Клон. История любви - Габриэлла Лопез

торого знаешь ты, не узнает ни одна женщи­на», — услышалаЖади слова Лукаса.

Маиза старалась уколоть свою соперницу по­больнее:

— У меня чудесный муж, — говорила она, в упор глядя на Жади.

— Ведь вы любили друг друга еще в юности? — спросила Карол,разглядывая очередное ожерелье Маизы.

— Да, это любовь с первого взгляда. Когда мы познакомились,у него была возлюбленная в Ма­рокко, у вас на родине, Жади.

— Да?.. — пролепетала гостья едва слышно.

— Обычное приключение, ошибка молодости... Он со смехуумирает, вспоминая об этом! До чего смешны эти женские романы! В юности мы все.драматизируем, думаем, что больше никогда не полюбим и готовы умереть залюбимого. Лукас рассказывал, что он наговорил таких глупостей этой марокканке,о которых и вспоминать стыд­но! Его мучают угрызения совести, что она пове­рилаво все это, — Карол и Маиза дружно рас­смеялись. — Но у вас на родине женщиныне так глупы, верно? Так что я всегда говорила ему: «Не волнуйся, ты никому непричинил зла».

Спускаясь по лестнице, Жади внезапно столк­нулась с Лукасом.Она плакала...

Лукас застыл перед ней, не зная, что сказать. Им помоглавездесущая Далва, пробежавшая мимо, и Жади сразу ушла. По лицу Лукаса слу­жанкапоняла, что это та самая девушка... «Этта», как говорила она с презрением. Итеперь «эта» в доме Феррасов... Что-то будет?.

Жади и Лукас вновь видели друг друга, стоя рядом с законнымисупругами. Она изменилась, ив то же время нет... — думал Лукас. Он осталсяпрежним, и в то же время нет... — отвечала на его мысли Жади.

Леонидас радостно провозгласил, что будет рад сотрудничать смарокканцами. А поскольку Лукас близок к марокканской семье, он хочет сделатьего ключевой фигурой, в налаживании отношений с новыми партнерами.

Лукас качнулся и еле устоял на ногах...

Утром Маиза затеяла очередную ссору с мужем. Она обвинилаЛукаса в том, что он заставил ее устроить роскошный праздник для его любовни­цы,чтобы та посмеялась над ней. Маиза крича­ла, что Лукас никогда не хотел создатьс ней сча­стливый брак, он женился лишь из трусости, по­тому что хотелпоставить препятствие между собой и Жади.

- Я не виновата, что ты оказался слабаком! Что у тебя нахватило смелости для того, чтобы жить в соответствии со своими желаниями! —кричала Маиза. — Даже если бы я не появилась, вы бы не были вместе, потому чтоэтого не хотел твой отец! Так почему ты не относишься к нему так же, как комне?!

— Ты тоже ничего не делала для нашего бра­ка, а толькодумала, что если я забуду Жади, то сразу полюблю тебя! — резко сказал Лукас.

Как ни странно, оба супруга были правы, но ни один непризнавал правоты другого. В конце концов, в спальню родителей вошла Мел.

— Из-за чего это вы ссоритесь? — встревожен-но спросила девочка.

— Мы просто разговариваем, — объяснил Лу­кас, понизив тон.

— Но вы кричите!..

Маиза ушла, бросив Далве, что Лукас объявил ей войну, и онаответит на его вызов.

— Папа, ты любишь маму? — спросила Мел у отца, но он ушел отответа.

Вот странно, она вернулась, когда появился ку­лон... —подумал Лукас.

Он попросил Лобату дать ему адрес отеля, где живут Рашиды,чтобы отдать Жади ее кулон. Лу­кас убеждал сам себя, что ничего не чувствует кЖади и просто хочет вернуть украшение. Но в глубине души понимал, что лишь ищетвстречи с ней наедине...

Маиза позвонила в отель, где жил Саид. Она узнала, что Саиданет, и спросила, когда он вер­нется. Положив трубку, Маиза отметила, что такдаже лучше...

Жади рассказала Зорайде по телефону, что встре­ча с Лукасомпроизошла так же, как служанка пред­сказывала: прошлое пересеклось снастоящим: 

— Он так изменился, но все-таки это прежний Лукас, — Жадимечтательно улыбнулась, но тут вошел Саид.

— Что ты почувствовала, когда увидела его? — с живыминтересом спросил он.

— Ничего! — с вызовом ответила Жади.    — Не может быть! —усмехнулся он.

— Я почувствовала, что ты думаешь о нем больше, чем я! Дляменя это уже в прошлом, а для тебя нет. Не старайся вернуть все назад, всеминовало!

Жади ушла в спальню и заплакала.

Она потеряла из-за Лукаса столько лет жизни... Сколько оналгала, обманывала, пренебрегала Са­идом ради него, а для бразильца это былалишь шутка, как говорит он сам... Жади поверила сло­вам Маизы.

Когда Деуза вернулась домой, ее ждала радос­тная новость:Лео вернулся. Он пришел в дом, где они жили раньше, и узнал их новый адрес. Нокогда он появится у матери и бабушки, никто не знал.

Через несколько дней пришла телеграмма от Лео: «Мама, яскоро вернусь. Вышли денег».

Вне себя от счастья, Деуза решила сама поехать за сыном. НаРождество, как она надеялась, он не приехал.

Но Деуза вернулась домой одна, и донна Моси­нья оченьрасстроилась. Дочь рассказала ей, что Лео, как обычно, настоял на своем иобещал вер­нуться только после Нового года. Мосинья не по­нимала, почему у Леотакой странный характер.

Юноша вырос твердым, со стальным блеском в гла­зах, хотяпорой вдруг напоминал бабушке ангела, ласкового и доброго. Донна Мосинья былавновь озабочена вопросом, кто настоящий отец Лео, и умоляла дочь признаться.Старая женщина думала, что искусственное оплодотворение — обман.

Деуза снова объяснила матери процесс искусст­венногооплодотворения. Но донна Мосинья окон­чательно перепугалась. Ее ужасала однамысль о том, что ее внук появился на свет не так, как все люди.

Леонидас велел сыну сблизиться с семьей Са­ида. Лукасулыбнулся — Жади, жена Саида, его старая любовь... И отказался общаться сСаидом, это неудобно. Однако старший Феррас настаивал и требовал, чтобы сынперестал ребячиться и на­чал работать. Иначе они и вовсе потеряют рынок наВостоке. .

— Я лучше вообще уйду из компании, чем со­трудничать с ними!—. заявил Лукас отцу.

Она уже не та юная девушка, теперь она взрос­лая женщина...Раньше я знал о ней все, а теперь не знаю ничего. Что она чувствует?.. О чемдума­ет?.. Я вижу в ней черты, которых раньше не за­мечал... — размышлял Лукас.

Он не признался даже самому себе, что был взволнованвстречей.

Жади, в свою очередь, объявила,Латиффе, что не пойдет наприем, где будет Лукас, притворив­шись больной.

— Ты знаешь, что значит идеализировать муж­чину, а потомвидеть, как идеал рассыпается  у тебя на глазах? Я полжизни страдала из-за люб­ви,которая существовала лишь в моем воображе­нии... — поделилась она своей болью ссестрой.

Саид сказал жене, что он должен уехать в Сан-Пауло по делам,но ужин с Феррасами все-таки состоится. Жади посмотрела на мужа умоляющимвзглядом.