Полюби, если сможешь... - Таис Февраль

аромат, что мгновенно она почувствовала что очень голодна.Алейна приступила к трапезе.  Всё хорошо, но только не хватало собеседника для полноты удовольствия. Ей хотелось общения. Общения с Фридериком, её тянуло к нему. Она вспомнила о нём с теплотой. Он отличался от всех мужчин, с которыми ей приходилось общаться за всё время её жизни. Он ни на кого не был похож. Его открытый влюблённый взгляд волновал её сердце, он обволакивал её словно коконом, в котором было приятно и спокойно. Красивый, уверенный, выдержаный, спокойный, надёжный мужчина сумел растопить её сердце и зажечь искры любви, которые разгорались с каждой минутой, заполняя её всю. Даже к Вадику она не испытывала таких чувств, она любила его, но по - другому. А сейчас ей хотелось быть рядом с Фридериком постоянно, чтобы ощущать его тепло и заботу. Малыш спокойно спал, значит Фридерика поблизости не было. Она волновалась по какому поводу его и Расела вызвали король с королевой. Но тут же волна спокойствия пробежала по телу, словно кто-то посылал специально. Она не сомневалась в том, что это Мариетта успокаивает её. 

Алейна вкусно перекусила, удобно устроилась на диване и решила взять в руки артефакт желания. Она уже два дня не заглядывала в него. Алейна внезапно заколебалась. Там оставалось всего два желания и если она сейчас его откроет, то останется только ОДНО! Очень велик был соблазн открыть коробочку, но она переборола его. 

- Я должна потерпеть, - сказала сама себе. - Я посмотрю на Василису завтра. 

Она взяла в руки заветную коробочку и прижала её к груди. Тут же вспомнила о Ратиборе. Он сейчас был почти рядом в каких-то покоях. Ратибор был в этом дворце, но встречи с ним, вероятно, не будет и ей стало обидно. Как жаль, что пока нельзя появляться открыто в общей гостиной! Во всяком случае так объяснила Мариетта.

- Это всё в целях твоей безопасности, - уговаривала она меня.

А встреча в её покоях может происходить только после признания Ратибора женихом. Им не удалось нормально поговорить в поселении, а в космолёте лишь перекидывались взглядами. Она вспомнила с какой бешеной энергетикой, теплотой и аурой любови он смотрел на неё и у Алейны часто забилось сердце. Её сердце тоже тянулось к нему. Алейна в этот момент не понимала себя.

- Неужели я влюбилась в двух мужчин одновременно? Но как это возможно?, - недоумевала она. 

Вспоминая Фридерика и Ратибора её сердце радостно стучало, готовясь выпрыгнуть из груди. 

- Если встреча возможна, то Мариетта приведёт ко мне Ратибора, - подумала она.

- Господи! Как же я хочу его увидеть!, - трепетно произнесла вслух Алейна в надежде, что Мариетта услышит её. 

Мариетта услышала слова Алейны, но пока не стала ей отвечать. Они с Витольдом ещё не решили как поступят с Ратибором. Но то что его не обидят, так это точно! 

Неожиданно её мысли вернулись к странному сну. Она не понимала что происходит, складывалось впечатление, что кто-то магически воздействует на неё. Её мысли перескакивали с одного на другое. Ей стало очень интересно. Хотелось узнать это был просто сон или этот мужчина действительно существует и нуждается в её помощи. Алейна открыла дверь и вышла в коридор, внимательно осмотрелась. Нигде никого не было видно, никаких звуков или шевеления. Она двинулась в том направлении в каком бежала во сне. Дошла до нужной двери и остановилась. Ей было немного страшно. Затаив дыхание, она простояла несколько минут, прежде чем открыть дверь. Стояла гробовая тишина... 

Алейна взялась за ручку двери и тихонько стала открывать её. Дверь была не заперта. В первое мгновение ей показалось, что комната пустая и на кровати никто не лежит. Яркий луч света ослепил её.

- Неужели он уже умер?, - подумала она с сожалением. 

Алейна задрожала от страха, но хорошо присмотрелась и заметила на кровати лежащего мужчину. Она на цыпочках подошла к нему, посмотрела на его лицо и узнала  в нём того мужчину из сна. Это он приснился ей во сне! Значит ему действительно нужна её помощь.

- Но чем она может ему помочь?, - недоумевала Алейна. 

Никакой сиделки рядом с ним не было. Он всё также спал, едва дыша, был очень бледным и почти безжизненным. Складывалось такое впечатление, что его жизнь висит сейчас на волоске и ещё немного и его не станет. У Алейны сжалось сердце от сострадания. Ей было больно смотреть на этого молодого, темноволосого, красивого мужчину, которого покидали силы. Она присела к нему на кровать, взяла его холодную руку в свои ладони, согревая её теплом и прошептала:

- Я не знаю кто ты и почему здесь лежишь один, но я не дам тебе умереть.

Она наклонилась к нему, поправила разметавшиеся волосы на подушке и прикоснулась своими губами его губ. Он тяжело вздохнул, но не открыл глаза. 

- Не смей умирать, слышишь? Умоляю - живи! Ты молодой, борись за жизнь! Я тебе помогу. 

Она нежно погладила его бледное лицо и оно через мгновение стало принимать естественный цвет. Провела большим пальцем по его пересохшим белым губам и они через мгновение стали  розоветь и принимать естественный цвет. 

Мужчина стал дышать чаще, словно возвращаясь к жизни. Алейна снова прикоснулась губами его губ. Она почувствовала, что этот невинный поцелуй возвращает его к жизни лучше всякой магии. Алейна медленно провела руками вдоль его тела от головы до ног, как бы случайно касаясь самого интимного места и почувствовала под ладонью толчок. От неожиданности она отдёрнула руку, но затем радостно улыбнулась. 

- Всё нормально! Он будет жить. Важный орган сигнализировал об этом. 

Неожиданно она услышала какой-то приближающийся шум и не раздумывая, быстро выскочила из комнаты. Никого не встретив в коридоре, забежала в свои покои. Её сердце бешено билось, удары отдавались в шее. Она не знала, кого хотела оживить и спасти. А теперь переживала что ей за это будет. Но в глубине души надеялась на то, что всё обойдётся. 

В это время Мариетта с Витольдом обсуждали видение. Витольд вспомнил, что двадцать лет назад их сын звал женщину по имени Лена. Он почти месяц кричал:

- Лена, я тебя жду... Лена, помоги!... Ленаааа....

- Мариетта, я ничего не понимаю. Нашу будущую невестку зовут Алейна, не Лена. Это же разные имена? Наш сын звал Лену, - растеряно произнёс Витольд. 

- Витольд, я тоже над этим думаю. Мне нужно поговорить с Алейной и после