Слияние с ним - Кайли Кент

— Зачем ты это делаешь?

— Зачем? — кричит она, хватая меня за волосы и притягивая мое лицо ближе к своему, — я дала тебе шанс оставить его в покое. Он мой!

Она отпускает мои волосы, прижимая мою голову к земле.

Указывая на себя, она говорит:

— Мой, я знаю, что он любит меня. Он не любит тебя. Он не хочет тебя. И когда он узнает, на что я готова пойти ради него, он поймет, что я та, с кем он должен быть.

Пока она вышагивает передо мной, оглядываюсь вокруг, пытаясь определить, где нахожусь. Когда я смотрю налево, то точно знаю, куда она меня привезла. Я была здесь всего один раз, когда мне исполнилось восемнадцать. Узнав, где похоронена моя мать, я приехала сюда. Но так и не смогла заставить себя вернуться. Ужас поселился глубоко внутри меня, я в трех часах езды от города. Зак ни за что не догадается искать здесь. Это действительно конец.

Я хотела иметь все это. Хотела того, что обещал Зак — всегда иметь завтрашний день вместе. Хотела, чтобы мы были семьей, настоящей семьей. Хотела иметь детей от Зака. Но еще никому в этом не признавалась, слишком боялась того, что это значит. Я всегда думала, что сама никогда не смогу иметь детей, потому что они вырастут сами по себе, без матери, как и я. Но знаю, что Зак и его семья, наша семья, никогда не позволят нашим детям расти в одиночестве, даже если у меня будет тот же рак, от которого умерла моя мать.

Жаль, что я не сказала ему, что хочу его детей. Жаль, что у меня не было возможности сказать ему, сколько счастья и любви он принес в мою жизнь за то короткое время, что он у меня был. Я никогда не чувствовала такой любви, как та, которую Зак так легко и свободно дарит мне. Я благодарна за то, что мне довелось испытать такую любовь. Я просто хочу поблагодарить Зака за то, что он подарил мне её. И хотела бы, чтобы он знал, как сильно я его люблю.

Найдя в себе силы, сажусь, прислоняюсь к надгробию моей матери, и говорю Кейтлин:

— Он никогда не полюбит тебя, — я знаю, что не должна дразнить её, но она все равно собирается убить меня.

Кейтлин достает из-за спины пистолет и направляет его мне в голову, крича мне:

— Заткнись, заткнись, заткнись!

Затем я слышу выстрел, чувствую жгучую, обжигающую боль в руке, не могу удержаться и кричу в агонии. Она выстрелила в меня. Смотрю вниз, моя рука теперь вся в крови, так много крови. Голова кружится. Я даже не могу закрыть рану, мои руки всё еще связаны веревкой.

Я пытаюсь найти способ выбраться из этой ситуации, пытаюсь освободить руки от веревки, которая их сдерживает. Моя рука горит, слезы свободно текут по моему лицу, а запястья красные от ожогов из-за веревки, тогда я кручу и поворачиваю их, пытаясь освободить руку.

Затем слышу выстрел, потом еще один. Я задерживаю дыхание, закрываю глаза, ожидая снова почувствовать боль от выстрела. Жду, чтобы определить, куда она выстрелила в этот раз. Боль не приходит. Открыв глаза, я вижу Кейтлин перед тем, как она падает на землю.

Подождите, она застрелилась? Нет, она бы не смогла. Моя голова кружится. Я знаю, что должна оставаться в сознании, не могу поддаться темноте, которая призывает меня закрыть глаза прямо сейчас. Мужчина, одетый в черное, останавливается и приседает передо мной.

— Алисса, все в порядке. Скорая помощь уже едет. Просто держись, хорошо? — говорит он, освобождая мои запястья от веревки. Я не знаю, кто этот человек. Не знаю, откуда он знает моё имя, но сейчас мне все равно.

— Зак, мне… Мне… Мне нужен Зак, — умоляю я незнакомца.

— Он встретит тебя в больнице, всё в порядке. Теперь ты в безопасности.

Я слышу приближающийся вой сирены и отпускаю его. Закрыв глаза, отдаюсь темноте и позволяю ей захватить меня.

Пип, пип, пип. О Боже, кто-нибудь выключите эту чертову сигнализацию. Шум продолжается, мои глаза медленно открываются, и я вглядываюсь в окружающую обстановку. Запах антисептика, гудки аппаратов, прохлада в воздухе. Понимая, что нахожусь в больнице. Смятение окутывает мой мозг. Я на работе? Почему моя голова раскалывается? Я пытаюсь поднять руку, но жгучая боль останавливает мое движение.

— Ахх, — простонала я вслух.

— Солнышко, детка, не двигайся. Давай я позову врачей.

Зак, Зак здесь, сжимает мою руку, словно боится, что я куда-то убегу. Он протягивает руку над моей головой, нажимая на кнопку.

— Что… Что случилось? — спрашиваю я его, оглядывая больничную палату.

— Алисса, мне чертовски жаль. Этого не должно было случиться с тобой. Я не должен был позволить этому случиться с тобой.

Зак наклоняет голову, прислоняясь лбом к руке, которую он держит в смертельной хватке. Я шевелю пальцами, чтобы он ослабил захват, что он и делает, слегка.

— Зак, что случилось, почему я в больнице? — спрашиваю я снова.

— Ты не помнишь? — спрашивает он, поднимая глаза, на его лице появляется озабоченность.

Я качаю головой, морщась от боли, пронзающей мою голову.

— Где, блядь, доктор? — спрашивает Зак, глядя в сторону двери, — солнышко, я не выполнил свою работу. Не защитил тебя должным образом.

Понятия не имею, о чем он говорит. Я ненадолго закрываю глаза, свет действительно слишком яркий.

— Черт, солнышко. Пожалуйста, открой глаза. Не засыпай пока, пожалуйста, — умоляет Зак.

Мои глаза тут же открываются.

— Зак, я здесь, и никуда не уйду.

— Я так чертовски боялся, что потеряю тебя. Когда мы узнали, что Кейтлин забрала тебя, мне показалось, что мой мир ушел из-под ног.

Я крепче сжимаю его руку в попытке уверить его, что не собираюсь исчезать.

— Она отвезла тебя на кладбище, на то, где лежит твоя мать. Три гребаных часа езды. К тому времени, как мы поняли, что ты у неё, она была в двух часах езды от нас.

— Как ты меня нашел? — спрашиваю я.

Зак качает головой. Он выглядит немного нервным.

— Я… Ну, я…

Я жду, пока он решится мне сказать. Его нерешительность заставляет меня нервничать.

— Ладно, я установил GPS-трекер в твое обручальное кольцо. Мне