Возвращение блудного папы - Лина Филимонова

Боже! Это отпечаток моих зубов. А на спине — следы от моих ногтей. А еще я вижу шрам на боку Алекса, на уровне лопатки. От одного из ранений.

Мне захотелось его погладить… Но я же тут притворяюсь спящей!

— Это кошка меня покусала, — придумал отговорку Алекс.

— Кошка? — удивленно вытаращилась на него Соня.

— Ага. Я думал, она Мышка. Но нет. Дикая необузданная кошка.

Я не удержалась и хихикнула.

Алекс обернулся.

Я прикинулась мертвой.

— Ты пока беги в ванную. Я сейчас оденусь и приду.

Соня убежала. Алекс откинул одеяло и в трусах помчался к шкафу возле кровати. Вытащил штаны, надел. Но за эти несколько секунд я успела разглядеть его великолепное тело в солнечном свете.

Он красив, как бог… А у меня опухший красный нос!

Алекс

Мышка держится как-то отчужденно.

Убирает мою руку, когда я пытаюсь ее тискать. А мне все время хочется ее трогать!

Да, я понимаю, рядом Соня. Но я же не делаю ничего такого! Просто обнимаю. Просто глажу. Просто ласкаю…

Я не знаю, был ли я убедителен вчера. Или ее обида на меня так глубока, что нужно еще много времени, чтобы она меня простила.

Время от времени я бросаю взгляд на верхний ящик письменного стола. Там лежит кольцо, которое я сегодня хотел надеть на палец Мышки.

Но теперь меня одолели сомнения. Готова ли она? Скажет ли она: “Да”?

Если я услышу: “Нет”… это будет эпическим провалом.

Мы валяемся на диване перед телевизором — мои девочки не захотели сегодня никуда идти. Смотрим какой-то смешной мультик. Реально смешной! Мы с Соней громко гогочем, и Мышка тоже хихикает.

Вроде бы, все прекрасно. Или нет?

Я обнимаю Мышку. Но она не кладет голову мне на плечо. А, когда я опускаю руку ниже и сжимаю ее попу, она недовольным жестом отводит мою ладонь. Это из-за Сони или…?

— Мышка, — шепчу я ей в ухо. — У нас все хорошо?

— Да, — кивает она.

Но смотрит на экран, а не на меня.

— Ты на меня обижаешься?

— Нет.

Почему-то я ей не очень верю…

Буду честен: мне страшно. Я ужасно волнуюсь. Я собираюсь встать на одно колено и предложить руку и сердце. Впервые в жизни.

Я спланировал романтическое свидание на крыше для нас с Мышкой — ужин с шампанским, кругом цветы и свечи, живая музыка и незаметные услужливые официанты. Все на высшим уровне, этим занимается специальное агентство.

Я договорился с Кириллом, что они с Егором заберут Соню в цирк. Это не с ночевкой, я надеюсь, Соня не будет сопротивляться.

Еще вчера я был почти уверен, что Мышка скажет мне: “Да” на этой крыше.

Но теперь я очень сильно в этом сомневаюсь!

Мы посмотрели три длинных мультфильма, съели три пиццы и выпили ведро лимонада. Соня абсолютно счастлива. Мышка… не знаю. Она улыбается. Но все же держится отчужденно.

— Ты хочешь пойти в цирк? — спрашиваю я Соню.

Я сижу на полу. Соня прыгает то рядом, то на мне. Мышка заваривает чай, поглядывая на нас.

— Хочу! — вопит Соня.

— Я рад. Потому что у Егора как раз есть лишний билетик.

— У Егора?

— Да. Он идет в цирк с папой.

— С Кириллом?

— Да. Кирилл — его папа. Ты же знаешь.

Соня плюхается на ковер рядом со мной. На ее личике очень грустное выражение.

— Я тоже хочу ходить в цирк с папой, — угрюмо произносит она. — Но у меня нет папы!

На глазах моей дочки блестят слезы.

Я вопросительно смотрю на Мышку. Я не знаю, понимает ли она мой вопрос.

Должна понять!

Я знаю, что еще рано. Я еще не получил ее разрешения. Но я чувствую, сейчас — самый подходящий момент. Моя дочка не должна грустить из-за того, что у нее нет папы!

Соня опережает меня.

Она прыгает мне на руки, обнимает за шею и выпаливает:

— Я бы хотела, чтобы ты был моим папой!

— Я и есть твой папа, — говорю я.

И смотрю ей в глаза.

Она замирает, приоткрыв рот. Удивленно хлопает своими длинными ресницами. И выдыхает удивленно и восторженно:

— Правда?

— Да. Я твой настоящий папа. И мы теперь будем все время ходить в цирк вместе.