Мир проклятий и демонов - Микки Хост

– А тебе так хочется прокатиться на нем?

– Басон – сильнейший и быстрейший. Каждый рыцарь мечтает о таком коне. Но я, разумеется, – мгновенно возразил он сам себе, приняв важный вид, – Лепесточку не изменяю.

Пайпер прыснула от смеха.

– Кому?

– Лепесточку. Его едва не загрызли твари, но мы вовремя их отогнали. Девать Лепесточка было некуда, так что забрали в Омагу. Лет шесть назад, наверное. Он меня очень любит.

– Ты дал ему это имя?

– Нет. Драу нашептали Третьему. Или он просто решил меня обдурить, чтобы я, великий и прекрасный Магнус, ездил на Лепесточке.

– По-моему, это очень мило.

Рыцарь недоверчиво прищурился. Пайпер улыбнулась и обернулась к манежу. Количество людей, наблюдавших за выездкой Басона, становилось все больше. Вопросов, каких-то странных споров и даже ставок – тоже, будто все это действительно было одним большим шоу, а Басон – самым непредсказуемым его участником. Пайпер же просто смотрела, как жеребец, фыркая и мотая головой, отказывается идти к конюшням, как переходит с одного темпа на другой, нетерпеливо взмахивает хвостом и наверняка испытывает терпение Третьего. Но в лице сальватора ничего не менялось. Он спокойно подстраивался под Басона и вел его в сторону, которую тот выбирал.

– Ты получала сегодня какие-нибудь письма? – неожиданно спросил Магнус.

Он следил за Басоном, будто не было ничего важнее, но обращался явно к Пайпер. Причем так тихо, словно не хотел, чтобы их кто-нибудь услышал.

– Нет. А что?

– До окончания празднеств тебе лучше не оставаться одной. Постоянно будь с кем-нибудь.

– Почему?

– Пожалуйста, Золотце, – рыцарь повернулся к ней с мольбой во взгляде, – пообещай, что не будешь оставаться одна.

– Мне что, и ночью нужно с кем-то быть? – раздраженно выпалила Пайпер. – Мои покои защищены сигилами. Мы с Третьим сами их писали.

– О! – восхищенно выдал Магнус, округлив глаза. – Так это правда? Что ж, в таком случае я спокоен. Ингмар не посмеет к тебе приблизиться, если рядом Третий.

– Я не…

Эйкен, стоявший тут же, вдруг вскрикнул, когда Басон, резко остановившись рядом с ограждением, хлестнул мальчика по лицу хвостом.

– Ах да, забыл добавить, – протараторил Магнус, делая шаг назад, – Басон терпеть не может всех, кроме Третьего и милых леди.

– Басон! – радостно закричала Стелла, гладя его черную гриву.

Третий не шелохнулся, когда конь подошел ближе и подставил Стелле шею. Взбудораженные шепотки со стороны наблюдателей, которые почему-то все еще были здесь, словно звучали близко и далеко одновременно. Пайпер не нравилось, с какой легкостью Стелла, забравшись на ограждение и удобно усевшись, гладила гриву Басона и чесала его за ушами, и настораживало, как Третий смотрел на нее.

– Скажи-ка мне кое-что, – влез Магнус раньше, чем Пайпер успела попросить Третьего не пялиться на нее так пристально, – почему ты не явился на обед?

Пайпер озадаченно моргнула. О каком обеде он говорил?

– Я тренируюсь с Басоном, – спокойно ответил Третий. – Нам скоро в путь, если ты не забыл.

– Ты оставил меня один на один с Ингмаром и Керуком!

Лицо Третьего мгновенно изменилось. Пайпер казалось невозможным, чтобы он побледнел, ведь его кожа и так была почти белой, но именно это и произошло.

– Мне не доложили, что Керук прибыл.

– Разве ты не получил письмо от Ингмара?

Третий неопределенно качнул головой. Пайпер сразу поняла: если он не прятался от своих прямых обязанностей намеренно, то делал это неосознанно – по большей части из-за того, что произошло вчера вечером.

– Золотце, оказывается, тоже пригласили, – между тем продолжил Магнус. Третий легко спрыгнул на землю, и Басон, наконец почувствовав свободу, подошел к ворковавшей над ним Стелле. – Но она не пришла. Вы сговорились?

Пайпер не понимала, о чем говорил рыцарь. Она никогда не слышала ни об Ингмаре, ни о Керуке. Но Третий, судя по взгляду, направленному на нее, знал, о каком обеде шла речь.

Сальватор отдал поводья Стелле, подошел вплотную к ограждению и протянул к Пайпер руку. Она, прекрасно зная, что тот просто хочет сказать ей что-то, подошла вплотную. Третий аккуратно коснулся ее затылка, наклоняя к себе, и едва слышно пробормотал на ухо, обдав горячим дыханием:

– Я приказал драу забрать приглашение на обед, присланное тебе от Ингмара. Поверь мне, тебе с ним пока лучше не встречаться. Оставь это мне и Магнусу.

Он вполне мог сказать это громче и не касаясь ее, но на жалкую долю секунды Пайпер поверила, что иначе и быть не могло. Третий не мог не протянуть руку, не коснуться ее затылка так невесомо и нежно, словно она была хрустальной, и не объяснить все так тихо, чтобы никто не услышал.

Раз уж Магнус заговорил о каком-то там Ингмаре при всех, Пайпер поняла, что тема не была слишком секретной. Но то, о чем она хотела спросить, вполне подходило под категорию секретности. Девушка схватила Третьего, уже готового отстраниться, за плечо и наклонилась ближе.

– Что с тобой? – едва разлепив губы, спросила Пайпер. – Почему тебя никто не мог найти?

– Потому что я не хотел этого.

– Тебе все еще плохо?

Третий улыбнулся.

– Нет, мне значительно лучше. Иначе я не пришел бы к Басону.

Магнус громко кашлянул. Третий невозмутимо убрал руку, а Пайпер едва не отскочила в сторону. Улыбка рыцаря была какой-то слишком радостной и откровенной. Эйкен выглядел озадаченным.

– Никогда бы не подумал, что Ингмар может принести приятную весть.

– Заступай на дежурство, – никак не отреагировав на его слова, сказал Третий.

– Что?! Это еще почему? Сегодня я планировал напиться!

– За то, что споришь со мной.

– Но я не спорю с тобой!

– Во-первых, тебе следует лучше выбирать выражения. Во-вторых, ты споришь прямо сейчас. Заступай на дежурство.

Пайпер едва сдержала смех. Эйкен тоже рассмеялся. Стелла озадаченно обернулась к ним, одной рукой продолжая чесать Басона за ушами, пока Магнус пыхтел от возмущения и жестами показывал, что будет с каждым из них. Когда рыцарь наконец переключился на Третьего и протянул руки к его шее, тот вдруг замер и поднял голову к небу.

– Тихо! – рявкнул сальватор.

Магнус мигом утих. Несколько людей, пытавшихся незаметно подслушать разговор, умолкли. Никто не обращал внимания на бешено стучавшее сердце, и Пайпер сделала вывод, что этот грохот слышит лишь она.

Третий напряженно вглядывался в небо несколько секунд, пока не вытянул руку вперед и не поймал что-то. Стелла ахнула и наклонилась ближе, заметив маленькую черную птицу.

– Мамочки, – испуганно пробормотал Эйкен.

– Что? – не поняла Пайпер, посмотрев на птицу. – В чем дело?

– Послание из Тоноака. Ласточки – птицы леди Эйлау.

Пайпер пригляделась: птицей и впрямь оказалась черная ласточка с единственным