Двойное искушение - Кристина Додд

– Я добавила в яичницу немного квасцов, - сказала Эстер, держа руки под фартуком и словно борясь с желанием ударить Трокмортона по лицу. - Мне кажется, они придают ей… пикантность. А вы как считаете, мистер Трокмортон? Вам понравилось?

Он посмотрел на Эстер выпученными глазами. Кислая яичница? Это просто омерзительно!

– Что за вздор вы несете, Трокмортон, черт вас побери? - недовольно спросил лорд Лонгшо.

Трокмортон замахал руками, поскорее схватил чашку с кофе и сделал большой глоток.

Проклятье! Кофе был сладким, а ведь Трокмортон никогда не клал в него сахар!

– И кофе я слегка подсластила, - с плохо скрываемым удовольствием сообщила Эстер. - Приятного аппетита, сэр.

С этими словами она коротко поклонилась и вышла из столовой.

Все понятно. После отъезда Селесты ему придется умирать от голода, пока не найдется замена Эстер, но ему всегда так нравилась ее стряпня!

– Но я же предлагал ей выйти замуж, - пробормотал себе под нос Трокмортон и продолжил уже громче, обращаясь к лорду Лонгшо: - Несмотря на все уважение друг к другу, Эллери и Патриция не желают становиться мужем и женой.

Эллери коротко хохотнул, взял руку Патриции и ответил, целуя ее пальцы:

– Вовсе нет, мы желаем стать мужем и женой, и при этом как можно скорее.

Нижняя челюсть Трокмортона отвисла от удивления. Когда все это успело произойти?

– Не так ли, дорогая? - И Эллери нежно погладил руку Патриции.

Патриция приняла этот жест как должное и ответила покровительственным тоном:

– Это будет зависеть от целого ряда обстоятельств. Я хочу, чтобы нашу свадьбу почтила своим присутствием сама королева, а для того чтобы заручиться согласием ее величества, потребуется время, Эллери.

– Ах, не заставляй меня томиться слишком долго! - театрально воскликнул Эллери и так же театрально завел глаза к небу.

Патриция, в соответствии с правилами хорошего тона, скромно опустила глаза.

– Но ты же клялся ждать меня хоть целую вечность. Клялся или нет?

– Клялся, - проскулил Эллери. - Я буду ждать тебя хоть до конца своих дней.

Трокмортон сидел неподвижно, словно глыба льда. Эта девчонка не только сумела взять Эллери на короткий поводок, не только умела обращаться с этим поводком, но, судя по всему, испытывала от этого настоящее наслаждение. Неужели всему этому она тоже научилась от Селесты?

– Какие они сладкие, - умиленно произнесла леди Лонгшо, обращаясь к леди Филберте.

– Сладкие, как кофе, - пробормотал сквозь зубы Трокмортон.

– Просто уму непостижимо, - откликнулась леди Филберта, отвечая улыбкой на улыбку.

Лорд Лонгшо наклонился вперед, широко растянул в улыбке губы и прокаркал:

– А вы болтали о каких-то дурацких объявлениях в «Таймс». Красивую пару мы с вами состряпали, верно, Трокмортон?

– А?… Да. Состряпали… Красивую… - Трокмортон взял со своей тарелки булочку и внимательно ее осмотрел. На вид - булочка как булочка, с золотистой корочкой, но не таится ли и в ней какой-нибудь подвох? Он осторожно отломил краешек, понюхал и поспешно бросил булочку назад на тарелку.

Чеснок!

– Но, Эллери, а как же Селеста? - спросил Трокмортон.

– Селеста? Кто такая эта Селеста? - взмахнула ручками леди Лонгшо.

– Да ты знаешь ее, - сказал лорд Лонгшо, разглаживая усы согнутым указательным пальцем. - Эта та самая девчонка, которую Трокмортон…

– Папа! - вмешалась Патриция. - Только не за столом!

Леди Лонгшо прикрыла свой рот кружевным платочком.

А Трокмортон понял, что сам невольно вывел разговор на предмет, которого никак не хотел касаться. Он отставил свою чашку и заменил ее на пустую.

– Я не понимаю, какое отношение имеет эта Селеста к Эллери и Патриции, - решительно заявил К лорд Лонгшо.

– Никакого, если не считать того, что она хотела разлучить меня и Эллери, - пояснила Патриция.

– Но ее же поимел Трокмортон, - вскинул брови лорд Лонгшо.

– Джордж! - цыкнула на него леди Лонгшо.

– Прошу прощения, дорогая, но все же знают, что случилось.

– Нет, не все, милорд, - сказал Трокмортон, наливая себе кофе в новую чашку и изо всех сил стараясь держать себя в руках, чтобы не наговорить чего-нибудь лишнего. - Вот вы, например, совершенно не понимаете того, что произошло на самом деле.

– Ты прав, Трокмортон, - подал голос Эллери. - Лучше сразу во все посвятить лорда и леди Лонгшо. Если мы сами скажем им обо всем, нам самим станет легче. - И он объявил, откидываясь на спинку стула: - Селеста - дочь нашего садовника.

– Дочь вашего садовника? - Густые брови лорда Лонгшо сошлись над переносицей в сплошную линию. - Какое отношение дочь какого-то садовника может иметь к помолвке моей дочери, черт побери?

– Селеста очень хорошенькая, - ухмыльнулся Эллери, - молоденькая и только что вернулась из Парижа. Ради меня вернулась, понимаете?

– Я подозревала это с самого начала, - наставительно сказала Патриция, обращаясь к своим родителям.

Трокмортон принялся наливать сливки - он никогда не добавлял их в кофе, но сейчас ему нужно было хоть чем-то занять руки. Затем он взял в руку серебряную ложечку и принялся размешивать напиток, пока его кофе не стал светло-коричневым, похожим по цвету на оберточную бумагу. А уж как ему хотелось все это время швырнуть эту ложечку через стол прямо в лицо Эллери!

Или Патриции… Да в лицо любому из них!

– Трокмортон решил, что лучше позволить ей примкнуть к остальным гостям, - сказала леди Филберта и снисходительно улыбнулась, словно желая извиниться за поведение своего старшего сына. - Не нужно было давать ей столько свободы. Видите, чем все это закончилось?

Трокмортон не понимал, как могут Эллери и леди Филберта говорить о Селесте в таком тоне. Он не понимал, как мог настолько обмануться в Патриции. Какие черти, однако, скрывались в этом тихом омуте!

Он продолжал слушать всех их, и с каждой минутой сердце его все сильнее переполнялось гневом. Никто не имеет права говорить такие вещи о его Селесте!

Он так стукнул ложечкой по фарфоровому блюдцу, что оно треснуло.

– Селеста полностью скомпрометировала себя. Впрочем, чего еще можно было ожидать? - Эллери постучал себя по кончику носа и важно добавил: - Голос крови.

Трокмортон почувствовал, что теряет контроль над собой. Он вскочил, сделал шаг в направлении Эллери и крикнул:

– Что ты хочешь этим сказать?

– Именно то, что сказал, - ответил Эллери и обернулся к лорду и леди Лонгшо: - Селеста - это всего лишь хорошенькая простолюдинка, которая вышла на охоту за мужем. Соблазнить меня ей не удалось и тогда она перекинулась на Гаррика. Захотела заполучить его, вернее, его деньги. А получила в итоге хороший урок для себя.