Секрет ее счастья - Клаудиа Дэйн

Немного погодя вошел Блейксли. Он прекрасно выглядел в хорошо скроенных панталонах и отлично сшитом синем пальто из тончайшей шерсти. Женитьба, похоже, пошла ему на пользу.

И он принес подарок. Можно ли быть более любезным?

София тепло поприветствовала его, как всегда делала, когда мужчины приходили с подарком, но в этом случае она в самом деле была рада видеть его. Он выглядел великолепно и удовлетворенно, как никогда. Прекрасно, когда семейная жизнь оказывает столь положительное влияние.

— Лорд Генри, — сказала София, одобрительно глядя на него, — как поразительно вы выглядите. Это новое пальто? Оно безупречно идет вам. Вы нашли нового портного?

— Вообще-то так и есть, — сказал Блейкс. — Луиза настояла.

— У нее отличный вкус, — скромно улыбнулась София. — Все мужчины без исключения выглядят гораздо лучше, когда у них есть женщина, для которой они это делают. Женатые мужчины в любой ситуации одеты лучше, чем холостяки.

— Удивительно, как мы вообще умудряемся жениться с таким неопрятным естественным видом.

— О, женщины видят гораздо дальше грязных манжет, лорд Генри, — сказала София, сев на диван рядом с камином. — Они видят, что может получиться, если приложить определенные усилия и мастерство.

— Вы совершенно правы, — сказал Блейкс, глядя на нее, по обыкновению, цинично.

Ей так легко было говорить с Блейксли — он никогда не упускал сути.

— И это причина моего визита. Вы, леди Далби, очень мудрая женщина по части правильного направления усилий и мастерства, требуемых для любой известной мне ситуации. Я знаю, что как-то, каким-то образом вы напрямую ответственны за… Ну, за Луизу.

У бедняжки был такой страдальческий вид, эмоции захлестывали его сильнее, чем он ожидал. София хорошо это понимала. Вряд ли стоило распускать эмоции направо и налево. Это могло привести к бедственным и непредсказуемым последствиям, которых стоило бы избегать любой ценой.

— Лорд Генри, — сказала она, наклоняясь вперед, — вы несправедливы к себе, пытаясь приписать мне такую честь. Клянусь вам, я ничего не сделала.

— Вы кое-что сделали, — сказал он, взяв себя в руки. — Луиза не скажет мне, разумеется. Однако я знаю, что она приходила к вам за советом по поводу жемчуга Мелверли, больше она мне ничего не говорит.

— А что стало с этими жемчугами, лорд Генри? До меня дошел слух, что вы выиграли какое-то пари с лордом Даттоном и что он заплатил вам жемчугом. Луиза снова носит свои восхитительные жемчуга?

— Полагаю, леди Далби, — сказал Блейкс, глядя на нее с нескрываемым интересом, — что вы гораздо более осведомлены, чем хотите показать. Но, если вам нужен, ответ, Луиза полностью потеряла к ним интерес и предпочла подарить жемчуга своей сестре Элинор.

— Как это благородно с ее стороны, — сказала София. — Не так много женщин, а точнее, мне не приходит на ум сейчас ни одна, которые могли бы отказаться от такого сокровища. Она определенно обрела что-то более ценное, чем просто жемчуга.

Лорд Генри искренне улыбнулся и склонил голову. Это было чрезвычайно очаровательно. Она и думать не могла о большем удовольствии.

— Что снова возвращает меня к причине моего визита, — сказал он. — Я хотел поблагодарить вас, сделали вы что-то или нет, зная, что у вас больше нет настоящего китайского фарфора, и услышав, — здесь он иронично улыбнулся, — что вы полностью переделываете свою гостиную на новый лад, я принес вам этот подарок.

Тут он развернул грубый шерстяной сверток, который стоял у его колена, чтобы открыть в нем еще один узел из свежего полосатого льна, развязав который он представил взору Софии изысканнейшую фарфоровую вазу. Лорд Генри подал эту вазу ей, и она взяла ее так нежно, будто это был младенец. Ваза была шестиугольная с цветочным узором, вырезанным на ее гранях, чистейшего изумрудного цвета весенней листвы.

— Вы же любите китайский фарфор, я надеюсь?

— Очень, — тихо сказала она.

— Эта ваза — из королевского дома императора Квианлонга. Я подумал, вы сможете найти для нее подходящее местечко.

И первый раз в своей жизни в Лондоне, которая началась так много лет назад, София произнесла слова, которые никогда больше и не подумала бы произносить:

— Она слишком прекрасна. Я ничего не сделала, чтобы заслужить такой подарок, лорд Генри.

— Луиза моя, — сказал он. — Без вас ее не было бы у меня, и не важно, что вы будете сейчас отпираться. Примите вазу, София, — тихо сказал он. — Мне нужно кого-то поблагодарить, или я сойду с ума.

— А Луиза знает о таком подарке? — спросила София, глядя на него и начиная улыбаться.

— Она хотела подарить вам жемчуг Мелверли. Я убедил ее, что, по воле ее бабушки, он должен остаться в семье. Да, она знает о подарке, — сказал Блейксли, тоже заулыбавшись. — Она нисколько не будет возражать, если вы переименуете Белую гостиную в комнату Блейксли.

— Я обдумаю это, — сказала София, смеясь с неподдельным удовольствием.

На этой счастливой ноте София пожелала лорду Генри хорошего дня и проследовала в Желтую гостиную поприветствовать леди Джордан.

День не переставал удивлять. Когда жизнь в Лондоне затихала, горожане восставали и пытались найти себе развлечение. Как замечательно, что в такие моменты их так и тянуло к Далби-Хаусу.

Леди Джордан беспокойно сидела на желтом шелковом диване. Она чувствовала себя не в своей тарелке. При этом, кажется, она была трезва. Поразительно.

— Как приятно видеть вас, леди Джордан, — сказала София, приказывая Фредди принести еще шоколада. Вы отлично выглядите даже в такой ненастный день. Как вам это удается? Я спряталась дома, мне не хватает храбрости высунуть нос на улицу.

Это была достаточно приятная ложь и совершенно безобидная.

— Спасибо, что приняли меня, леди Далби, — несколько чопорно ответила Мэри. — Я была рада снова увидеться с мистером Греем, хотя он, полагаю, за городом сейчас?

— Да, он уехал в Далби-Хаус с мальчиками, хотя, наверное, хватит мне уже называть их мальчиками, они ведь совсем мужчины, но им иногда хочется за город, можете себе представить. Визиты в город, которым я так рада, для них всегда определенное усилие. Я надеюсь, Кэро удастся провести с ними побольше времени, пока они не уехали.

— Да, разумеется, — обходительно ответила леди Джордан, явно не зная, как перейти от этой учтивой беседы к цели своего визита.

— А как поживает леди Элинор теперь, когда ее сестра замужем? Она сама не мечтает еще о замужестве? — сказала София, вежливо улыбаясь.

Мэри встрепенулась и нахмурила брови.

— Ей только шестнадцать, леди Далби. Слишком рано для подобных планов.

— Я бы сказала, у всех свои наклонности, вы так не считаете, леди Джордан?

— Наклонности леди Элинор совершенно соответствуют ее нежному возрасту.