешок с картошкой. Я открываю глаза, чувствую, как руки моих друзей вцепляются в мою талию, спину, руки, пока они жмутся ко мне сзади.

Я убила его! Я...

Но мой нож не в крови. Им даже не пользовались. Тело медведя лежит у моих ног, а его голова — рядом.

Я поднимаю взгляд, ожидая увидеть перед нами Дессина или Дайшека — тех, кто обезглавил зверя. Но нет, они всё ещё сражаются, их тела вдавлены в землю. А вокруг уже больше животных — двадцать, если не тридцать.

Вместо них я вижу незнакомца в чёрной маске, закрывающей всё лицо, с тёмными волосами до плеч, в плаще из гладких вороньих перьев и с хлыстом, который, кажется, сделан из цепей или крошечных лезвий. Оружием, что отсекает головы одним ударом.

Я смотрю на него с ужасом и благодарностью, учащённо дыша.

Но мужчина не стоит на месте. Он замахивается, бросает металлический хлыст в сторону Дессина, обвивает концом шеи трёх горных кошек и с резким хлюпающим звуком сносит их головы с плеч.

Человек с хлыстом не ждёт, пока Дессин поднимется. Он бросается к Дайшеку, взмывает в воздух, достигая большой группы зверей, которые продолжают наваливаться, и режет их шеи, будто масло. Кровавое шоу из летящих голов и брызжущих вен. Густой туман, багровая гроза над падающими телами. И мужчина не останавливается, размахивает хлыстом, будто его рука никогда не устанет, будто его тело создано для битв с тварями.

Убийства медленно прекращаются, когда Дайшек трясёт последнего медведя, как тряпичную куклу, вытряхивая из него хрустящие кости.

Мы с друзьями дрожим, обнимаем друг друга, моргаем в шоке, ожидая, когда Дессин заговорит с незнакомцем. С тем солдатом, который переломил ход битвы. Может, он из Штормоведов. Или кто-то из этих земель, кто присматривал за нами.

Тишину нарушают лишь резкие порывы ветра, бульканье окровавленных шей и наше учащённое дыхание. Дессин и человек в маске смотрят друг на друга через груду тел, ожидая, кто первый заговорит.

— Какого чёрта с тобой не так? — сквозь зубы говорит Дессин. — Я думал, ты мёртв.

Услышав это, мужчина снимает угольно-чёрную маску, бросает её в снег. Глубокие синие глаза. Спящие, мечтательные синие глаза. Щетина на подбородке и смуглая кожа. И тот взгляд, что я видела тысячу раз. Взгляд убийцы. Восторг от войны, насилия и хаоса. Он усмехается Дессину.

— Ты что, так плохо обо мне думаешь? Я только что спас твою задницу.

— Мы справлялись и без тебя.

Несмотря на суровое выражение лица, рот Дессина дрогнул в лёгкой улыбке. Сначала они пожимают руки, а затем обнимаются, по-мужски хлопая друг друга по спине.

— Ты пахнешь, как лошадиная задница, — морщится Дессин, отстраняясь.

Человек в маске громко смеётся.

— Не справился с парой кошечек, да? Видимо, психушка тебя размягчила.

Дессин фыркает.

— Видимо.

Его тёмные глаза скользят ко мне, затем обратно к незнакомцу.

— Это Скайленна, — он указывает на меня, — Чеккисс, Найлз и Рут.

Мужчина поворачивается к нам, изучая наши бледные лица, наши всё ещё открытые от ужаса рты. Он кивает в мою сторону.

— Скайленна, — он мурлыкает, и в его взгляде читается тайная забава. — Ты так же прекрасна, как он тебя описывал.

Я смотрю на Дессина за подтверждением, но он лишь бесстрастно смотрит на меня. Без тени стыда.

— Это Уорроуз. Мы тренировались вместе с детства.

Дессин кивает в сторону синеглазого мужчины, который сейчас не моргая смотрит на меня.

— Тебя тоже забрали? — спрашиваю я, сдерживая дрожь.

— Да. — Он переглядывается с Дессином. — Он вызволил меня, когда ему было восемнадцать. Я сбежал в эти горы, — он указывает рукой на Северный Сафринский Лес, — где жил с изгоями из города Люстр.

— Поэтому я и думал, что ты мёртв.

— Окажись я там на день раньше, ты бы нашёл совсем другие трупы.

В его глазах вспыхивает жестокая искра насилия.

— Но ты опередил меня. Ты искал меня там?

Они говорят о резне младенцев, женщин и детей в той деревне. Там, где нас нашёл Гарантиан. Интересно, почему он никогда не упоминал этого человека раньше.

— Разумеется, — отвечает Дессин.

— Ну, я последовал за тобой… — Взгляд Уорроуза скользит куда-то за моё плечо.

Рут дрожит, прижимаясь ко мне спиной от ледяного ветра. Я оглядываюсь на неё, обнимаю за плечи. Уорроуз продолжает смотреть.

— Давайте заведём их в пещеру. Пока малышка не отморозила себе пальцы.

Дессин кивает, давая нам знак переступить через груды тел и направиться к пещере впереди.

— Мы пробудем здесь пару дней, — сообщает Дессин, когда мы переступаем порог темноты, сложенной из камня и толстого льда.

— А что будет через пару дней? — спрашивает Рут.

— Через пару дней мы примем окончательное решение о наших дальнейших действиях. У нас будет план, как справиться с тем, что ждёт впереди.

Он ставит сумки на землю и откашливается.

— Мне нужно наверстать упущенное с Уорроузом. Согревайтесь, а мы соберём то, что можно приготовить.

Когда они уходят из пещеры, мы вчетвером садимся на холодный каменный пол, протягивая руки