Ловушка для жены - Трейси Энн Уоррен

– В таком случае позвольте заметить, что она прекрасно обойдется без вас. А вам и здесь хорошо. Сейчас не сезон для путешествий. Если хотите, мы можем запланировать поездку на весну.

Судя по тону Даррага, такая поездка вполне могла вообще не состояться.

– Я не желаю ждать весны, я хочу ехать немедленно, – заявила Джанет.

Желваки заходили на скулах Даррага.

– Вы никуда не поедете, и вам лучше примириться с этим фактом.

– Я ненавижу вас!

– Сегодня ночью вы говорили мне другие слова.

Джанет на мгновение онемела, не веря своим ушам. Как он посмел использовать против нее признание в любви, которое сам же силой вырвал у нее?!

– Вон отсюда! Убирайтесь из моей комнаты и заберите эту проклятую побрякушку! – крикнула Джанет и в ярости швырнула в мужа золотой медальон.

Дарраг поймал его в воздухе и сжал в кулаке. По его лицу пробежала тень.

– Если вам не нужен мой подарок, так и скажите.

– Он мне не нужен! – Джанет подумала с горечью: «Как и ты сам».

И хотя она не произнесла последних слов вслух, Дарраг прочитал ее мысли. Между супругами снова образовалась непреодолимая пропасть.

– Как вам будет угодно, – промолвил Дарраг.

– Я хочу только одного – вернуться домой, – сказала Джанет.

Дарраг бросил на жену мрачный взгляд.

– Вы и так находитесь дома. Замок Кэйлин-Мур – ваш дом, и я советую вам зарубить это себе на носу. В тот день, когда вы стали носить мое имя, вы превратились в ирландку. Теперь вы – неотъемлемая часть этой страны.

Джанет хотела возразить мужу, но промолчала, пораженная его ледяным взглядом. Синие глаза Даррага были похожи на застывшее ледяное озеро. Она впервые видела мужа в таком состоянии.

– Я надеялся, что сегодня утром мы выясним наконец отношения и помиримся. Но этого, к сожалению, не произошло. Поэтому я ухожу и желаю вам приятно провести день, леди Малхолленд. Увидимся позже.

Подойдя к двери, выходящей на лестничную площадку, с которой можно было подняться на третий ярус башни, в его спальню, он порылся в кармане сюртука и достал ключ. Заметив изумление в глазах жены, Дарраг усмехнулся.

– Да, у меня есть запасной ключ, – сказал он. – И я мог бы в любую минуту воспользоваться им, если бы захотел. И если я когда-нибудь в будущем так и сделаю, то прошу вас не пытаться помешать мне войти в вашу спальню. Надеюсь, сегодня ночью я доказал вам, что всякое сопротивление бесполезно. Впрочем, если понадобится, я могу доказать это снова.

С этими словами Дарраг вышел из спальни Джанет на тускло освещенную лестничную площадку и громко хлопнул дверью.

Джанет бросилась на кровать и разрыдалась.

Дарраг стремительно взбежал по лестнице на третий ярус башни, где располагались его апартаменты. Его душила ярость. Так, значит, Джанет решила уехать домой! Эта мысль не выходила у него из головы. По всей видимости, то, что произошло между ними сегодня ночью, не имело для Джанет никакого значения. Признание в любви, которое Дарраг вырвал ужены, оказалось пустыми словами. Джанет хотела бросить его. Ворвавшись в свою спальню, Дарраг захлопнул за собой дверь.

Может быть, ему следовало отпустить ее, если она так сильно жаждала вернуться в Англию? Пусть съездит домой и погостит у своей сестры, которая должна была вот-вот родить. Но что, если Джанет решит навсегда остаться на родине? Что, если, окунувшись в светскую жизнь, она не захочет возвращаться к мужу в ирландскую глушь?

Именно эти опасения были причиной того, что Дарраг запретил жене ехать домой. Он боялся потерять Джанет навсегда. Дарраг, конечно же, мог отправиться вместе с ней в Англию. Поездка на родину была бы огромной радостью для Джанет. Но Дарраг не хотел бы постоянно жить в Англии, а его жена могла отказаться вернуться в Ирландию.

Тяжело вздохнув, он подбросил в горящий камин несколько торфяных брикетов и опустился в глубокое кресло.

За эти годы он полюбил путешествовать по свету, его влекли новые места, новые знакомства и приключения. Но Дарраг знал, что, как бы ни были красивы города, которые он посещал, рано или поздно он все равно вернется в Ирландию. Только здесь, на земле, где он родился, в краю бескрайних полей, тишины и зеленых холмов, он чувствовал себя по-настоящему счастливым, полной грудью вдыхая чистый прохладный воздух. Он не смог бы жить вдали от родины. А между тем Дарраг подозревал, что Джанет решила навсегда покинуть эти края и перебраться в Англию.

Но даже если бы это было не так и Джанет собиралась всего лишь навестить родных, Дарраг сейчас не смог бы позволить себе сопровождать ее. Он и без того слишком долго был в отъезде. В хозяйстве его большого поместья накопилось множество дел и нерешенных проблем, с которыми не справлялись юные сестры Даррага.

Мойра и Шивон пришли бы в отчаяние, если бы старший брат решил снова уехать. Даррага мучила совесть. Он все еще чувствовал свою вину за то, что в течение нескольких месяцев оставлял замок без присмотра, путешествуя по миру. Младшие сестры тяжело переживали смерть родителей и не оправились после тяжелой утраты. Им были необходимы поддержка и наставление.

Дарраг надеялся, что Джанет освоится в замке и привыкнет к новой жизни. Быть может, она со временем полюбит эти края. Если бы Джанет была настроена сохранить их брак, она в дальнейшем, возможно, простила бы мужу все обиды и привязалась бы к нему, действительно проникнувшись теми чувствами, в которых сегодня ночью вынуждена была признаться под его давлением.

Дарраг нахмурился. У него больно сжималось сердце при мысли о том, что Джанет не желала простить ему невинный обман. Неужели она не понимает, что его ложь была во благо им обоим? Что они сблизились за то время, которое провели в тихом безлюдном месте, вдали от суеты? Конечно, с его стороны было нехорошо лгать жене, но Дарраг не раскаивается в том, что поступил подобным образом. Не сожалеет он и о том, что не отпустил Джанет в Англию.

В конце концов Джанет его жена. Ее дом находится здесь, в замке Кэйлин-Мур. Может быть, весной он действительно совершит вместе с ней путешествие в Англию, чтобы навестить ее семью. А пока Джанет должна примириться с его решением.

Прошло несколько недель. За это время Джанет убедилась в том, что не только она умеет дуться и игнорировать человека, который обидел ее. У Даррага это получалось не хуже, чем у нее.

В присутствии родных Дарраг был с ней обходителен и заботлив, делая вид, что ценит жену и ловит каждое ее слово. Но когда супруги оставались наедине, он старался держаться от Джанет на расстоянии и вел себя так, словно был на нее обижен. Хотя Джанет считала, что во всем виноват только он один.

Такое обращение с женой не мешало ему приходить к ней в спальню под покровом ночи. Каждый раз Дарраг не спеша, смакуя каждую ласку, доводил Джанет до экстаза, заставляя ее корчиться и извиваться от сладкой муки и умолять его утолить страсть, которую он своими искусными действиями разжигал в ней.