Подари мне любовь - Джоанна Линдсей

Лошадь остановилась так резко, что Эрику почти выбросило из седла. И она наверняка рухнула бы на землю, не подхвати ее какой-то из стоявших рядом мужчин. Едва удержавшись на ногах, она было собралась упрекнуть свой эскорт за столь странное поведение, но Огден, не обращая на нее внимания, уже отдавал приказы.

– Свяжите ее и бросьте в яму. Надеюсь, у вас было достаточно времени, чтобы ее вырыть?

– Почти готова, - отозвался мужчина, по-прежнему державший Эрику за руки.

– Хватит и этого, - решил Огден. - Она женщина, значит, можно рыть не так глубоко, нам надо спешить, иначе кто-нибудь явится сюда и обнаружит ее.

Эрика попыталась вырваться, но мужчина оказался мускулистым и очень сильным.

– Что это значит? - вскинулась она, негодующе уставясь на Огдена. - Ты солгал?

– Только насчет того, кто послал меня отыскать вас. Моего господина, лорда Дервина, вызвали на поединок, и, если ваш муж не возьмет назад обвинение, вы умрете.

– Так, значит, твой господин такой трус, что боится скрестить мечи с врагом?

– Да вы шутите, леди! Мне говорили, что ваш муж - настоящий великан, к тому же и викинг! Только глупец может по доброй воле встретиться с ним на поле брани.

Удивительно, почему при этих словах в ней проснулась гордость, хотя тело сотрясалось от бессильной ярости. Она сама виновата в том, что оказалась здесь, что уехала, не сказав Терджису, куда направляется, что покинула Уиндхерст одна, что повела себя как доверчивая дурочка и попала в ловушку похитителей.

Яма! Один, помоги ей, Эрика боялась, что эта темница совсем не похожа на ту, что была в Гронвуде. Скорее всего, просто грязная дыра в земле.

Огден, распорядившись, поскакал назад, в Уиндхерст, как догадалась Эрика, чтобы передать своему трусливому господину, что ее захватили в плен. А Эрику тем временем потащили к деревьям, туда, где двое мужчин выбрасывали землю в корзину, которую третий относил подальше в лес, чтобы никто из посторонних не догадался о вырытой здесь яме.

Сама яма была шириной в два фута и длиной в три. Рядом лежала сбитая из досок крышка того же размера и куча аккуратно снятого дерна, чтобы прикрыть яму от любопытных глаз.

– - Ты слышал?

– Да, - отозвался один из землекопов, стоявший почти по пояс в яме.

– Тогда вылезай оттуда, - велел человек, державший Эрику, и, обернувшись, громко крикнул:

– Подайте мне веревку и что-нибудь для кляпа!

Эрику колотило как в лихорадке. Ее собираются бросить в эту грязь! В лагере не меньше двадцати человек! От них никак не сбежать! И Эрика умрет здесь…

– Вы роете ямы везде, где раскидываете лагерь? - язвительно бросила Эрика, стараясь отвлечься от нараставшего ужаса.

Но тот, кто держал ее, принял замечание всерьез:

– Везде. Они всегда могут пригодиться, тем более, что обнаружить их невозможно.

– Но как вы сумели вырыть ее так быстро? Ваш господин только этим утром приехал в Уиндхерст.

– Ее начали на прошлой неделе, когда мы остановились здесь ненадолго. Лорд Дервин искал в вашем поместье короля. Но тогда не было времени ее докончить.

– Зато сейчас все сделано. Так вы часто похищаете людей по всему королевству? Тот покачал головой:

– Иногда необходимо спрятать одного-двоих из наших людей. В такой яме человек может скрыться с лица земли посреди бела дня и сбить с толку преследователей.

– Ах, так вы стали ворами и убийцами, и все по приказу своего храброго лорда, - издевалась Эрика. - Да, действительно, подобные ямы просто вам необходимы!

Ехидное замечание взбесило наемника до такой степени, что он оглушительно рявкнул одному из своих сообщников:

– Сунь ей в рот кляп!

Эрика успела подавить полувопль, прежде чем почувствовала, как в рот втиснули тряпку. Потом ее столкнули в яму, предварительно прикрутив колени к груди так, что Эрика могла сидеть только скорчившись.

Нужды стягивать ей руки не было, поскольку веревка слишком туго обматывала тело, однако запястья все же стянули за спиной просто для того, чтобы доставить ей побольше страданий. И они еще пытаются отрицать, что не делали этого и с другими жертвами! Злобные животные, бессердечные негодяи!

Но как только ее бросили в яму, задвинули крышку и темнота сомкнулась над ней, отсекая дневной свет, она больше не думала о людях Дервина. Мрак. Беспросветная тьма. Воздух был таким спертым, наполненным резким запахом сырой земли, что Эрика едва могла дышать. И кто мог подумать, что в столь маленьком пространстве может быть так холодно! Или это просто ее кровь застыла от страха?

Сколько придется ждать? Конечно, если вызов брошен, поединок должен состояться немедленно. Однако они хотят, чтобы Селиг отказался драться. Да, но чем все это кончится? Селиг может и не согласиться!

Он жаждал возмездия, Эрика поняла это, когда муж рассказал ей о Дервине, о его преступлении, которое он совершил против Бога и короля. И как должен поступить человек, не любящий жену? Разумеется, сначала позаботиться о чести, а уж только потом попытаться найти ее.

Эрика почти не сомневалась, что Селиг именно так и поступит, поэтому уже считала себя мертвой. Яма станет ее могилой.