Подари мне любовь - Джоанна Линдсей

Когда они прибыли в Уиндхерст, до рассвета все еще оставалось несколько часов. Селит решил не будить всю семью и велел позвать лишь Ройса. Они направились в комнату Селига, чтобы предстоящим разговором не тревожить спящих в зале слуг, и даже успели до прихода Ройса зажечь несколько свечей.

– Здесь тебе больше нравится? - сухо осведомился Ройс вместо приветствия.

Но на этот раз Селигу было не до шуток.

– Сожалею, что разбудил тебя, но то, что я должен сообщить, не терпит отлагательств, и ты, скорее всего, захочешь немедленно принять меры.

Лицо Ройса мгновенно стало серьезным:

– Говори.

– В тот день, когда я переезжал в свой дом, встретил у тебя во дворе мужчину, показавшегося мне знакомым. Правда, я никак не мог припомнить, где мог видеть его раньше. Кристен сказала, что это лорд Дервин, но я в жизни не слышал этого имени.

Ройс кивнул:

– Он живет довольно далеко отсюда, но я много лет с ним знаком. Дервин и его жена жили при королевском дворе, пока она лет семь-восемь назад не скончалась.

После этого Дервин удалился в свое поместье, хотя оставил на службе короля своего сына Эдреда. Насколько я знаю, его сын погиб в последней битве с датчанами, той самой, в которой тебя ранили. Эдред был очень похож на отца, и, возможно, именно его ты и помнишь.

– Нет, он гораздо старше, и я видел его, Ройс, совсем недавно, в день нападения. Именно лорд Дервин прикончил старого епископа, как раз за мгновение до того, как я получил удар по голове.

– Ты, должно быть, ошибаешься.

– Нет. Сегодня я видел все это во сне и вспомнил так ясно, словно снова пережил. Лорд Дервин был единственным, кого я успел разглядеть в тот день. Припоминаю даже, как заметил, что он был одет куда лучше, чем обычные грабители.

Ройс растерянно провел рукой по волосам:

– Господь милостивый, да ты понимаешь, о чем говоришь?

– Понимаю. В тот день на ничего не подозревающих путешественников напали не грабители. Это был заговор против королевских посланцев, чтобы не дать им выполнить поручение. И единственное, что я хочу знать, расскажешь ли ты королю об этом до или после того, как я убью негодяя, затеявшего все это?

Уголки губ Ройса невольно приподнялись, несмотря на то, что обоим было не до смеха.

– Сомневаюсь, что у тебя будет такая возможность. Думаю, Алфред сам захочет заняться этим делом. Но будь уверен, что, если ты окажешься прав, Дервин будет болтаться в петле.

– Я едва не умер, Ройс, и никогда не забуду боли, с которой пришлось жить несколько недель. И желаю получить удовлетворение, послав вызов этому человеку.

– Да, и твой отец тоже хочет этого, и мать, и моя жена. Тебе, друг мой, придется ждать своей очереди, если желаешь разделаться с ним по обычаю викингов. Но сейчас ты живешь в Уэссексе, где Алфред установил строгие законы, так что лучше предоставь ему их исполнять. В конце концов, преступление совершено против него!

Селиг в ответ пробормотал что-то, не вполне напоминающее согласие, однако Ройс предпочел не обращать внимания на вызывающий тон родственника и упрямо продолжал:

– Я знаю, куда держит путь Алфред. Собственно говоря, он снова собирался посетить нас по дороге в королевские владения в Чиппенхеме, но не думаю, что стоит ждать так долго. Я сейчас же пошлю гонца.

Селиг кивнул. Теперь, когда спешить уже было некуда, можно спокойно ждать правого суда над убийцей. Однако Селига не покидало неприятное чувство: если бы только он сразу узнал лорда Дервина в тот день, все решилось бы гораздо быстрее. Но воспоминания о злоключениях уже постепенно меркли в памяти, все, кроме связанных со жгучей болью, непонятной жестокостью Эрики, и Селиг желал лишь одного - забыть и об этом.

– Тебе лучше остаться здесь, пока все не будет улажено, - остановившись у порога сказал Ройс. - Иногда Алфред действует быстро, а иногда слишком медленно, хотя в этом случае, скорее всего, он прибудет завтра и захочет сам расспросить тебя.

– Прекрасно.

– Тогда ложитесь спать. Я, во всяком случае, намереваюсь лечь в постель, как только отправлю гонца.

Эрика терпеливо ждала, пока кончится разговор, хотя не понимала ни слова. Она разозлилась бы, подумав, что намеренно исключена из беседы, но поняла, что Ройс и Селиг не могут общаться на другом языке, кроме кельтского. Она решила, что, если Селиг не собирается выучить англосаксонский, чтобы положить конец всем затруднениям, значит, ей придется изучить кельтский, а поскольку языки всегда давались ей легко, это не займет много времени.

– Мы уезжаем? - спросила она, пытаясь привлечь внимание мужа. Тот, казалось, совсем забыл о ее присутствии и сейчас удивленно встрепенулся:

– Нет, остаемся до приезда короля.

– Ты собираешься вмешаться в дела короля? - Эрика подняла брови.

Только сейчас Селиг сообразил, что так и не объяснил жене, почему было необходимо мчаться сюда среди ночи.

Поразительно, как это она еще не попыталась выведать у него каждую мелочь! Мать и сестра уже давно бы выпытали все, и стоит им только услышать о случившемся, немедленно явятся с расспросами.

Селиг коротко объяснил, в чем дело.

– Нам придется несколько ночей спать здесь, - добавил он под конец.

Оглядев комнату, в которой они жили до свадьбы, он неожиданно расплылся в улыбке:

– Что выбираешь: пол или кровать?

– Ничего не вижу смешного! - мрачно насупилась Эрика.

– Ты так не будешь думать, если выберешь пол, и мы кончим тем, что станем любить друг друга прямо на жестких досках!

Рот Эрики широко открылся, но тут же захлопнулся.

– Ты имеешь в виду завтрашний день? Улыбка Селига стала еще шире:

– По правде говоря, поскольку ты упомянула… Эрика охнула от изумления:

– Но ты не можешь…, разве…, ты уже дважды… Она даже не успела договорить, как Селит громко расхохотался и решительно шагнул к ней.

– Поистине, Эрика, - эта чувственная улыбка вновь манила, заставляя забыть обо всем, - как плохо ты знаешь собственного мужа!

Она все больше узнавала его, и, Фрейя милостивая, как же это было чудесно!