Мой любимый Небожитель - Анна Кривенко

А ОН ТАК НУЖЕН!!!

Отчего-то хотелось выть, сползая по стенке на пол и утыкаясь лицом в колени. Выть от безысходности, от понимания, что всего этого нет и больше никогда, вот, вообще никогда не будет…

Илва выла.

Словно не была она грозной охотницей по прозвищу Буйная весь предыдущий десяток лет… Выла, как будто обычная женщина, у которой умер любимый… Выла, как ребенок, брошенный в подворотне посреди нечистот и крыс…

Как же его зовут????

Память-предательница отказывалась называть его имя! А еще никак не хотела объяснить, почему воспоминания о нем схоронены настолько глубоко…

На губу скользнула теплая струйка, измазывая пальцы и одежду. Кровь!

Илва удивленно схватилась за нос и запрокинула голову. Слезы, собравшиеся в уголках глаз, закатились обратно, иссушаясь и исчезая под покрасневшими веками…

Безумие какое-то!

Похоже, Илва медленно, но уверенно сходит с ума…

* * *

Враз опротивела еда, деликатесы, но очень полюбилось вино. Правда, Миури начал подло прятать самые лучшие кувшины с выпивкой, говоря, что столько пить — «вредно для здоровья госпожи». Илва мрачно дулась, устав угождать ему увольнением, а потом раздумывала, в какой именно кабак ей сунуться сегодня ночью, чтобы всё-таки напиться…

Но уйти из поместья всё же не решилась. Боялась, наверное, что ее богатое гнездо и неожиданно свалившееся на голову благополучие мистическим образом исчезнет, и у нее не останется ровным счетом ничего, кроме старой халупки в лесу...

А ведь и так ничего нет…

Нет ничего по-настоящему своего: ценного, важного, особенного…

Хотя нет, нашелся брат. Он часто приходит, улыбается Илве той самой своей печальной улыбкой, которую она помнит еще с детства. Между ними больше нет горечи, но Илва упорно не может вспомнить, как же произошло их воссоединение. Асхан говорит, что охотница наняла лучших воинов и вытащила его из рабства у каких-то кочевников. Оказывается, его еще ребенком взяли в плен дикари с полей, и он все эти годы мечтал о свободе…

Илва, конечно же, верила брату. Прошлые обиды были забыты. Он до сих пор не избавился от иноземных привычек: ел руками, иногда прямо на полу, скрестив ноги на циновке, спал там же, жалуясь, что постель слишком мягкая и некомфортная для него, разговаривал с легким акцентом…

Но даже родной человек не мог избавить девушку от жуткой тоски, которая разливалась в душе с каждым днём всё сильнее...

И вот однажды — когда у Илвы снова закончилось вино — она собралась тайно пробраться в погреб и утащить из-под носа Миури еще парочку кувшинов.

Но, увы, наткнулась прямо на него самого посреди холодного подвального помещения.

Парень — простоволосый, без своей неизменной косы — усердно перетаскивал кувшины с места на место, словно для этой тяжелой работы не нашлось слуг.

Он оказался крепок и мускулист, как воин, а перед глазами Илвы вспыхнула совершенно другая сцена: храм, она передвигается по темному коридору тайком, а впереди… четкий мужской силуэт в плаще с наброшенным на голову капюшоном...

— Постой здесь, — голос мягкий, почти нежный, хоть нежничать здесь — это как минимум странно.

И глаза — уже не синие, а чёрные в темноте.

Улыбка, почти невесомое прикосновение пальцев к ее щеке…

Парень исчезает за дверью, откуда доносятся крики, но Илва припадает к щели…

Видимость очень плохая, обзор мизерный, и только полуголого мужчину, прикованного цепями к стене, можно хоть немного рассмотреть. Волосы почти полностью седые, длинные, хотя он ещё молод, на изможденном лице — му́ка..

Миури!

Илва вынырнула из видения, отчетливо понимая, что это был он…

А потом эпизод за эпизодом… картина за картиной, и прошлое выныривает из глубин всё более отчетливо.

Ворвалась в подвал громко, хлопая деревянной дверью и пугая усердного управляющего до ужаса.

Миури вздрагивает и оборачивается, неосознанно становясь в боевую стойку.

Глаза Илвы неистово горят, кулаки сжаты, по губе снова течет кровь, но она не обращает на это никакого внимания…

— Ты!!! — шепчет она, едва справляясь с дыханием. — Ты был там!!!Ты всё знаешь!!!! Кто ОН??? Где ОН??? Ответь!!!

Миури быстро успокаивается, прикрываясь холодной маской.

— О ком вы говорите? — осторожно произносит он, но по его взгляду Илва понимает: лжёт, выкручивается, пытается всё скрыть!

— Не надо юлить! — шипит девушка, чувствуя, что сейчас взорвется от волнения и какой-то странной обиды. — Ты знаешь, о ком я говорю!!! Отвечай! Кто это??? Как… его зовут??? Мне нужно это ИМЯ!!!!

Голос Илвы срывается на крик, словно она уже не может удерживать в себе накопившуюся за всё это время боль.

Миури сглатывает и опускает взгляд. Виновен. Виновен по всем статьям.

— Я не могу… — голос его дрожит, обрывается, — не могу сказать. Я обещал…

У Илвы разом заканчиваются силы, и она пятится, упираясь спиной в холодную влажную стену подвала. Стирает под носом кровь, начиная тупо рассматривать алые палацы. А потом вдруг всхлипывает и, поднимая на Миури несчастный взгляд, шепчет:

— Пожалуйста! Пусть твое нарушенное обещание будет на мне!!! Скажи… имя!

Миури хмурится, бледнеет, тяжело выдыхает. А потом зажмуривается, словно ему невыносимо быть сейчас откровенным предателем, и резко выкрикивает:

— Арраэх! Его зовут Арраэх!

Илва замирает, а губы беззвучно шепчут это имя. Такое… родное, как свое собственное.

Арраэх!

Перед глазами четкое воспоминание синих глаз и мягкой любящей улыбки.

А ещё звезды — бесчисленное количество…

— Мой дом там, — он показывает на особенно яркое светило где-то около созвездия Куницы. — Очень-очень далеко…

— Он все-таки смог это сделать, — шепчет Илва тоскливо самой себе. — Он заставил меня забыть его…

Разворачивается и стремительно бежит прочь, чувствуя, что отныне всей душой ненавидит это место.

Этот дом, это богатство, этот город…

Её никто не смог остановить: ни охрана, ни Миури, который просто не успел сообразить, что Илва задумала.

Она схватила вещевой мешок, немного денег, мех с водой и умчалась прочь прежде, чем кто-то смог ей помешать…

Глава 63. Мия и ее правда...

Мия:

Она захлебывалась.

Воздуха отчаянно не хватало, начало темнеть в глазах, но вместе с острым ощущением близости смерти у Мии на душе отчётливо полегчало.

Она вынырнула из ванны в тот миг, когда уже, казалось, готова была попрощаться с жизнью…

Легкие обожгло воздухом, тело зашлось в неистовом кашле, словно за те несколько минут, которые она была под водой, и вовсе разучилась дышать.

Мучая свое