Там, где нас нет - Альвин Де Лорени

Дверь отворилась и на пороге с зажжённой лампой в руках стоял худощавый омега с тёмными волосами до плеч с нитями седины и со следами былой красоты на лице.

— Извините нас, — от долгого молчания мой голос охрип, — мы, я и мой слуга, путники (заблудившиеся на дороге жизни, ага) только что пришли в город… Вы не могли бы нас пустить на одну ночь, — сказал я, вкладывая в голос гипнотическое усиление и транслируя дружелюбие.

— Кто там, Хени? — откуда-то из глубины дома послышался вопрос ещё одного омеги.

— Это знатный оме со слугой и у них ребёнок, Дибо. Они просятся переночевать, — крикнул в ответ Хени, подняв лампу выше и освещая меня в наступившей темноте и заметив подвес с Веником.

— Так что же ты ждёшь? Пускай немедленно, — послышался мелодичный голос подходящего Дибо.

— Проходите, оме, прошу вас, — посторòнился Хени, пропуская нас в прихожую, — проходите. Сейчас будем ужинать. Дибо испёк замечательный пирог. Таких пирогов во всём Майнау больше никто не печёт. И маленького вашего пристроим. Сейчас я нагрею воды и мы его искупаем.

Мы прошли в тёплую, пахнущую выпечкой и деревом прихожую.

Хени закрыл за нами дверь, отсекая нас от холодной осенней ночи. Подошедший Дибо постелил в прихожей небольшой цветной тканый коврик и предложил нам разуться и оставить грязные сапоги на нём.

Не расставаясь с плащом, я сделал вид, что снимаю сапоги руками и стянул их телекинезом.

«Эльфи, разувайся», — телепатически скомандовал я своему заторможенному омеге.

— Ой, проходите

— Раздевайтесь

— Мы сейчас

— Будем ужинать

— Как будто специально

— Ещё не садились

Начался обычный диалог синхрòнизированных омег.

Эльфи, не снимая сидора, начал выполнять мою команду.

— Да положите вы уже свои мешки, оме, — воскликнул Хени.

Я наконец-то скинул надоевший пропахший конским потом мешок и нашарив сидор Эльфи снял его с омеги.

— Ой, какой прелестный ребёночек! Как его зовут? — полюбопытствовал крутившийся рядом с Хени Дибо.

О, вот и основной маркер сработал!

— Нас зовут Винрих, — ответил я, делая вид, что снимаю подвес с Веником руками.

— Ой, что это мы, — спохватился Хени, — оме, пойдёмте мы вас проводим в комнату.

— У нас есть чудесная комната для гостей, — подхватил эстафету хлопот Дибо.

— Только вот гостей уже больше десяти лет нет, — печально развёл руки Хени.

— С тех пор как наш Вернер…, - остановился на полуслове Дибо и Хени приобнял его за плечи.

— Оме, вам ведь с дороги помыться надо… сейчас, сейчас, мы воды подогреем. Ваш слуга вам поможет, а мы пока за маленьким присмотрим, Хени и Дибо скучковались около Веника и с умилением наблюдали за ним.

Эльфи наконец, справился с сапожками, я, стараясь незаметно использовать телекинез, снял с него плащ и повесил на крючок из оленьего рога, висевший на стене прихожей.

Откуда-то из глубины дома в прихожую вальяжно вышел здоровенный полосатый кот. Он сел в дверном проёме и внимательно глядя на меня зелёными глазами, сказал прокуренным, сорванным в кошачьих драках, басом:

— Мя-а…

— О, а вот и Господин Ди пожаловал. Вы знаете, оме, это редко бывает, чтобы он снизошёл до общения с кем-либо, — пояснил поведение кота Хени.

Господин Ди поднялся и неторопливо прошёл у моих ног, прижимаясь тёплым боком, остановился, подумал, развернулся прошёл ещё раз чуть выгнув спину и подрагивающий хвост. Поднял голову и снова важно промолвил, глядя мне в лицо:

— Мя-я…

Затем, с чувством выполненного долга (я прямо чувствовал это), не оборачиваясь, задрав хвост и покачивая его кончиком вправо и влево, ушёл обратно в дом.

— Ой, — Хени прижал сжатые кулачки к постарелому лицу, — какой у вас слуга симпатичный… и причёска…

— Мы с тобой, Хени, сидим как два филина, нигде не бываем, а вот видишь как меняется мода, — ответил ему Дибо.

— А вы, оме, тоже раздевайтесь, ваши плащи просохнут, а утром я их почищу, — обратился ко мне Хени.

— Нет, нет, благодарю…, - ответил я, смущённый искренним участием двух омег, подогретым моими гипнотическим внушением (тут следует добавить, что трудно внушить что-либо идущее против моральных установок субъекта). Вот ведь и не стыдно мне… чёрт!

Мы проследовали в предложенную мне комнату с большой двуспальной кроватью.

— К сожалению, оме, для вашего слуги нет комнаты

— Но мы, оме, можем постелить ему

— В кабинете Вернера

— Там есть хороший диван

— Правда там разложены вещи

— Хени шьёт там иногда

— На заказ

— У нас приработок небольшой

— Вернер спал там иногда, — в глазах Дибо блеснула слеза и он смущённо улыбнулся.

«Сколько же времени прошло как он умер» — подумал я — «десять лет, они его до сих пор со слезами вспоминают».

— Нет, нет, спасибо. Вы понимаете, Эльфи — он не совсем здоров и я за ним присматриваю и помогаю ему. Он должен быть рядом со мной, — ответил я, не желая обманывать симпатичных мне людей. «В крайнем случае можно память подправить».

В комнате, глядя глазами Эльфи, я положил Веника на кровать и чуть раскрыл его — было тепло от большой, на несколько помещений, печи. Недавно покормленный ребёнок спал.

— «Эльфи, раскладывай вещи», — протелепатировал я омеге, раскрывая сидоры и зажигая осветительный шарик. Нужно провести ревизию взятых вещей ещё раз.

Итак, обнаружилось:

Три белые рубашки бодоанского шёлка и вышитый золотом синий жилет Шиарре — мне не по размеру. Одни тонкие штаны тоже Шиарре и тоже мне не по размеру. Шесть (!) стрингов Шиарре. Три пары его белых носков.

Две полотняные рубашки бежевого цвета — эти уже мои и расшитый серебром темно-зелёный жилет тоже мой (а я и не знал, что у меня есть такой), одни полотняные штаны — мои. Двое трусов и четыре пары серых носков.

Рубашек у Эльфи и Лило не было совсем. Зато было положено по трое штанов. Трое стрингов Эльфи и трое трусиков-шортиков Лило. У Эльфи и Лило нашлись два уже виденных мной жёлтых металлических стакана с каким-то узором. 2 ложки и 4 вилки. Посуды больше не было.

Туалетных принадлежностей (мыло, зубная щётка, зубной порошок) было на 5 персон. Несколько (4) полотенец. Три покрывала, считая и то в котором мы носили Веника. Копаясь в мешке Лило, я наткнулся на твёрдый увесистый пакет, развернув его я увидел полный набор косметических и маникюрных принадлежностей. Бля! Ну вот как!!! Как!!! Что было необходимо взять не взяли, а то, что совершенно не нужно положили!

Отдышавшись я продолжил ревизию. Деньги Листерина в количестве 120 талеров были пересчитаны. Мешочек с его драгоценностями я раскрыл и детально пересмотрел: брачный браслет,