Все еще впереди - Мариана Запата

Луи отстранился и как в детстве ухватил меня за щеки – я на девяносто девять процентов уверена, что его руки были грязными, – и потрепал их, а потом прикоснулся кончиком своего носа к моему.

– Бабушка давала мне много пиццы и куриных наггетсов.

– У тебя изо рта ими пахнет, – рассмеялась я, вызвав ответное хихиканье.

– Ты привезла мне что-нибудь?

– Вэнни прислала тебе игрушки и одежду.

– Можно посмотреть?

– Они дома, в чемодане, хапуга ты несчастный.

– Ясно. – Он вздохнул и опустил голову, и я напрягла руки, чтобы не уронить его.

– Угу. Пойдем-ка к бабушке с дедушкой. – С Луи на руках я направилась к Ларсенам.

По пути он начал извиваться, и я спустила его на землю. Луи взял меня за руку и повел к родственникам.

– Вы меня ждали? – спросила я, удивляясь, как малыш меня увидел, хотя я до сих пор понятия не имею, где сидят Ларсены.

– Да. Бабушка сказала, ты уже едешь, и я тебя ждал.

Ты ж мое солнышко. Я сжала его руку, и мы обменялись улыбками. Как и следовало ожидать, Ларсены сидели на первом ряду и смотрели на поле. Я улыбнулась при виде длинного лохматого тела с белой шерстью у их ног – они и Мака захватили.

–Бабушка! Tia приехала! – закричал Луи так, что его услышала добрая половина родителей команды.

Краем глаза я видела, как они крутят головами, пытаясь понять, о ком говорит Луи, но сама смотрела только на тех двоих из своей семьи, с кем собиралась общаться. Мак повернул к нам голову, задвигал носом и мгновенно вскочил на ноги, бешено крутя хвостом.

– Диана, дорогая. – Миссис Ларсен скромно, не разжимая губ, улыбнулась и обняла меня.

Мак протиснулся между нами, возбужденно подпрыгивая на передних лапах и требуя внимания. Опустившись на колени, я обняла огромного пса и зарылась лицом в его шерсть, когда он попытался слизать с меня кожу.

Встав на ноги, я обняла мистера Ларсена.

– Большое спасибо, что присмотрели за мальчиками.

Я говорю так каждый раз, но я и в самом деле им благодарна. Когда мама узнала, что я улетела в Сан-Диего, а мальчиков оставила Ларсенам, то принялась многословно возмущаться. Как это я могла взять и бросить их? Чем я думала? Кто я после этого? К концу разговора она практически довела меня до слез и истерики.

– Обращайся в любое время. – Мистер Ларсен похлопал меня по спине. – Как там Ванесса и ребенок?

Я села на скамью рядом с Ларсенами. Луи устроился слева и положил ладонь мне на бедро.

– У нее все замечательно, учитывая, через что ей пришлось пройти. – Я пальцем прочертила линию на животе и поежилась. – Ребенок просто чудо. – Я повернулась к Луи, положила ладонь ему на макушку и подвигала бровями. – Твой новый кузен почти такой же хорошенький, как ты.

– Он мой кузен?

– Ну да.

Луи все время называет Ванессу тетей.

– Может, мы вскоре к ним наведаемся и заодно сходим в «Диснейленд».

Так и вижу, как мрачный Джош со стоном закатывает глаза при известии о «Диснейленде», но ему придется с этим смириться.

– Мне всегда хотелось иметь кузена… – часто моргая, признался Луи.

Господи, какой же он милый.

– …и сестру.

Я закашлялась так, будто у меня был бронхит. С чего ему вдруг захотелось сестру? А мне что прикажете делать? Поискать ее в капусте?

Вот что я должна на это ответить?

Я не нашлась с ответом и притворилась, будто не услышала его последних слов.

По-видимому, миссис Ларсен тоже все слышала – когда я повернулась к ней, ее голубые глаза расширилась, она покусывала губы, пытаясь не рассмеяться. Рада, что хоть кому-то из нас это показалось забавным, потому что мне было не до смеха. Я искоса посмотрела на Луи, чтобы, не дай бог, не поймать его взгляд, и задумалась: откуда он это взял? Разве каждый ребенок не хочет быть единственным в семье?

Грохот забора, отделяющего трибуны от поля, заставил меня посмотреть в ту сторону. Я тут же нашла взглядом высокого мальчика, которого узнала даже в маске и шлеме. А еще я узнала его футболку с длинными рукавами.

– Джош!

Он помахал мне обеими руками, в одной из которых была зажата бита. Маска закрывала низ его лица, но я была уверена, он улыбался. Я очень скучала по этим детям! Не представляю, как бы я жила без них.

Джош отвернулся, чтобы продолжить тренировку. Мой взгляд скользнул в сторону и наткнулся на него. Даллас стоял возле третьей базы, засунув руки в карманы старых протертых джинсов, и пялился на меня. Не смотрел, а именно пялился.

Я помахала ему, и он улыбнулся.

* * *

– Котенок, ты решил здесь заснуть или как?

– Нет, – ответил он, держа в воздухе две ракеты, что вот-вот должны были столкнуться нос к носу.

Вода в ванне наверняка остыла – Лу сидел в ней уже полчаса, играясь с ракетами, пока я пыталась зашить дырку на колене его школьных брюк. Обычно в дни тренировок я не настаиваю на том, чтобы Луи вечером принимал ванну, но Джош признался, что они не мылись два дня, а это никуда не годится. Он принял душ, пока я разогревала в микроволновке наш ужин, состоявший из замороженных лепешек тако с кукурузой. Ванную занял младший брат.

– Тогда выходи. Ты же знаешь, что тебе завтра в школу. Нужно лечь пораньше, чтобы хорошенько выспаться и быть красавчиком.

Луи застенчиво улыбнулся и встал на ноги, по душевной простоте не обращая внимания на свою наготу. Год назад, когда мы снимали квартиру с одной ванной, я случайно зашла, когда Джош мылся.

– Не смотри на мои «орешки»! – орал он как резаный, обеими руками прикрывая свои причиндалы.

Будто я ни разу не видела его маленькие «фисташки».

Через пять минут вытертый насухо Луи уже натягивал пижаму. Верх – с Человеком-пауком, а низ – с динозаврами. Я взъерошила ему волосы и принялась наводить порядок в ванной, затем отнесла одежду в прачечную комнату. Я сыпала порошок в лоток стиральной машинки, когда в дверь постучали. Я и без часов знала, что сейчас уже десять вечера. Кто это, черт возьми, приперся так поздно?

Мой сосед, вот кто.

Я посмотрела в глазок на его профиль и вздохнула. Открыть дверь или нет? Рано или поздно мы все равно увидимся, так почему бы не сейчас? Может, он уже забыл мои