Новая любовь Розамунды - Бертрис Смолл

— А как поживает госпожа Мег, став королевой? — поинтересовалась Мейбл.

— Когда я приехала к ней на Рождество, она ждала ребенка, а в апреле родила чудесного мальчика. Это крепкий и здоровый младенец, Мейбл, и королева Шотландии наконец-то может считать себя счастливой женщиной, — с гордостью заметила Розамунда. — Мне пришлось обмануть ее, когда я собралась с Патриком в Сан-Лоренцо, но она простила меня. Вот почему мне пришлось прислать сюда Тома, чтобы он позаботился о Фрайарсгейте в мое отсутствие. Он уже говорил вам, что покупает у дяди Генри его Оттерли?

— Да, — вступил в разговор дядя Эдмунд. — Судьбе моего сводного брата не позавидуешь. Даже мне стало его жалко. Его вторая жена оказалась настоящей мерзавкой. Я и представить себе не мог, что Генри Болтон способен так низко пасть, и тем не менее это случилось. Том будет следить за тем, чтобы он был сыт, ухожен и чтобы у него была крыша над головой до самой смерти. Деньги, которые он выплатит за Оттерли, будут положены на хранение ювелиру в Карлайле. Генри не сможет до них добраться. Когда же он оправится от пережитого и его сочтут дееспособным, он составит завещание. Розамунда, ты увидишь Генри и не узнаешь — от него осталась лишь бледная тень.

— Это от дяди Генри? Да ведь он всегда был толстяком и обжорой! И кто бы мог подумать! — с горечью произнесла Розамунда.

— От его румяной физиономии осталось лишь воспоминание. Сейчас он больше похож на отшельника, — добавила Мейбл. — Но стоит заглянуть ему в глаза — и кровь стынет в жилах. В них тоска и безнадега. Однако думаю, что даже свалившиеся на него несчастья не изменили его характер. Он по-прежнему опасен.

— Жена, имей же снисхождение! — возмутился Эдмунд.

— Тощий он или толстый, а как был негодяем, так им и остался! — решительно заявила Мейбл. — И у меня станет гораздо спокойнее на душе, когда лорд Том вернется и возьмет Оттерли в свои руки. Он говорит, что потом это имение достанется Бэнон.

— Знаю, — сказала Розамунда.

— Значит, миссия лорда Лесли закончилась неудачей, — негромко проговорил отец Мата.

— Да, — вздохнув, ответил Патрик. — Нам пришлось остаться в Сан-Лоренцо до конца зимы, чтобы ни у кого не возникло сомнений, что мы действительно пара любовников, искавших временного уединения и свободы. Только первого апреля мы отправились в обратный путь. Но и тогда мы сделали остановку в Париже, чтобы заверить короля Людовика Двенадцатого в том, что король Яков остается верен данному слову.

— Это большое несчастье, что вам не удалось добиться поставленной цели. Мир был бы намного лучше, если бы в нем не было всего того, что нам всем предстоит пережить, — сказал священник.

— Тебе известно, что Логан Хепберн недавно женился? — спросила Мейбл, обращаясь к Розамунде.

— Да, известно, — ответила она. — Я была на его свадьбе с госпожой Джинни, а вчера мы ночевали в Клевенз-Карне.

— Я все еще не могу понять, почему ты от него отказалась, — начал было Эдмунд, но племянница на него взглянула так, что он предпочел умолкнуть.

— Где расположен Гленкирк? — вежливо поинтересовался отец Мата у Патрика, желая увести разговор от щекотливой темы.

— Высоко в горах, на северо-востоке страны. Я давно овдовел. У меня взрослый сын и внуки, — ответил граф, намеренно сообщив все те сведения, которые наверняка будут интересны близким Розамунды.

— Патрик останется погостить у меня какое-то время, — вставила Розамунда.

— Они любовники, — говорила позднее Мейбл, оставшись наедине со своим мужем Эдмундом. — Подумать только! Моя милая девочка стала вести себя как настоящая распутница!

— Оставь ее в покое, Мейбл, — оборвал жену Эдмунд. — Она впервые в жизни влюбилась по-настоящему и вполне довольна тем, что имеет. Разве ты сама не видишь? Неужели Розамунда не заслужила хотя бы немного счастья? Ты воспитывала ее с колыбели. Кому, как не тебе, знать, через что ей пришлось пройти. Розамунда всегда исполняла свой долг перед Фрайарсгейтом. И имеет право насладиться собственным счастьем. Она уже не ребенок.

— Ей следует снова выйти замуж, — упрямо твердила свое Мейбл.

— Может, когда-нибудь она и соберется замуж, а может, и нет, — резонно заметил Эдмунд.

— Но ведь ты сам считал, что Логан Хепберн был бы для Розамунды подходящей партией! — не унималась Мейбл.

— Это ведь я считал, а не Розамунда! — продолжал отбиваться от жены Эдмунд.

— Но Логан ее любит! — настаивала на своем Мейбл.

— Но он сделал большую ошибку, не потрудившись уверить ее в том, что любит ее ради нее самой. Ему следовало меньше болтать о том, как он ждет не дождется целого выводка наследников. Как ты думаешь, Мейбл, Розамунде приятно было считать, что за ней ухаживают только потому, что она доказала свою плодовитость? И мне по душе этот ее граф Гленкирк, которого она привезла с собой.

— Да он ей в отцы годится! — возмущенно воскликнула Мейбл.

— Что-то мне подсказывает, что он питает отнюдь не отцовские чувства к моей племяннице! — многозначительно ухмыльнулся Эдмунд и тут же получил увесистую оплеуху от супруги.

— Он и не подумает на ней жениться! Ему не нужна жена! — продолжала, впав в праведный гнев, Мейбл.

— Точно так же, как Розамунде не нужен муж, — отважно стоял на своем Эдмунд.

— Хоть бы дочерей постеснялась! Притащила любовника к себе в дом среди бела дня! — возмущалась Мейбл.

— Я уверен, что они не станут обниматься у всех на виду, — пытался защитить влюбленных Эдмунд.

— Бэнон и Бесси еще маленькие и ничего не поймут, но Филиппе уже восемь, и у нее острый глаз! — вскричала Мейбл.

— Вот и напомни об этом Розамунде, — предложил Эдмунд.

— Еще как напомню! — многообещающе произнесла Мейбл. — Она отвела ему комнату рядом со своей, и между этими комнатами есть дверь! А если дети войдут к ней в комнату и застанут в постели у матери этого графа?

Эдмунд добродушно ухмыльнулся, но Мейбл было не до шуток.

— Ты ведь не успокоишься, старуха, пока не выложишь все как есть. Лучше ступай и скажи Розамунде что думаешь.

Наградив мужа испепеляющим взглядом, Мейбл помчалась искать Розамунду. Громко топая, она поднялась по лестнице на второй этаж. Оказавшись перед спальней хозяйки, она толкнула дверь не постучав и стремительно вошла. Розамунда была в комнате одна. Услышав за спиной шум, она невольно вздрогнула и резко обернулась.

— Ох, Мейбл, как же хорошо снова оказаться дома! — с улыбкой произнесла она, увидев няньку. Повнимательнее вглядевшись ей в лицо, Розамунда вдруг посерьезнела и спросила: — Что случилось? Что не дает тебе покоя?

— Этому типу здесь не место! — в запальчивости выкрикнула Мейбл. — Подумай о своих невинных дочерях! Привести в дом любовника, открыто показать всем свое распутство — это же слишком! О чем ты думаешь, дитя? Или тебе уже совсем наплевать на своих дочек?