Там, где нас нет - Альвин Де Лорени

— Оме, а можно…, - Дибо подошёл ко мне почти вплотную, — можно подержать, — он запнулся, — его…, - он кивнул на Винриха.

Восторг и умиление пришли ко мне по эмпатии.

— Ну конечно, возьмите… господин… Дибо, — с запинкой ответил я, — но будьте осторожны…

Я не успел закончить как полураспелёнутый Винрих оросил задорной струйкой рубашку на груди подхватившего его Дибо.

Счастье и восторг облитого омеги захлестнули меня.

— О, оме, Винрих настоящий господин — в каких он у вас пелёнках! — воскликнул Дибо, — это тоже бодоанский шёлк!

Присмотревшись Дибо всё-таки увидел, что мелкий завёрнут в разорванную шёлковую рубашку.

— Это ваша рубашка? — спросил удивлённый омега.

Я отрицательно помотал головой.

— Ну ничего, вот вернётся Хени, он у нас замечательно шьёт, и мы переделаем эту рубашку в пару отличных распашонок для маленького господина, — пояснил счастливый Дибо, баюкая на руках Винриха, смотревшего на него прòнзительно синими глазами.

Хлопнула дверь и в дом ворвался весёлый и счастливый Хени с полным кувшином молока.

— Тише, Хени, испугаешь маленького, — строго высказал ему Дибо по-прежнему бережно сжимавший в руках тело ребёнка.

— Ой…, извините…, - Хени быстро разделся, заскочил с кувшином на кухню и, помыв руки, устремился к Дибо.

— Оме… оме…, - шёпотом он обратился ко мне, — а мне… я могу…, - запинаясь смотрел он на меня.

— Да, да…, пожалуйста, — ответил я, смущённый такой неуёмной жаждой потискать ребёнка.

Хени завладел Веником, Дибо, спохватившись, поспешил на кухню кипятить молоко, а я повернулся к Эльфи, чтобы, наконец, надеть на него штаны.

Эльфи был расчёсан, аккуратно одет в свежие штаны и белые носочки Шиарре, а Веник накормлен тёплым молоком.

Желтизна в его животе нарастала, я забрал малыша у погрустневшего Хени, отнёс его в ванную комнату, где мы с ним и совершили всё необходимое, предварительно выпросив у бездетных (как я понял) омег чистую ветошку. Собрав телекинезом вышедшее из Веника в эту тряпочку, я подмыл попку новорождённого тёплой водой и вышел из ванной.

Омеги кинулись ко мне снова выпрашивая Веника на руки.

— Куда я могу выкинуть это, — показал я узелок.

— О, оме, давайте я выброшу, — Дибо принял узелок как величайшую драгоценность и благоговейно понёс его куда-то на кухню, а восторженный Хени снова получил на руки спящего Веника.

Так, теперь мне самому надо помыться. Кроме того грязные вещи Эльфи так и валяются в ванной и требуют моего внимания.

— Господин Дибо, — обратился я к омеге.

— Просто Дибо, прошу вас, оме, — ответил тот, — господин в нашем доме только один, — он указал жестом руки на сидящего на каминной полке и внимательно наблюдающего за происходящим кота, — и это Господин Ди.

— Хорошо, Дибо, у меня к вам будет просьба — я хочу помыться, присмотрите пожалуйста за малышом и моим слугой, — попросил я омегу.

— Конечно, конечно можете не беспокоиться, оме, мы присмотрим за ними обоими, — прошептал баюкающий ребёнка Хени.

В ванной, стоя спиной к двери, стянул с себя надоевший плащ и пропахшую потом рубашку. Стащив с себя всё остальное, я вдруг почувствовал, что кто-то из омег идёт ко мне.

— Оме, я вам полотенце принёс…, - постучался в дверь Дибо, — вы забыли. Ой, извините… — он приоткрыл дверь.

— Дибо, вы можете мне помочь? — решился я показать ему свой облик, поворачивая голову к двери — чего уж там, не ходить же по дому в плаще.

Вздох вырвался из груди Дибо, когда он увидел моё изуродованное лицо.

— Д-да…, оме, я помогу вам, конечно…, - выдохнул омега.

С помощью Дибо я смог весьма сносно вымыться, не намочив рук и лица и, самое главное, промыть копну своих волос (в кабаке это не удалось толком сделать). Дибо дрожащими руками осторожно касался моего тела и с любопытством (я это чувствовал) пялился на мои «украшения».

Вышагнув из ванной я начал вытираться поданным полотенцем. Дибо подошёл ближе и невесомо дотрòнувшись дрожащими пальцами до длинного извилистого шрама на правой руке негромко спросил:

— Оме, а откуда это у вас?

— Да… есть… были… места, — ответил я уклончиво.

Объяснять кто мы и откуда я не стал, а Дибо не спрашивал.

Потёртости на моих бёдрах Дибо осторожно смазал мазью и вышел.

Перестирав и просушив телекинезом свои вещи и вещи Эльфи, я вышел из ванной.

Отмытый, с перевязанным стараниями Дибо белой чистой повязкой, лицом, я сидел в кресле в гостиной перед пылающим камином. В доме были печи — зимы, как пояснил Хени в Майнау были весьма суровыми — снег лежал два с половиной месяца (подумать только! это сарказм, если что), но всегда приятно сидеть около камина с живым пылающим огнём. Господин Ди, спрыгнувший с каминной полки, крутился у моих ног и мурлыкал так, что его было слышно даже в прихожей.

Сытый Веник спал на кровати в нашей комнате, дверь туда на всякий случай была открыта, Эльфи сидел на стуле у стола и работал моими глазами, а Хени и Дибо хлопотливо накрывали стол для позднего ужина.

Улучив момент, Господин Ди запрыгнул, всё таки, мне на колени, поднял усатую морду к моему лицу и, аж засвистев от удовольствия, начал месить мне лапами ноги, живот и грудь.

Присматриваясь к балдевшему коту энергетическим зрением, я с удивлением обнаружил у него весьма крупный для такого небольшого животного энергетический источник. Кот — искусник! Вот это да! Ничего подобного у лежавшей на крылечке Буси не было. Кот, блаженно жмурясь, снова поднял морду к моему лицу и потыкался мокрым носом в мой подбородок.

— Господин Ди, да что это с вами сегодня! — обратился к коту Хени, — никогда с вами такого не было.

Кот, не поворачивая головы и не открываясь от своего занятия лапами, дёрнул ухом. Дескать, отстань! Я прямо почувствовал эту его эмоцию!

«Эльфи, смотри на меня», — протелепатировал я своему омеге, чтобы посмотреть на кота нормальным зрением.

И увидел. Здоровенный, заметно крупнее обычных кошек, кот топтался у меня на коленях мелко подрагивая задранным хвостом и бодая головой мою грудь. Я протянул к нему руку и в неё ткнулась голова кота, подставляясь для поглаживания. «Хороший, хороший» транслировал я эмоции зверю, который к тому времени завалился у меня на коленях на бок и обхватил лапами руку, чуть прикусив её и тут же зализывая место укуса.

Омеги закончили с сервировкой стола и Дибо, остановившись в дверном проёме