Валлийская колдунья - Патриция Грассо

Кили вежливо улыбнулась и спросила:

– Горацио – ваш муж, миледи?

Моргана, Capa и Джейн залились смехом. Кили вспыхнула, хотя не понимала причины их веселья.

– Горацио – кабан, – объяснила леди Блэр. – Но я люблю его как сына.

– Понятно, – пролепетала Кили, решив, что все англичане – сумасшедшие. Большинство из них были либо порочны, либо эксцентричны, либо развратны.

– Когда вы должны родить? – спросила Кили леди Блэр.

– В апреле.

– А я в феврале, – вступила в разговор Тесси.

– А мой малыш появится на свет в августе, – промолвила Кили, бросив взгляд на леди Дон.

Все присутствующие дамы взглянули на нее с изумлением. Первой пришла в себя леди Дон. Вскочив со стула, она бросилась обнимать свою падчерицу.

– Я еще слишком молода, чтобы становиться бабушкой, – неожиданно со вздохом заявила она. – Что будет с Ладлоу, если он узнает, что женился на чьей-то бабушке?

Все рассмеялись, даже Моргана не сдержала улыбку.

– Я совершенно уверена, что произведу на свет мальчика, – пошутила леди Блэр, – потому что во время зачатия была наверху.

– Я ношу девочку, – заявила Кили, присоединяясь к шутливому разговору женщин. – Потому что была внизу.

– О Боже! В таком случае я, наверное, рожу щенка! – в притворном испуге воскликнула Тесси.

Дон, Блэр и Джейн залились смехом, а Кили, Моргана и Capa пришли в недоумение от этих слов.

– Не понимаю, – призналась Кили.

Леди Дон склонилась к ней и что-то прошептала на ухо. Зардевшись как маков цвет, Кили засмеялась.

– Объясните шутку мне и Саре, – попросила Моргана. – Мы тоже хотим понять ее смысл.

– Девушке неприлично слушать подобные непристойности, – забыв о существующей между ними вражде, заявила Кили.

– Как смеет незаконнорожденная разговаривать со мной в подобном высокомерном тоне?! – возмутилась Моргана. – Какая ты леди? Ты вообще-то уверена в том, что именно Деверо отец того ублюдка, которого ты носишь под сердцем?

Кили побледнела. Леди Дон открыла было рот, чтобы дать отпор Моргане и защитить Кили, но тут с порога прозвучал властный голос:

– Моргана Толбот, уймитесь.

Это была королева Елизавета. Увидев ее, все дамы вскочили со своих мест и присели в глубоком реверансе. Выпрямившись, они застыли в неловком молчании, дожидаясь, когда вошедшая в гостиную королева разрешит им сесть.

– Не распускайте грязных сплетен и не возводите клевету на наследника Деверо, – сказала Елизавета, не сводя глаз с Морганы. – Немедленно принесите свои извинения.

– В этом вовсе нет никакой необходимости, – негромко промолвила Кили.

Королева перевела на нее взгляд и резко заявила:

– Нет, есть.

Сделав над собой усилие, Моргана повернулась к Кили и холодно сказала:

– Я прошу у вас прощения.

Не зная, что ответить, Кили просто кивнула. Все присутствующие, включая королеву, понимали, что извинения Морганы неискренни.

– Я не желаю видеть в своей гостиной препирающихся сучек, – заявила Елизавета. – Убирайтесь все вон!

Дамы встали и поспешили к выходу.

– А вы, леди Деверо, останьтесь, – внезапно сказала королева.

Все дамы несказанно удивились, и больше всех сама Кили.

– Присядьте, – промолвила Елизавета, когда они остались одни в гостиной. – Я хочу поближе познакомиться с женой моего дорогого Мидаса.

Кили села и, сложив руки на коленях, стала от волнения покусывать нижнюю губу. Никогда, даже в самых смелых фантазиях, она не могла представить себе, что будет сидеть рядом с королевой Англии.

– Расскажите о призраке в моей галерее, леди Деверо, – попросила Елизавета.

– Вы можете называть меня просто Кили, ваше величество.

– Хорошо, – сухо сказала королева. – А теперь я слушаю вас.

– Вы поверили мне, ваше величество? – спросила Кили.

– А разве вы солгали?

Кили испуганно замотала головой:

– Нет, но мой муж…

– Плевать мне на Деверо, – прервала ее Елизавета. – Мужчины – дураки, они думают не головой, а тем, что у них между ног.

Кили не знала, куда деваться от смущения. Она не ожидала услышать подобные слова от королевы. Впрочем, у нее не было никакого опыта общения с царственными особами.

– Итак, что вы можете рассказать о призраке в моей галерее? – спросила Елизавета.

– Здесь когда-нибудь жила женщина по имени Кэт Говард? – задала вопрос Кили.

– Кэт Говард? – удивилась королева. Кили кивнула.

– Вы ее знали, ваше величество?

– Она была пятой женой моего отца, – с отсутствующим видом ответила Елизавета, устремив рассеянный взор перед собой в пространство. Она вспомнила рассказы, которые слышала в детстве.

Кэт Говард, которую арестовали в Большой галерее, крича как сумасшедшая, пыталась вырваться из рук стражи и добраться до короля, находившегося в королевской часовне. Красавица Кэт Говард погибла в расцвете молодости. «Как и моя мать», – подумала Елизавета.

– Неприятные воспоминания? – шепотом спросила Кили. Взглянув на нее, Елизавета сменила тему разговора.

– Итак, Кили, вы готовы подарить Деверо наследника и тем самым послать мужа на верную смерть в Ирландию? – спросила она.

– Нет, у меня родится дочь, – ответила Кили.

– Как вы можете быть в этом уверены?

– Мне об этом сказала моя мать.

– Графиня Чеширская? – недоверчиво спросила Елизавета. – Но она в подобных вещах ничего не понимает.

Кили улыбнулась:

– Я имею в виду мою настоящую мать.

Королева прищурила серые проницательные глаза.

– Но я полагала, что ваша мать умерла, – заметила она.

Кили закусила губу.

– Меган говорила со мной во сне, – солгала она.

– Вы верите в подобные предрассудки? – спросила Елизавета.

– Да, – осторожно ответила Кили. – Верю, если вы верите в них.

Елизавета разразилась смехом.

– Вы унаследовали остроумие вашего отца.

Вздохнув с облегчением, Кили нервно улыбнулась. Она с тревогой думала о том, как долго ей еще придется сидеть с королевой. Каждая минута казалась ей часом. Кили хотелось поскорее вернуться к себе.

– Скажите, почему вы чувствуете себя здесь несчастной? – спросила Елизавета.